Страница 58 из 93
— Свербит у нее.. — доставала Силия травки с полки. — А почему, интересно, у меня не свербит?
— А потому, что тебе Фабиан разонравился!
— И то правда, — подтвердила подруга и спросила: — Опять на коленках?
— Ага, — доставала я самодельное изобретение из колбочек, скляночек, трубочек, с подогревом.
— Так, а где там у нас расприй пресловутый?
Я не могла его найти, хотя помнила, что набрали мы его с запасом.
Собирались еще с некромантом поделиться..
— А.. он у меня в ящике, — спохватилась подруга.
— А.. боюсь спросить.. но любопытство мне не простит.. зачем?
— Да над болезным издевалась — тестировала чай с расприем, думала, авось проймет.. — пожала плечами Силия, хихикая.
— И сколько ты заварила?
— Ну.. Он что-то часто пить просил, еще необычный вкус чая отметил..
— Хах.. А ты не боишься, что вот сделаем антидот, напоим, он подействует, а расприй тут как тут. И не убежишь от оборотня!
— Да прыщ тебе на подбородок, Дея! Нельзя такие вещи подруге желать!
— Эх, настоящая ведьма — на гадость гадостью ответила.
— Ну, так лучшие же подружки, — обняла меня за плечи Силия.
— Ага, не разлей вода, — обняла я ее в ответ.
— А давай добавим нарцисум, а? — уговаривала я подругу.
— Ты издеваешься сейчас, да? Куда ему еще больше самолюбованием заниматься? — чуть не крутила у виска Силия. — Ты же хотела и Кристобальту тоже дать антидот, чтобы все по-честному было.
— Ах да, прости, увлеклась.. Просто так хочется туда что-нибудь еще добавить, прямо руки чешутся. Знаешь, очень похоже на ведьминское чутье, когда оно вопит о забытом ингредиенте.. Силька, а мы точно ничего не забыли?
— Да все четко: на все двадцать составляющих мы с тобой подобрали двадцать антивеществ. Все, с точки зрения зельеварения, идеально.
От мышей не было ни одной весточки, поэтому, чтобы не терроризировать свою голову всякими домыслами, я усиленно ударилась в приготовление антидота. Когда мы были уже в самом конце процесса, мои руки так и чесались туда что-нибудь добавить.. Зуд, жжение.. У Вас проблемы с силой воли? Стукните себя по рукам, в конце концов!
В порыве отрыва своих жаждущих ручек от лишних травок, глянула на окно и увидела в проеме приоткрытой форточки невинную мордочку Бакстера, который хотел было скрыться, но, дернувшись тельцем, передумал.
Я поманила его пальчиком, подталкивая Сильку локтем, чтобы она тоже запечатлела взором нашего смельчака.
— Дея, — переминался с ноги на ногу летучий храбрец, — а давай так: я скажу, чего в антидоте не хватает, а ты не будешь меня пытать, а?
Мы с подругой быстро переглянулись и одновременно сделали шаг вперед, отчего мышь дрогнул, но не улетел.
— А ну-ка, лети сюда, мой летающий сундучок с сюрпризами, — поманила я его пальцем.
Бакстер глубоко-глубоко вздохнул, набрав полную грудь воздуха, отчего увеличился в два раза и стал более внушительной мышью, а потом, как шарик, медленно, со звуком, спустил весь воздух и подлетел к нам, приземлившись на край кровати.
— Так что ты знаешь? — мои пальчики уже в нетерпении барабанили по талии.
Нет, неужели он туда что-то бросил, а? А мы тут уже столько раз мучились, старались.. А сколько приключений на свое мягкое ведьминское место заработали. А он молчал!
— Ну да, — два маленьких клычка кусали нижнюю мышинную губу, если ее можно было так назвать. — Но сначала гарантируйте мою мышиную неприкосновенность!
— Бакстер, если ты сейчас же не скажешь, я тебе как раз гарантирую прикосновенность.. И мышиную, и даже обездоленного сиротинушки!
— Вот, деда тебя мало ругал, выросла совсем неуправляемой! — встряхнул крылышками возмущенный летучий мышь.
— Плохи были бы мои дела, если бы мной мышь мог управлять! — шагнула я к нему, и он начал мелкими шажками пятится назад.
— Ладно, Дейка, слушай, — показал он мне важно один коготок, когда уперся спинкой в стену.
Мы с подругой даже вперед подались, чтобы услышать, наконец, о том самом недостающем ингредиенте, который важен настолько, что его все двадцать антивеществ не могут перебить.
— Я туда плюнул.. — признался Бакстер, глядя себе под ножки.
— Но зачем?
Я даже злиться на него перестала, у меня осталась одна эмоция — недоумение.
— Ну как.. — замялся сюрприз с крылышками, — вы же хотели отомстить как следует, ну, вот, я тоже решил принять участие, все-таки моих ведьмочек обижают..
— Вообще-то, обидели одну меня! — возмутилась Силька.
— Так Дейка в защиту, а я с ней за компанию, ясен день! — развел крылышками Бакстер и умыкнул со стола печеньку.
— Так! Никаких перекусов во время серьезного разговора! — вырвала я у него из цепких лапок печеньку и положила на место. — Ясно, что то, чем руководствовался твой мышиный мозг, когда ты осуществлял слюноотделительную деятельность, так и останется для нас непостижимым рубежом.. Но вот нам-то что теперь делать, а? Что из тебя как антивещество подойдет, как ты думаешь?
— Эй-ей-ей! Меня нельзя трогать! Ты мне, вообще, какую-то там неприкосновенность обещала!
— Ага, сиротскую! Устроить?
— Нет, пожалуй. Мне не нравится, как это звучит.. Давай стандартную — мышиную! — отхлебнул он чай из моей чашки с самым невинным выражением мордочки.
— Значит так, прохвост, раз натворил дел, давай-ка сам и расхлебывай! У деда учился? Учился. Вот и подбери антивещество для своего творческого произвола!
— О нет, Дея, я не смогу! Сжалься! — взмолился мышь, сложив пальчики лапок замочком, потом подумал и для трагизма упал на колени. — Прошу!
— Нет, Бакстер, от тебя никакой пользы! Один вред получается: то подставишь, то сдашь, то наплетешь с три короба, то вещи испортишь..
Продолжать?
— Я могу быть полезен! — воскликнул мышь, а глазки-бусинки загорелись идеей.
— Хм.. Интересно, чем же? — мой скептический настрой ему вряд ли удастся перебить..
— Я покажу тебе приехавшую сестру магистра. Так, чтобы нас не засекли!
Сможешь подслушать их болтовню.. Ну и там все такое.. — заманчиво зашептал Бакстер.
О нет! Я недооценила мыша! Знает, какую информацию и когда подсунуть!
А ну этот скептицизм к лешему! Хочу посмотреть на сестренцию демона!
— Это не может быть она! — громким шепотом доносила я свою мысль одной ведьминской лазутчице и одному крылатому лазутчику.
— Точно, разве это демоница? — тихо вторила мне подруга.
— Она са-ма-я! Говорю вам! — стоял на своем Бакстер.