Лилин, девушка с Луны

Глава VI. Вырвавшийся на свободу ужас

Лилин вскрикнула и указала рукой в плаще на две далёкие точки, чёрными силуэтами выделявшиеся на фоне Пламени.

– Смотрите, вон Графф и моя сестра! – крикнула она. – Мы должны догнать их, прежде чем они доберутся до Пламени. Прыгайте вместе со мной!

– Прыгать? – испуганно спросил Мэдден. – Но мы же упадём…

– Нет! – заверила его девушка с Луны. – Здесь, в самом сердце Луны, почти нет силы тяжести. Мы воспарим, а крылья помогут нам лететь…

С этими словами Лилин оттолкнулась от края туннеля и устремилась в огромное подлунное пространство.

Дэвид Мэдден собрался с духом и прыгнул вслед за ней. К его изумлению, ощущения падения не было. Он поплыл к ней, словно поддерживаемый морской водой. Через мгновение к ним присоединился Терон Ли. За кварцевыми стёклами были видны его широко распахнутые глаза.

– Двигайте крыльями, как я! – крикнула им Лилин. – Быстрее!

Девушка ритмично взмахивала руками. Прикрепленные к ним расправленные крылья из металлической ткани мерно рассекали воздух, и она скользила над бездной, направляясь к далёкому Пламени.

Мэдден и Ли последовали ее примеру. Неуклюже взмахивая крыльями они с трудом продвигались вперед. Втроем они неуклонно удалялись от стены исполинской пещеры в сердце Луны – приближаясь к подобному солнцу Пламени, неподвижно висящему в самом ее центре.

– Пламя парит точно в центре этой полости – в гравитационном центре Луны, – крикнула ему Лилин. – И хорошо, что это так: коснись его атомный огонь окружающей толщи лунных пород – и весь этот мир охватит всепожирающий пожар.

– Лилин! – прохрипел приглушённый голос Терона Ли; маленький учёный отчаянно указывал вперёд. – Эти двое летят не к Пламени – они возвращаются от него!

У Мэддена ёкнуло сердце, когда он взглянул вперёд и рассмотрел их. Это было правдой. Две точки впереди становились всё крупнее.

Две точки превратились в две человеческие фигуры, облачённые в такие же металлические плащи, как у них. Они летели навстречу, ритмично взмахивая крыльями. А на поясе одной из фигур висел небольшой плотно закрытый тигель из того же защитного металла, что и плащи.

– Они добыли часть Пламени! – в голосе Лилин слышалась неподдельная мука. – Смотрите: Графф несёт его на поясе… Мы опоздали…

– Они заметили нас… Они летят прямо к нам! – дико закричал Ли.

Две приближавшиеся крылатые фигуры немного изменили курс и теперь летели прямо к ним, набирая скорость.

– Зато мы не опоздали, чтобы убить Граффа и не дать ему унести отсюда Пламя! – мрачно произнес Мэдден, вытягивая пистолет из-за пояса своего металлического плаща.

Он прицелился в более высокую и худощавую из двух летящих фигур, узнав в ней долговязого Граффа, и выстрелил дважды.

Графф выстрелил в ответ! Но ни один из них, не привыкнув к этому странному полету в невесомости, не мог прицелиться как следует.

Спутница Граффа – сестра Лилин, Тула – точно атакующий сокол, метнулась сквозь сияние к Мэддену. Американец услышал, как Лилин в исступлённом страхе закричала своей сестре:

– Нет, Тула, нет…

Она бросилась, как сокол, наперерез сестре. Но Тула мгновенно изменила направление полёта и, стремительно спикировав, увернулась от неё и схватила Мэддена сзади. Мэдден яростно сопротивлялся, пытаясь извернуться и ударить лунную девушку стволом пистолета. Даже в этот опасный момент он не мог забыть, что его противница – сестра Лилин.

Но в этом бою в невесомости он оказался в ужасно невыгодном положении. Тула двигалась уверенно и искусно и с силой выбила пистолет у него из руки. Оружие, кувыркаясь, улетело прочь.

Мэдден извернулся и теперь оказался лицом к лицу с лунной девушкой. Сквозь окуляры её шлема он увидел лицо Тулы – прекрасное, во многом похожее на лицо Лилин, но искажённое жёсткой решимостью. Ее губы были сжаты, а глаза казались тёмными, пылающими огнём провалами.

– Прекрати сопротивление, Мэдден, иначе я убью тебя и Ли прямо сейчас! – раздался гортанный голос.

Это был голос Якоба Граффа. Графф добрался до них и теперь парил рядом, целясь из пистолета с такого близкого расстояния, что промахнуться было невозможно.

Мэдден перестал сопротивляться. Он, Лилин и Терон Ли висели в воздухе, в слепящем сиянии далёкого Пламени, лицом к лицу с Граффом и Тулой. Тула вдруг отпустила Мэддена и метнулась к Граффу.

Глаза Граффа торжествующе сверкали за кварцевыми линзами. Его приглушенный голос был полон восторга.

– Вот как! Значит, вы последовали за мной на Луну в своей старой ракете! Глупо, Мэдден, ведь это означает вашу смерть. Вы с Ли умрете прежде, чем я вернусь на Землю с Пламенем.

Графф постучал по маленькому закрытому тиглю, висевшему у него на поясе.

– Да, у меня есть Пламя! Всего лишь малая его часть – но и этого достаточно: учёные моей страны сделают его основой нового оружия, которое сотрёт наших врагов с лица земли! Теперь нас никто не остановит!

– Ты сошел с ума, Графф! – крикнул Мэдден. – Если ты доставишь Пламя на Землю, оно опустошит её – выжжет все страны, и страны врагов, и твою страну!

Графф усмехнулся.

– О нет. Не бойся, мы будем держать его под надёжным контролем. Я – новый Прометей, похитивший это Пламя, – и уж я позабочусь, чтобы оно не вырвалось на волю.

Лилин в отчаянии с мольбой в голосе обратилась к сестре:

– Тула, неужели ты поможешь этому злодею осуществить его замысел? Вспомни обязанности, возложенные на наши семьи много-много веков назад…

Тула заговорила медленно, дрожащим голосом:

– Я устала быть Хранительницей в этом мертвом и пустынном мире, Лилин. Я говорила тебе об этом. Почему я должна остаться здесь и умереть в одиночестве, когда на Земле могу обрести власть и счастье? Ты можешь остаться здесь, если хочешь, Лилин, но мы с этим человеком сейчас отправимся на Землю и доставим туда Пламя.

Голос Тулы окреп и набрал силу:

– Я стану владычицей всей Земли, слышишь? Графф обещал мне это в обмен на то, что я помогу ему завладеть Пламенем. Его народ покорит с его помощью всю Землю, а я помогу ему править всеми завоёванными народами!

– Править? – хрипло бросил Мэдден. – Да он всего лишь жалкий раб обезумевшего тирана. А тиран правит один – без друзей, ревниво оберегая свою власть. Он обманул тебя!

– Заткнись, дурак! – взревел Графф. – Когда ты говоришь о Хозяине…