Страница 56 из 70
От этих мыслей мороз пошел по коже. А ведь это возможная реальность, если я скормлю Гордону черную горошину.
В горле встал вязкий ком. Я сделала шаг к Арчи и неловко положила руки на широкие мужские плечи.
— Это намек или предложение? — Рейв приятно удивился моим действиям, положил одну руку поверх моей и сжал ее, словно боясь, что я убегу.
Боги, как дышать-то?
Я остановила взгляд на нижней половине лица Арчи и стала медленно пробираться рукой к сережке. Ближе, еще ближе, еще.
— Как тебя зовут? — приглушенно спросил магистр.
Я подняла взгляд к его глазам ровно в тот момент, когда нащупала сережку. Дыхание снова перехватило. Он спрашивает меня о мужском имени или о женском? Знает ли он?
Хотелось назвать настоящее имя хотя бы перед разводом.
Я осторожно выпутала руку из пальцев Арчи и обвила его шею. Судя по ошеломленному лицу магистра, меньше всего он ожидал от меня такой прыти.
Арчи принял затянувшуюся паузу за нежелание раскрывать имя и хрипло переспросил:
— Это намек или предложение?
В этот момент я как раз добралась двумя руками до сережки и потянулась за поцелуем, чтобы вернуть формы и силы до разрыва связи.
Прошептала у самых губ:
— Это развод, магистр.
И дернула замок сережки-стрелы.
Арчи Рейв
Сколько раз меня выручало предчувствие беды. Оно холодом дышало в шею, заставляя волоски вставать дыбом. Когда в схватке с одичалыми уворачивался в последний момент и когти вспарывали спину, а не живот. Когда отводил ногу от шаткого камня и не проваливался в бездну. Когда молния разила в то место, откуда только отошел.
И вот сейчас, глядя в фиолетовые глаза, я ощутил не только нежную руку на шее, но и необъяснимое напряжение. Будто неприятность подкрадывалась ко мне, скользя змеей по позвоночнику.
— Это развод, магистр! — шепнула девушка и сама коснулась моих губ своими.
Тонкие пальцы крепко вцепились в ухо. Раздался щелчок, и я действовал быстрее, чем успел что-либо понять. Крепко сжал кисти девушки, но не разорвал поцелуй.
Развод, значит? Через снятие сережки? Да сейчас!
Я убедился, что сережка на месте, застежка тоже, а сам крепко прижал руки девушки к себе, не разрывая поцелуй.
Подкралась ко мне, такая сладко податливая, чтобы я слабину дал и остался с носом? Решила оставить в дураках?
Что ж, я должен как следует проучить ее. Я едва прикусил нижнюю губу обманщицы в наказание и в ответ на "ох” девушки резко приподнял ее за бедра и посадил на себя. Чтобы не завалиться назад, ей пришлось крепко обхватить меня за плечи. Подол платья поднялся вверх, оголяя колени, а я крепко держал одной рукой под бедра, а другой — голову, чтобы у нее не было и шанса оторвать свои губы от моих.
— Что.. ты.. делаешь? — пыталась спросить нахалка, прервать поцелуй.
Размечталась. Не отпущу.
Я продолжал идти, чувствуя, как приятно под рукой худенькие косточки наливаются плотью, как распускаются формы.
Черт.
Я поудобней взял девушку, на секунду прерывая поцелуй, и опустил взгляд вниз в скромный вырез нескромных форм.
— Пусти! — дрыгалась в руках девушка.
— Ни за что. Ты только что не спросила меня и решила развестись, а я не спрошу и подтвержу наш брак. Справедливо? — спросил я.
— Не надо, — прозвучало так отчаянно, что я даже покосился на испуганное лицо девушки.
— Надо, — невозмутимо заметил в ответ. — Ты же не уважаешь мое мнение. Захотела — обманула. Захотела — женила.
— Это не я, это Лучник! — сопротивлялась молодая супруга.
— Даже имя не говоришь! — делая вид, что не слышал ее протест, напирал я. Я выведу ее на чистую воду. Кажется, в этой позе из нее легче всего вытянуть правду.
— Если я назову имя, ты остановишься? — умоляюще спросила девушка.
— Я подумаю над этим. — Я старался скрыть усмешку.
Потихоньку, маленькими шажками, я приближался к цели.
— Мия, — кхек, — меня зовут Мия, — сказала девушка так, словно у нее першило горло.
Я не смог сдержать улыбку. Да-а-а. Ми-и-и-ия.
— А род? Или ты простолюдинка? — Я окинул беглым взглядом скромное платье.
Речь у нее была как у аристократки. Да и образование на уровне, иначе бы не задержалась в МАМ и дня. Так кто же она?
Мия тяжело и нервно дышала. Ее грудь поднималась и опускалась, гипнотизируя меня, словно дудочка заклинателя змею.
Нельзя мне смотреть вниз. Нельзя. А то правда сделаю брак реальным прямо на густом мху у Храма Справедливости. И кто знает, что нам потом оттуда подарком прилетит за оскорбление святой земли.
Мия, кажется, собралась с духом, раз произнесла:
— Поставь меня на землю. Давай поговорим.
— Поговорим так. Мне все нравится, — несогласно покачал головой я, любуясь замешательством девушки.
Сейчас, когда впалые щеки прекратили быть таковыми, когда нежный румянец окрасил щеки, а глаза блестели, она выглядела очень вкусно. Хотелось попробовать спелый и манящий фрукт прямо сейчас.
Но Мия не прекращала возвращать меня из фантазий:
— Ты же был согласен на развод.
— Был. А теперь задумался: вдруг это судьба? Ты нравишься Еве, нравишься моей маме, которая раскусила тебя с полувзгляда. Но, главное, ты интересна мне.
— Интересна, а не нравлюсь? — зацепилась девушка за слова.
Я только этого и добивался.
— А как бы ты хотела? — спросил и залюбовался смятением.
Поймал! Я ей далеко не безразличен.
— Магистр.. — Девушка явно собиралась защищаться до последнего.
— Арчи, — поправил я.
— Арчи. — Мия не знала, куда девать глаза от смущения. — Опустите меня на землю. Это неприлично.
— Мы женаты. У нас нет неприличных поз, — невозмутимо ответил, наслаждаясь реакцией.
— Боги! — Мия так моляще посмотрела на небеса, что я засмеялся.
— Боги нас связали браком, а ты хочешь развода. Говори. Попытайся уговорить меня, почему я должен это сделать. У тебя есть причины? Ты преступница?
Глаза Мии широко распахнулись. Неужели я угадал?
— У меня есть причина. Я не могу сказать вам.. тебе, — исправилась она, поймав мой укоризненный взгляд.
— Теперь твои дела — мои дела. Я не смогу иметь дело только со смертью, с остальными смогу договориться. Скажи, в чем твоя проблема, и я помогу, — я старался вселить в девушку уверенность словами и говорил только то, в чем был уверен.
Мия долго не моргая смотрела мне в лицо. Мне даже казалось, что не дышала. А потом моргнула, мотнула головой и бескомпромиссно сообщила:
— С этим делом могу справиться только я.