Демоническое притяжение

— Я не стукач! Я поэт! — приведение возмущалось так громко, что мы с подругой покосились на вход и одновременно зашикали на дебошира.

— Ох, чувствую, при жизни ты был еще тем горлопаном! — я перекинула полную сумку через плечо, тихо звякнули бутылки, и этот звук немного снял стресс. Вот правду говорят, что иногда предвкушение намного приятней процесса.

Вот я уже предвкушаю..

— Эй, слетай, посмотри, все ли чисто! — попросила я приведение, подбираясь к выходу. Дора застряла где-то сзади, все набивая мой рюкзак съестным, найденным в шкафах. Пришлось поменяться — мой «ридикюль» не был предназначен для бутылок, а вот для запасов еды — очень даже.

— Не смейте делать меня подельником! — возмущалось приведение, но нос в коридор высунуло. — Чисто.

Ага, все же с нами! Ну, а что, я его понимаю: сидишь себе день-деньской, скучаешь, а тут хоть какое-то разнообразие.

Каждый мой шаг отзывался тихим перезвоном, а приведение летело рядом и читало нотации:

— Вот ты же хорошая девушка, что за странный выбор — алкоголь?

— Странный? Для моего возраста — очень даже привычный!

— Но ты же всегда лучше поешь, чем выпьешь! Сколько раз вас с Дорой за ужином приглашали на комнатные вечеринки? Ты же отказывалась!

— Знаешь, — я остановилась, посмотрела на зависшее следом приведение и призналась: — Бываю ситуации после которых просто необходимо съесть килограмма два конфет. А так как сладкое у меня закончилось — буду сублимировать!

Дора закатила глаза к потолку, таща рюкзак на плечах:

— Ну и словечко ты откопала!

Впереди была самая опасная часть участка — холл. Если уж и попадемся — то здесь, по нашему этажу в этот час разносился лишь храп, а вот на рецепшене мог кто-то и ошиваться.

Приведение, как бы не вредничало, все же полетело на разведку. Минуту нет, две, три, пять. Сумка уже оттягивает мою руку, а рюкзак — плечи Доры, и наше терпение иссякает. Я мелкими шажками продвигаюсь вперед, стараясь не звякать своей ношей, и что вижу?

Фирменную наглость!

Приведение склонилось над целой корзиной конфет!

Я походкой хищницы, ну и пусть с позвякиванием, добралась до полупрозрачного создания и задышала ему в затылок. Понимаю, что он не чувствует, но все же..

— Конфет, говоришь, нет.. — тихо спросила я, но он лишь отмахнулся, что-то читая на карточке, вложенной в корзину.

— Ах ты любопытный нос! Ты что, чужие послания читаешь? — праведно возмутилась я.

— А как я еще пойму, чье оно? — с хитрой улыбкой заметило приведение.

— И у кого без вести пропадет эта прелесть? — любовно поглаживая яркую обертку конфет, спросила я. Дора хотела было возмутиться — видимо, совесть пробудилась. Но хотела она не долго. Ровно до того момента, как одна из конфет не оказалась в ее руках.

— Рафелли! Мои любимые! — прошептала она. И я победно улбнулась.

У нас есть конфетки!

— Так у тебя же и пропадут! — огорошило меня приведение и я застыла. Такого поворота я не ожидала. — И.. от кого?

Я не хотела брать карточку, прикасаться к ней руками. Потому что я уже догадывалась от кого пришел сей щедрый дар.

— От Орлано Брунера, смотри тут написано.. — приведение хотело было зачитать вслух, но я не хотела слушать ни слова из этого лживого послания.

— Стоп! Не надо! — я выпрямилась, гипнотизируя взглядом яркие обертки и сглотнула. Это был самый сложный выбор в моей жизни..

Они были прямо перед моим носом: с вафелькой и воздушным рисом, шоколадные с алкогольной ноткой, в глазури со сладкой начинкой и покрытые белой шоколадной крошкой. Моя душа ревела! Я хотела их все, до последней штучки!

Но принять их означало простить, поэтому я забрав у Доры из рук конфеты решительно положила ее обратно со словами:

— Верни дарителю!

И позвякивая бутылками, уже не боясь быть застуканной пошла в сторону нашей каморки. Расстроенная потерей конфет, но все понимающая Дора шла понуро сзади и говорила, что это было жестоко.

— Лучше бы мы их не видели!

— Считай, тренируем силу воли! — я старалась найти в этом хоть одну положительную сторону.

— Ох, напьемся, — грустно предчувствовала Дора.

— Обязательно, вот только посылочку одну упакуем..

Я же так и натянула на шпионское белье повседневную одежду, и теперь вся горела желанием отправить ценный груз обладателю. Дорино розовое платье осталось лежать на кровати и теперь тоже требовало внимания.

— В топку? — спросила Дора, с облегчением скидывая рюкзак на пол и проводя рукой по ткани платья.

— Давай придумаем что-нибудь поизящней!

Содержимое моей сумки громко звякнуло, а мне оставалось только и надеяться, что стеклянные стенки окажутся крепкими.

Пока Дора доставала из рюкзака любовно позаимствованное, я быстро переодела белье и теперь с энтузиазмом ботаника-экспериментатора потрошила его содержимое.

— А это что?- Дора указывала на какую-то плоскую деревяшку.

— Не помню, — пришлось признать мне. — Полагалась на память Рема, а теперь..

— Вот на Брависе и поэкспериментируешь! — нашлась Дора и мои губы растянулись в предвкушающей ухмылке.

— О, да! — довольно протянула я, изымая шпионский арсенал. — Пусть считают, что это моя маленькая компенсация.

Черный цельный комплект белья теперь мало чем отличался от нормального.

— Надо было его тебе вместе с конфетами отправить! — цокнула языком Дора, от того, что поздно додумалась до этой мысли.

— Не-е-ет, надо уметь растягивать удовольствие! Тем более, я планировала передать «возврат» через Брависа.

— Зачем? — удивилась подруга, а потом прищурила глаза, глядя на мой заговорческий вид. — Ты что-то придумала, да?

— О, да! — я уже смаковала месть на языке.

С громким хлопком мы открыли первую бутылку и начали приводить мой план в действие. Бокалов у нас не было — их мы просто забыли захватить, зато «бутылка мира» у нас получилась преотличная.

— Ты уверена, что хочешь нанести удар по Бравису? Все-таки белье тебе дал Орлано..

— Уверена, враг-то у меня кто?

— Эм.. теперь двое? — предположила Дора.

— Ну, в какой-то степени да, но вот любимый враг у меня по-прежнему Бравис. Да и эффект будет что надо!

— Вот уже не думала, что мы будем так использовать позаимстованное.

— А у нас другого материала нет! Да и это даже лучше! По-мужски выходит!

— Ты еще скажи, что с долей брутальности и я, вообще, упаду! — хихикала подруга.

Вскоре мы завершили наше совместное «творчество» и с удовольствием потянулись. Одна бутылка подошла к концу, и внутренняя пружина начала расслабляться.