Страница 23 из 29
Они вылетели на поверхность с такой скоростью, что маска едва не слетела с лица. Михаил, стоя на коленях в раскачивающейся лодке, автоматическим движением отстегнул карабин линя от кольца на ее жилете и тут же перехватил Анну поперек туловища, переваливая через борт.
Ее вырвало желчью прямо на дно лодки. Рукава куртки Михаила мгновенно промокли — гидрокостюм Анны зиял глубокой рваной дырой на плече, ткань висела лохмотьями.
— Ты цела? Где болит⁈ — он сорвал с ее головы маску.
— Рука… — просипела она, глядя на свое предплечье.
Под разорванным неопреном кожа была идеально чистой. Ни синяков от нечеловеческой хватки, ни царапин от ножа. Только пять симметричных точек на запястье — глубокие следы давления, сложившиеся в точную копию буквы «д» с изломанным хвостиком. Почерк Юльки проступил прямо на ее плоти.
— Господи, — Михаил посерел. — Сколько ты пробыла внизу?
Анна подняла голову. Ее зрачки были расширены от адреналина и нехватки кислорода.
— Минуты три. Там озеро начинается заново. Подземное. И они все там, Миша. Все тринадцать циклов. Они ждут своей очереди подняться. Когда колесо мельницы сделает последний оборот, вода хлынет в город, и они выйдут на берег заместо тех теней, что приходят за медиумами.
Кант перебрался с носа лодки ближе к хозяйке, осторожно взял изорванный рукав гидрокостюма зубами и начал мелко-мелко трясти, словно пытался оторвать кусок проклятой ткани.
— Нам нужно взорвать опору, — сказала Анна, дрожащими пальцами расстегивая пряжку спасательного жилета. — Ту самую каменную мельницу. Если обрушить свод подполья до того, как наступит ночь полнолуния, мы запечатаем выход навсегда. Но мне придется вернуться туда. Одной. Те, кто внизу… они узнали меня. Теперь они будут ждать именно меня.
Михаил молча достал из рюкзака аптечку и начал обрабатывать перекисью ее руку. При контакте с антисептиком выжженный на коже почерк сестры зашипел и пошел густой желтоватой пеной.