Страница 73 из 75
22. Стоило бы задуматься, сын
22. Стоило бы задуматься, сын
Хаос, царивший в замке, начался еще пару дней назад с маленькой искры. Точнее, с огненной демоницы, которая проникла в отцовский кабинет и воспользовалась его печатью, чтобы отправить приглашение тем, кого точно не ждали. По крайней мере, остальные обитатели этого места. А вот сама виновница сияла от радости. Еще бы, устроила целый ворох проблем, совсем не думая о последствиях и прекрасно зная, что ничего за это не будет.
Дольше всех упиралась я, не желая видеть посторонних, и долгие уговоры не подействовали ни за день, ни в утро того самого судного дня. Что особенного было в чопорной эльфийской чете, знать не хотелось, да и давняя обида на их соплеменников мешала трезво мыслить. А еще — мешало спокойствие, приятно окутывающее несмотря на суету вокруг.
И еще тепло. Тяжесть. Ритмичное биение сердца под щекой. Я притворялась спящей, впитывая запах сандала и пепла, смешавшийся на чьей-то коже. Пальцы — то ли Дариона, то ли Элиаса — медленно перебирали мои волосы, распутывая длинные пряди. Моя любимая игра, в которой я всегда получала то, что хотела.
— Красавица, ты все равно не спрячешься. Это просто ужин. Просто формальность, — повторил Элиас уже в который раз. Его рука скользнула под одеяло, ладонь легла на мою поясницу, заставляя прогнуться и прижаться ближе. — И ты в любом случае согласишься.
Пальцы впились в ягодицу, вырвав тихий стон, и мужчина довольно улыбнулся. Как и лениво наблюдающий правитель, который медленно поднялся, но не ушел. Только потянул одеяло в сторону, чтобы то обнажило мою спину. Воздух тут же ласково обнял голую кожу, но через мгновение его сменило жгучее тепло — Элиас прижался губами к позвоночнику.
— Совсем как тогда в пещере инея. Помнишь, светлость? — и снова тем самым тоном, заставляющим послушно замереть. — Одна прекрасная госпожа сначала упрямилась, а затем…
— Не надо! — протест прозвучал неубедительно, а Дарион усмехнулся, коротко кивнув, и поманил к себе. Без лишних слов и шансов на сопротивление — и я поддалась, потянув пояс его домашних штанов вниз и прогибаясь в пояснице как можно ниже.
Ониоба знали. Чёрт возьми, оба прекрасно знали. Моё сердце колотилось как бешеное, а между ног уже пульсировало влажное предательство. Тело помнило. Ту самую неделю неделю на севере, когда мы так ничего и не увидели, кроме подземного города местных драугров и шикарных купален со стенами, покрытыми тонким слоем льда.
— Она всегда просит. Да, моя ненасытная? — тем самым холодным тоном настоящего правителя, от которого побежали мурашки по спине. Я только коротко кивнула, нетерпеливо обхватывая член у основания — толстый, тяжёлый, с набухшей головкой, уже влажной от предвкушения.Прямо как я . — Хочешь?
Риторический вопрос. Совершенно глупый. Особенно когда в фиолетовом взгляде голод не меньше моего, а его обладатель — в предвкушении. Я не сдержала стон, когда горячая ладонь ифрита вдруг шлепнула по ягодице, и мелко закивала.
— Правила помнишь, кроха? Руками — нет, — Элиас щелкнул языком, повторяя удар, но я уже не слушала. — Только рот. Только язык. Только ты.
Облизнула губы, едва сдерживаясь, чтобы не закричать от горячих пальцев, сжимающих соски до легкой боли, и Дарион провёл головкой по моей нижней — медленно, мучительно. Какприказ , который невозможно не исполнить.
Сначала — только кончик. Медленно скользнуть языком по уздечке, послушно поднять взгляд, чтобы увидеть потемневшие от желания глаза мужчины. Он тут же толкнулся вперёд — резко, но не грубо. Затем, почти сразу же — глубже, до самого горла.
— Посмотри на неё, — ифрит рассмеялся, напористо проникая в меня пальцами и тут же доставая их, чтобы скользнуть выше, к тугому колечку мышц. — Такая капризная, а уже вся течет. — Его палец резко вошел внутрь, растягивая также нетерпеливо. Словно это не он вчера… — А здесь… о, здесь совсем тесно.
Я взвыла на члене Дариона, но князь придержал мою голову, глубже заходя в горло, уже охотно принимающее и расслабленное даже без подсказки. Как тогда в тронном зале, когда он…учил , а я старательно изображала скромность и послушание.
— Жадная, — прошептал он, сжимая мои волосы в кулаке и уже полностью контролируя темп. — Хочешь больше? Тогда дыши носом. И не останавливайся.
Тихий шорох за спиной я не услышала. Только застонала, когда ощутила прикосновение чего-то прохладного к тому месту, где только что был палец ифрита, и без лишних слов развела колени шире. Чувствовала, что так надо. Будет хорошо —слишком хорошо. Только поддаться и довериться.
— Наказание, девочка моя, — вкрадчивый шепот Элиаса горячей волной прошелся по коже, и тут же укус обжег плечо. — Ты же любишь игры? И специально провоцируешь.
Дарион приподнял бровь, медленно вытаскивая член. Слюна растянулась нитью между его головкой и моими губами, но тут же вошел обратно. Сразу — на всю длину, заставив задрожать.
— Ты серьёзно?
— Помнишь, какона выпрашивала их на источниках? — насмешливо, резко, но я уже догадалась. То, что приняла за безделушку, но мужчины поняли сразу. Переглянулись красноречиво, а я… — Думаю, три… нет, четыре. Чтобы запомнила.
Первый шар вошел легко, холодный нефрит приятно обжигал стенки, растягивая их с легкой, но до слез приятной болью. Даже не болью —наполненностью , которой сейчас так не хватало, когда я уже была почти на пределе.
Второй — чуть больше.
К третьему я застонала и даже подалась навстречу сама.
— Четвертый, маленькая, — прошептал Элиас, сначала проводя прохладным нефритом по истекающему смазкой входу, а затем медленно погружая его внутрь. — Если выронишь — накажу.
Цепочка осталась между ягодиц. Короткая, прохладная, за которую мужчина тут же слабо потянул, заставив то, что было внутри, двинуться. Я хотела закричать, но вырвался только тихий хрип, а член в горле напрягся еще сильнее, заставив сжаться. Дарион запрокинул голову, кончая с хриплым рыком в тот момент, когда ифрит вошел в меня одним резким толчком.
И я не выдержала, чувствуя, как волна накрывает с головой. Тело — слишком легкое, отзывчивое,наполненное — послушно полыхнуло огнем, доверчиво замирая. В наступившей тишине слышалось только дыхание, горячее и сбитое.
— Госпожа… Ваша светлость! — стук в дверь и взволнованный женский голос не заставили даже вздрогнуть, а только лениво уложить голову князю на бедро. Горячая ладонь Элиаса тут же скользнула по лодыжке вверх. — Молодая госпожа исчезла! Комната пустая и… обгорела…