Страница 92 из 299
Парк, между тем, встретил нас тишиной и нарастающим жаром конца июля. Направление задавал Александр, сразу же направившийся к одной из боковых аллей — видно было, что он тут или не в первый раз, или у него уже налажен некий маршрут для важных знакомств, достаточно удалённый от основных «артерий» академии, но не выходящий к тупикам.
Я держался по левую руку от Александра, а брюнетка — по правую, чуть за его спиной. Места на тропинке хватало едва-едва, так что кому-то, идущему навстречу нашей высокородной процессии, пришлось бы сходу прыгать в кусты.
— Ваше Выс… кхм, — я демонстративно кашлянул. — Александр, раз уж на то пошло, то я попрошу и вас обращаться ко мне по имени.
— Принимается, — принц кивнул согласно. — Рад, что вы оказались под стать Родерику. Многие здесь и двух слов связать не способны… по крайней мере, впервые со мной заговорив.
— Вы хорошо знакомы с моим братом? — глупый, но необходимый сейчас вопрос.
Александр помолчал пару секунд, после чего ответил:
— Родерик — отличный офицер и товарищ. Он входит в число приближённых ко мне офицеров. Проще, знаешь ли, взаимодействовать с кем-то плюс-минус схожего возраста, а не с прожжёнными, седыми ветеранами…
Принц вдруг остановился у старого дуба на развилке, повернувшись ко мне всем корпусом. Его спутница, не отлипая от его правой руки, посмотрела на меня с каким-то несвойственным едва знакомым людям скепсисом.
— Когда я узнал о том, что его младший брат едва не погиб во время теракта, а потом — что именно он, то есть, ты, Лександр, сделал для спасения пассажиров… — Александр чуть наклонил голову. — Я оказался заинтригован. Родерик ведь рассказывал о вас. Давно, ещё несколько лет тому назад. Говорил о талантливом юноше, подающем большие надежды. А потом разговоры о вас как-то плавно поутихли…
Он сделал паузу, позволяя мне осмыслить услышанное.
— Вы изменились, Лександр. И я здесь не ради протокольных любезностей. Академия — это известный серпентарий. Здесь каждый второй будет пытаться использовать вас, так или иначе. Особенно учитывая вашу былую и нынешнюю славу.
— Я это понимаю, Александр.
Наследник кивнул, посерьезнев глазами:
— Родерик просил по возможности присматривать за вами, Лександр. И я подумал, что будет лучше, если у вас появится публичный патронат. Ничего обременительного — просто сам факт того, что я иногда обедаю с вами за одним столом или тренируюсь на полигоне, отпугнёт большинство любителей лёгкой наживы.
«Вот оно» — я внутренне напрягся, получив предложение, от которого крайне сложно будет отказаться, попутно не оскорбив наследника престола.
«Принять патронат — значит официально стать его человеком. Это даст кое-какую защиту, но при этом втянет во фракционную борьбу, которой не может не быть. А вот отказ — это риск нажить врага в лице будущего императора, способствовать кончине которого у меня нет ни желания, ни возможности».
— Я польщён, Александр, — произнёс я, тщательно подбирая слова. — И передайте, пожалуйста, Родерику, что я безмерно ценю его заботу. Но… — я прервался на секунду, встретившись с принцем взглядом. — Я покинул поместье с твёрдым намерением выкарабкаться из той ямы, в которой оказался, исключительно своими собственными силами. Если я приму ваше предложение, любой мой успех впоследствии припишут протекции… и тогда грош цена будет моему «исправлению».
Александр слушал меня молча, кивая в такт словам. Его лицо оставалось всё таким же непроницаемо-заинтересованным, но в глазах мелькало что-то, что я не мог идентифицировать. Отказа он, вероятно, не ожидал, но как минимум внешне принц воспринял это совершенно индифферентно.
— Кроме того, — продолжил я, — если кто-то захочет проверить на прочность «заново восходящую звезду», как меня теперь нет-нет, но называют в коридорах, мне будет спокойнее разбираться с этим без риска подставить под удар ваше имя. С ваших же слов, Александр, вы здесь как абитуриент. Предположу, что вам нужны равные соперники и честная конкуренция, а не шлейф из моих проблем.
Я чуть склонил голову и замолчал, всем своим естеством ощущая установившуюся тишину, вязкую и давящую. А вот Александр, поразглядывав меня несколько секунд, улыбнулся одними лишь уголками губ — искренне и, если можно так выразиться, по-мальчишески.
— Что ж, — произнёс он. — Родерик говорил, что вы сильно изменились и непонятно, что из себя теперь представляете… Но он даже не намекнул мне на то, что вы можете стать первым человеком в академии, который отказал наследному принцу…
«Как будто ты тут уже год бродишь, принц наследный» — подумал я раздражённо, но вслух сказал совсем другое:
— Не думаю, что я уникален. Просто вам нужно как следует тут осмотреться… — я позволил себе улыбнуться. — И я не отказываю так, словно мне это не нужно, Александр. Просто прошу отсрочки. Если я своими силами докажу, что стою чего-то, то в будущем смогу принять ваше предложение уже как равный, а не как обуза.
— Хорошо сказано, — Александр кивнул, усмехнувшись. — Особенно про равного. Мне понравилось…
И в этот момент, когда мне уже показалось, что самый опасный и тонкий момент миновал, в разговор вступила эта мелкая брюнетка, которую я с первых её слов стал недолюбливать:
— Вы хоть понимаете, — её голос прозвучал резко, почти обиженно, — от чего вы отказываетесь, Лазарь?
Я медленно перевёл на неё взгляд, прищурившись. На щеках девушки проступил лёгкий румянец, а сама она сжала кулачки так, словно готовилась на меня броситься.
— Леди…
— Мой кузен — наследник престола! — продолжила она, даже не попытавшись меня выслушать. — Он предлагает вам свою дружбу, а вы… вы говорите о какой-то «отсрочке»? Вы полагаете, что ваши таланты и перспективы настолько выдающиеся, что вы можете позволить себе такое неуважение?
— Виктория, — в голосе Александра прозвучало предостережение.
— Нет, Саша! — она резко развернулась к кузену так, что полы платья хлестнули её по лодыжкам. — Это несправедливо! Ты пришёл к нему, предложил помощь, а он… он ведёт себя так, словно про равного он ни разу не оговорился! — она снова смотрела на меня, зло, огоньками, блуждающими в темноте её зрачков. — Вы думаете, что ваши подвиги в лесу дают вам право говорить с наследником престола Империи на равных? Что ваш контроль над металлом впечатлит приёмную комиссию настолько, что вы обойдёте на экзамене настоящего гения?