Страница 74 из 79
— Да, вот только тебе такой и нужен, Марта! Чтобы как на войне, чтобы адреналин в крови, чтобы как на минном поле! Ты же ненавидишь однообразие!
— Ненавижу, — согласилась я. А про себя и с первой частью согласилась. С обыкновенным демоном, который бы со мной во всем соглашался — я бы просто прокисла. И никакие бы конфеты не спасли.
«А с Брависом спасут!» — посмеялся надо мной мой внутренний голос. Язва!
Наверное, я заснула с первыми лучами солнца — по крайней мере, ощущение было именно таким, когда зазвонил будильник. Будто бы только сомкнула веки. Но так, как в нашей каморке не было даже маленького оконца, знать наверняка я этого не могла.
Вчерашние мысли осадком осели внутри — только тронь, и они вновь поднимутся на поверхность, чтобы встать посреди горла, доставляя дискомфорт.
Впереди ждала практика и встреча с Брависом. Я ждала этого и боялась одновременно. Несколько раз хотела сослаться на недомогание, но как только подумала, что с него станется заявиться проверить «больную» — нацепила форму как миленькая.
— Ты какая-то нервная, — заметила Дора, когда я стукнулась о прикроватную тумбочку во второй раз. Да, маневренностью я отличалась всегда — а тут, прямо, какая-то напасть.
— Бананчик сглазил, — пожала плечами я.
В холл я шла, болтая с Дорой так, как ни говорила никогда — без перерыва. Подруга лишь с удивлением поднимал брови на мой словесный фонтан, но молчала.
Первый перебой с «фонтаном» случился, когда я не заметила Брависа в холле. А я его старательно не замечала, как вы понимаете, но его не было!
— Мне все равно!
— Ты что-то сказала? — переспросила Дора, а я закусила губу. Черт, сказала вслух!
— Говорю — мне все равно, что за задание на сегодня придумала мадам Вольштейн! — выкрутилась я. А потом вспомнила, о чем забыла рассказать подруге: — Кстати! Наша мадам — бабуля Брависа!
Дора чуть прямо там в холле на пол не села. А потом чуть не села я, когда она сказала:
— Дура, бери его за рога! Там такая увлекательная семейка вырисовывается! Ты — точно не соскучишься! — хохотала она, а потом добавила, хлопая ресницами: — Может, там у него еще один братец для меня найдется?
Необходимость отвечать пропала, так как в холле показалась сама мадам Вольштейн. Озорно помахивая шляпой, она казалась до ужаса счастливой. И мы пока не знали, хорошо это или плохо отразится на нас самих.
Портал и мы с облегчением вздыхаем — первый раз старушка решила следовать графику практики и привела нас на Дождливый остров. Мы уже приготовились промокнуть до нитки, и с удивлением смотрели на сухую одежду и капли дождя, которые разбивались об невидимый щит в нескольких сантиметрах от тела.
— Защита, — с облегчением выдохнула подруга. — А то я только уже собралась петь поминальную песню прическе..
— Она сегодня в хорошем настроении, — поделилась я с Дорой. — Может, не так и перепадет?
— Марта! — окликнула она меня тут же и я вздрогнула. Да-а-а, что-то я поторопилась с выводами.
— Да? — я подошла к мадам Вольштейн.
— Для тебя просто Тамис, — милостливо разрешила она. А по мне, так совсем ни к чему такие перемены! Мало того, что она мне со своим внуком приключения устраивает, так еще и хочет, чтобы я ее по имени называла.
— Прости, лучше мадам Вольштейн. Так что Вы хотели?
— Сегодня последний день практики, только не говори пока этим увольням. А у тебя уже зачет по всем пунктам, так что давай садись со мной.
Я посмотрела на небольшой навес, который она начала сооружать. Видимо — походный вариант, но и то — хоть какое-то ощущение уюта. А то среди проливного дождя, стоя на мокрой земле, все чувствовали себя не очень хорошо.
— Мадам, а что за задание? — выкрикнул кто-то из группы.
— Как? Вы еще не поняли? — она тут же уперла руки в боки. — Или Вас надо было в другое место притащить, не по программе? Тогда бы и вопросов не было, да, солдат?
Командные нотки быстро вправили мозги адептам. Они сразу вспомнили, что мы совсем недавно проходили земляных жуков, единственных обитателей этого вечно мокрого острова.
— А ты садись, внученька, садись, — Вольштейн проследила, как адепты сбились группами и планируют план приручения земляного жука.
Вот только стать внученькой мне не хватало. Но мадам Вольштейн я не осмелилась больше возразить — села на подстилку и вздохнула.
— А ведь я была такая же в молодости, как ты, — от такого заявления старушки я чуть не свернула голову. Кто? Она?
— Да-да, и не смотри на меня с таким сомнением! Я была разве что на пару кило меньше, но страсти — как в тебе! Меня голыми руками не один демон взять не мог — сгорал! — она так сильно треснула себя по груди, что оттуда кто-то крякнул. Оказалось, что Тони там прятался от непогоды.
— А что случилось с.. — я окинула взглядом ее щупленькую фигурку, но не решилась спросить, усохла ли она с годами, или это так семейка нервы попортила?
— Ну ладно, — призналась старушка, — не на пару кило.. Ну мне же надо было тебя поддержать..
Она пыталась завоевать мое расположение! Мое! Расположение! Удивительно..
Приятно, но.. Но все это из-за внука, поэтому я не могла не прояснить:
— Между мной и Вашим внуком ничего нет, — выпалила я, надеясь, что хотя бы она не знает об этой истории с истинной парой.
— Ха! Я тоже брак со своим дедом называла «ничего не значащей фигней», было дело, — она погладила высунутую из куртки голову попугая и продолжила: — А теперь скучаю..
И надолго замолчала.
Лил дождь, барабаня по тенту нашего маленького укрытия, а мы все молчали. А потом она словно встрепенулась и убила меня одной фразой:
— А ты знаешь, что внучок сегодня к твоим родителям знакомиться пошел?
В общем, наш «шатер» я повалила. И даже не заметила по началу, пока требовала перенести меня к этому смертнику немедленно.
Бабуля вредничала, но я остановилась, подумала, и решила — на войне все средства хороши:
— Тамис, ну пожалуйста!
Мадам дрогнула — я это видела по частому морганию глаз, по прикусаной в размышлениях губе, по сомнению в глазах. Она явно боялась помешать планам внука, но мой решительный настрой не оставлял ей выбора.
— Только со мной!
Хотя мой настрой и не мешал ей диктовать свои условия. И я сейчас могла взять с собой хоть всех сокурскников, лишь бы ухватить этого обнаглевшего демона за рога и выгнать из дома.