Страница 6 из 90
— Гык! — я сокращаю всё тело, и отрава стягивается в животик, — Гык! — я расслабляю тело, смешивая мерзость с желудочным соком, — Гык. Гык! Гык…
Ну и…
— Буэ-э-э!
Из меня полилась чёрная жижа. Настолько густая, настолько тягучая, что походила не на рвоту, а разумное желе в проклятых лесах. Да она ещё и дымилась!
Я… да я даже не буду описывать, каково это на вкус и какие ощущения вызывает.
Просто знайте, что стоило извергнуть из себя ВСЮ жидкость, как я едва нашёл силы отползти в сторону и просто рухнуть. Силы покинули тело настолько, что я не мог держать глаза открытыми, не мог думать, не мог… да вообще ничего не мог!
И вот там, лёжа мордой рядом с собственной лужей, я вкусил мысль о том, что только что произошло.
Человек так не умеет.
У человека этого нет. Нет рефлекса, нет глотки, нет связи с собственным брюхом. Кожаные жрут дрянь и потом три дня помирают, потому что тело их не слушает. А я взял отраву, собрал её в комок и выплюнул наружу. Обезьяньим горлом! Обезьяньими кишками!
Значит — работает.
Значит, душа перетягивает тело, а не тело душу. Значит, я не «застрял в человеке».
Я, кажется, начал делать из человека кота.
«Хе-хе», — и я нашёл силы оскалиться прямо в пол.
Первая. Первая из великих кошачьих сил вернулась. А значит ещё не всё потеряно.
«Не сметь…», — и всё же, я не позволял сознанию угаснуть, ПРЕКРАСНО понимая, что за этим может последовать, — «Люди не отдыхают. Отдыхают только коты!»
И потому, борясь с активным желанием организма умереть от бессилия, я сжал кулаки, прокусил язык… и начал приводить себя в чувство. Запускать мозги, открывать глаза. Ощущение как после усыпляющего заклятья, под которым часто делают целительские операции. Хочется уснуть, хочется снова туда погрузиться! Дайте поспать. Дайте хоть вздремнуть котику!
Но нельзя, нельзяяяя, сволочь!
Переворачиваюсь. Раз рука. Два рука. Раз нога. Два нога! Ползу, как ползут слепые котята! Самое время вспомнить этот навык, эту, так называемую, базу! Раз лапка, два лапка. Раз, два. Только вместо молочка и титьки меня ждал кувшин с водой на тумбе. Вода. Мне нужна вода!
Тянусь. Прикладываю ладонь, и понимаю… что не могу справиться с большим пальцем.
Я тупо не умею им пользоваться.
— Ай, к чёрту!
И я просто сбиваю кувшин с тумбы, разбивая об пол!
Стекло удобно разлетается только по краям, оставляя что-то вроде разбитой чаши с небольшим количеством воды. Я погружаюсь туда лицом и начинаю втягивать жидкость.
— Уо-о-ох… — я устало перевернулся, распластавшись звёздочкой.
И впервые я наконец смог полноценно выдохнуть. Да, плохо. Да, ужасно. Да даже страшно! За будущее и своё плюшевое тело, в конце концов!
Но сейчас я как минимум уже не умираю. А как известно, если не умираешь… то можно жить.
Вот.
Лёжа на полу и ожидая возвращения старикана, я сначала ничего не делал, но затем нашёл силы поднять руку.
«Фу… лысая. Бледная. Пальцы такие… обезьяньи!», — кривился я, сжимаю ладонь, — «Длинные, противные, совершенно без подушечек!»
Четыре пальца получалось сжимать вполне бодро, ибо таким же количеством я владел будучи котом, но вот пятый…
Не, я теперь понимаю, почему кожаные такие глупые порой — им же столько мозгов надо задействовать на этот пятый палец! Конечно у них там места для умных мыслей не остаётся. Например… покормить меня. Забывают, прикиньте? Грех!
«О!», — распахнул я глаза, увидев полноценный кулачок, — «Согнул, хе-хе»
— Миа-а-а-ау! — резко завопил кошак.
Я перевожу взгляд и вижу как он, всё ещё пуская слюну, моргает и вертит головой. С добрым утром.
Чёрная жижа тем временем начала растворяться, исходя на выходящий в окно пар.
— Он… говор-р-рил со мной… — мурчал-шептал кот, — Он… объяснил. И… затем сказал… что… сказал, что…
— Ну что?.., — не выдерживаю.
И кот поворачивается на меня.
А в глазах его — ужас.
— Сказал, что твоё няказание — невозможность провести этот же ритуал снова… — прошептал он.
Я… да, честно сказать, застыл. Как несколько минут назад, когда осознал, что в теле человека — шок заставил затупить и не поверить.
Моя голова снова падает на пол, а глаза впиваются в потолок. Порядок приходит именно оттуда — со стороны звёздного неба. Он разрывает пространство, разрывает всю твою картину мира, держа на своих руках осколки возможных исходов! Вот там. Вот именно там, куда я сейчас смотрю!
Смотрю и понимаю, что со мной он связываться уже не будет. Зачем? Он всё сказал и всё передал через другого.
Ритуал, который и наворотил этот цирк… теперь навсегда для меня закрыт.
Всё.
Это фиаско.
— Он сказял… Порядок… что… — старик в моём кошачьем теле всё не мог отдышаться, — Что ты притянул спасение… единственный благополучный исход, где мальчик имеет шанс выжить…
*Тик*.
—Ты… меня… уже… задолбал… — и тут котяра начинает говорить двоящимся голосом, а его глаза закатились.
— Ха⁈ — поворачиваю голову, — Порядок, это ты⁈
—Я дал силу… дал манипуляции Судьбой… ты был первый после меня… — голова кота дёргалась, —Но ты… моей силой… заставлял котов позориться перед кошками… заставлял сосиску упасть тебе в рот… и чтобы собаке на хвост наступили…
Пауза. Молчание. Казалось, будто Порядок подбирает слова, хотя очевидно, что ему это не нужно — он и так всё знает.
Он будто решался, сообщать мне об этом или нет.
—Но… , — голова кота дёрнулась, —Сегодня ты вытянул исход, которого не было. Не маловероятный. Которого не было. Ты не подтянул Струну. Ты её сплёл. Ты обрёл, а главное, использовал силу, выходящую за грань смертного. Ты не просто ИЗМЕНИЛ Судьбу — ты переписал ветвь реальности под свои желания. Леонард ДОЛЖЕН был умереть, это ключевая точка! Но не теперь.
— Э-э-эм… ну…
—Мне пришлось переписать под тебя семьдесят четыре линии. Три человека умерли не так, как должны были. Один — не тогда. А главный, его тело и судьба, тянущаяся за ним — не умерли вовсе. И ты занял эту судьбу. Я устал, кот.
— Это… это было критично важно!
—Другого покровителя ищи. От тебя слишком много Хаоса. Не желаю дальнейшего сотрудничества. Пока.
И кот вновь дёргает головой, теперь уже в последний раз. Он недоумённо лупкает глазами, оглядывается и неуверенно спрашивает:
— Я что-то говорил, дя?
Я лежал с открытым ртом.