Страница 50 из 75
— То что? — я закусила губу в отчаянной попытке сдержать стон, и обиженно всхлипнула, когда Элиас отстранился. — Накажешь? Отнимешь подарок?
Он старательно пытался сдерживаться, сбивчиво шептал что-то о том, что мне нужно собраться, и даже перенес в ванную, стойко выдержав мой очередной прилив благодарности. Только вот не сумел скрыть собственного желания — зрачки сузились, расплавленное золото во взгляде вспыхнуло ярче. То малое, что я позволила себе заметить.
— Сиди смирно, кроха, — приказал он, когда вода хлынула из крана, а пар заполнил небольшую комнату. — Я же не железный, — тихое признание заглушил мой такой же тихий смех, и я потянула мужчину к себе, мгновенно обнимая за шею. Чужое дыхание опалило губы, и горячая вода тут же показалась ледяной в равнении с ним. — И не остановлюсь, если ты…
Он рухнул сверху, пригвоздив меня к эмалированному дну широкой ванны, и я несдержанно застонала, ощутив опасную близость. Его мокрые волосы прилипли к лицу, делая взгляд мужчины еще опаснее, а намерения — более явными. Я коснулась губами виска, чувствуя чужое возбуждение через мокрые штаны, и шумно выдохнула.
— Ты играешь с огнём, красавица, — прошипел он, но бёдра уже прижались к моим.
— Только с тобой, — тихий шепот в чужие губы, шум воды и стук сердца где-то в горле. — Ты ведьмой , господин.
Вода хлестнула через край, и наконец Элиас сорвался. Его губы захватили мои в яростном поцелуе. Руки сжали грудь до боли приятно и остро, спустились ниже, закинув мои ноги на себя. Магия несдержанно отозвалась в ответ — отчасти моя, отчасти его. Границы стерлись с новым поцелуем и моим прерывистым дыханием.
— Ты… не сбежишь… — жаркий шепот между поцелуями, его пальцы — во мне. Резко, неожиданно, правильно и нужно настолько, что я вскрикнула и только прижалась плотнее. — Больше… никогда…
— Да, — соврала я, зная, что это правда.Он понял . Сразу и без лишних слов. Улыбнулся так тепло, что на мгновение я потерялась в новом ощущении. — Если… если ты не остановишься…
Он вошёл резко, одним нетерпеливо грубым движением проникая на всю длину и заставляя мелко задрожать и впиться ногтями в спину. Наверняка это было больно, но мысли путались до того, как я хотела об этом подумать. Былоидеально . Слишком тесно. Жарко. До жгущей рези в груди необходимо.
— Ещё… — прошептала я, сама не зная, о чём прошу.
— Что «ещё»? — он замедлился, почти вышел, заставляя меня всхлипнуть от разочарования. — Говори чётко.
— Хочу… хочу сильнее… — слова вырывались сами, без стыда, без оглядки. — Пожалуйста…
С каждым новым толчком тело отзывалось все сильнее, послушно выгибаясь от каждого касания и даже собственного вдоха. Поцелуй обжег плечо, горячая ладонь накрыла грудь, лениво поглаживая затвердевший сосок, и, когда собственное возбуждение достигло точки невозврата, я невольно застонала прямо в поцелуй.
Он не остановился — продолжал двигаться, пока я рассыпалась в его руках, пока мир вокруг тонул в чужом огне и моем удовольствии. Мужчина замер, стоило мне сжаться особенно сильно от новой вспышки искр перед глазами — глубоко внутри, позволяя ощутить, как горячее тепло разливается во мне и заполняет до предела.
Пар осел на коже каплями. Элиас выдохнул — протяжно, с дрожью — и на мгновение прижался лбом к моему плечу, тяжело дыша. Я гладила его мокрые волосы, чувствуя, как жар в груди пульсирует в унисон его сердцу. Невыносимое притяжение затихало постепенно и крайне неохотно, позволив осознать, что я ни о чем не жалела.
Бытьего оказалось слишком приятно.
— Нам нужно… — пробормотал он наконец, мягкими поцелуями скользя по моей груди.
— Останься, — тут же перебила я, сжимая в пальцах алые пряди. Ласково, осторожно, боясь прогнать то теплое наваждение, которое дарила близость мужчины. — Я не уйду, и ты — тоже.
Ифрит замер, долго смотрел мне в глаза, пытаясь найти подвох, пока вода из открытого крана уже вовсю лилась на пол. Мир сузился до стука чужого сердца и молчаливого понимания, что что-то между нами окончательно изменилось.
— Элиас, — я закусила губу, неуверенно скользнув кончиками пальцев по его щеке. Мужчина дрогнул, но уголки губ приподнялись в едва заметной улыбке. — Я…
Пауза. Тишина, наполненная страхом, затаенной надеждой и признанием вынужденной слабости. Его ласковый взгляд. Мягкий поцелуй в искусанные губы.
— Кроха, ты…
До безумия страшно. А если он не спал? Если слышал?
— Я… тоже чувствую… Нашу связь. Уже давно, — максимально мягко и честно. С закрытыми глазами, чтобы он не заметил, что я вот-вот признаюсь ему.Снова. — А недавно поняла, что и я — твоя.
Имеет ли это еще хоть какой-то смысл?
— С самого начала, — выдохнула я, окончательно признавая поражение, — мой любимый.