Время ведьм

Такие как Кристобальт не сдаются. Может, он сейчас и сделал вид, что прислушался к словам Деи, но упрямо выдвинутый подбородок говорил о том, что он все равно сделает по-своему.

В чем-то я его понимала. Менять не только привычный уклад — стиль жизни, достаточно сложно. А если нет желания — то практически невозможно.

Недаром у него такая лаборатория. Не зря он пошел в охотники и внедрил туда свои живые заклинания. Тяга к этому была в душе демона, и он бы был другим, если бы не она.

Разговор был не для посторонних ушей, поэтому я, сославшись на дела, выскользнула из кабинета. Благодарный взгляд подруги говорил о многом.

Надо уметь вовремя уходить. Хотя бы иногда.

Задумавшись, я бы так и врезалась в Гидеона, если бы не писк Арри:

— Да она тебя не видит, громила!

И тут же подняла голову. Из-за пазухи у этой горы мышц торчала маленькая мордашка Арри и разглядывала меня.

— И чем вы напоили этого охламона? — упрек ясно чувствовался в ее словах.

А вот я не сразу сообразила о ком идет речь. Сначала осмотрела Гидеона, а только потом поняла, что речь идет о Бакстере.

— А что случилось? — уточнила я.

Рассказывать я ничего не собиралась. Мышь разболтает все что знает, но я буду держать рот на замке. Все же хорошо, что Бакстер улетел показывать силушку очумительную, а то бы точно всем про демона растрезвонил.

— Этот ушастый притащил в комнату целуй куст аралии! С корнями!

Присвистнув, я оценила поступок Бакстера. Выкорчевать малюсенькими лапками самый коренастый в мире куст было делом непростым. Почему именно на него пал выбор спрашивать было бесполезно, даже у Бакстера. Я уверена, он уже и сам не знает.

Мотивы у летучего силача всегда были сомнительные, так называемые «чтовголовувзбредущие».

Куст аралии отличался не только огромными корнями, но и сильно пахнущими цветками. Вот мышка и проветривается, судя по всему.

За пазухой у Гидеона?

Вот мама всегда говорила, что у меня слишком живая мимика лица — все можно сразу прочитать. Так и сейчас, я всего лишь посмотрела на Гидеона, а он уже понял, что за вопрос меня мучает.

— Прикрытие, — важно сказал он.

Ну раз так! Куда мне..

Попрощавшись с милой парочкой, я пошла в сторону общежития. Разговор мог затянуться, а коротать время в гостиной не хотелось.

По дорожкам кружились пыльные вихри, а тучи серой ватой висели над головой. Постоянно потирая глаза, я ругалась на непогоду и мечтала о хорошей тарелке ужина. В любом виде.

Ведьмы же не только на приключениях работают. Они только пищеварению способствуют, и все.

Мне повезло — столовая еще не закрылась. Я успела на остатки, но и они были прекрасны. Я бы сейчас даже черствый рогалик с водой умяла — до того проголодалась.

Ничего сейчас не могло поднять меня со стула. Пять минут — это точно!

Глаза требовали отдыха и так и норовили закрыться, тело само по себе пристраивалось поудобнее, собираясь восполнять силы прямо в столовой.

Широко зевнув, я открыла глаза и увидела пригласительную карточку перед носом.

Ее же здесь не было!

Оказывается, это была противосонная карточка. Всю дрему у меня как рукой сняло от удивления. Протянув руки, я с трепетом и предвкушением открыла маготкрытку..

«Силия. Жду тебя у западных ворот академии. Твой Грег».

У западных ворот академии? А что там?

Воспоминания подкидывали картинки заброшенного маленького прудика и прогнившей скамейки. Его природа не шла ни в какое сравнение с академическим парком, поэтому к заброшенному уголку академии никто тяги не имел.

Оценив оригинальность идеи, я стрелой промчалась по коридорам и забежала в комнату. Ворох одежду был безобразно скинут на пол в описках нужной вещи. Не до морали мне сейчас! У меня всего десять минут!

Да какой десять? Уже пять!

Мысленно нажала на тормоза, приговаривая: « А что, уйдет что ли потом? Подождет как миленький!» и стала нарочито медленно одеваться. Выдержки хватило на две минуты. И уже через оставшиеся три я тряслась от сырости у заброшенного пруда.

Платье было к лешему! Отвратительный выбор..

«Сюда бы штанишки до пят, кофту по пальчики и ворот по горло!» — мечтала я.

Среди старых деревьев было особенно темно. Если еще по академическим аллеям стояли высокие светильники, этот уголок академии такой роскошью похвастаться не мог.

А жаль. Вот на это дерево я бы повесила целых два фонаря. Нет, десять. Чтобы так тоскливо не было.

Нет, ну кто так делает? Еще минута — и ухожу. Будет знать, как заставлять ведьму ждать!

Перетоптывания с ножки на ножку не способствовало согреву. Вредненькая злость начинала точить зубки внутри меня.

Но вопреки такой зловредненькой мне, когда сзади раздался шорох, я повернулась с самой ослепительной улыбкой..

Эм.. Это игра моего воображения, или вон тот кустик скрывает деда?

— П-с-с! — раздалось из-за зарослей.

Галлюцинации отменяются, эту седую макушку я бы узнала из тысячи.

— Ты одна? — шепнул он мне.

— Конечно, — несмело ответила я. С дедой вообще надо быть очень осторожной. Не то слово — и провал!

— Нигде нет этой кобры? — показавшаяся голова старого ведьмака под моими совиными глазами заозиралась и после моего клятвенного заверения, что никаких змея рядом и в помине нет, показался весь деда. Собственной нервной персоной.

Откинув маскировочную ветвь в сторону, пожилой мужчина сел на гнилую лавку и шлепнул себя по коленям:

— Дожил, ек-шпенделек! От бабы прячусь! — мужчина сам себе не верил и смотрел в сторону от меня, покачивая головой. — Ты из столовой догадалась что захватить?

— Ам.. — моя растерянность была вполне оправдана, но не дедой. Старый ведьмак сорвал травинку и сунул ее кончик в рот наподобие сигареты. А я даже сумочки с собой не взяла, там бы точно хоть одна печенька да нашлась для голодающего..

Поежившись, я осмелилась присесть рядом и с опаской скосила глаза на деда. Тот щурил глаза в темноту и усиленно думал.

Это его так Деворджилла довела? У них что там, война? Как бы меня партизаном не сделали..

И как только у меня созрела эта мысль, деда на меня подозрительно так посмотрел..

Нет. Нет, он же не умеет читать мысли. А я не партизан. Нет!

— Силия..

Нет.

Темнота передо мной сейчас была очень интригующей. Настолько, что я не могла оторвать глаз от них. Земля под ногами ничуть не уступала ей. Я природу люблю. Любую, лишь бы не в партизаны!

— Дейку волновать не могу. А тут такое дело! Честь задета, Силия! — и так пытливо мне в глаза смотрит. Настойчиво.