Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 80 из 299

Я как раз устроился за рабочим столом, достав планшет и открыв парочку книг по этикету, когда браслет вновь завибрировал, заставив меня вздеть очи к небу.

На экране, мигая, повисло обрамлённое металлической рамкой уведомление о получении сообщения от отца, Альберта Лазаря.

«Лександр. Первое — экзамен решено назначить на тридцать первое июля, о чём ты, полагаю, уже осведомлён. Второе — сегодня в полдень состоится семейный обед в „Золотом Фазане“. Присутствовать буду я, Родерик, Розалия и Виктория. Сестёр ты не видел больше года, брата — и того дольше. Я рассчитываю на то, что ты сможешь выделить время, и обеспечишь своё присутствие на обеде, потому что впоследствии собраться всем вместе будет проблематично. Сообщи о своём решении как можно раньше».

Я прочитал сообщение дважды, и сам не заметил, как начал задумчиво постукивать по повязке на запястье. Второе приглашение, на этот раз подкреплённое тем, что у меня есть солидное окно до начала экзаменов.

«Тут уже не отмазаться так просто. Плохо. Но пока некоторые странности можно будет списать на шалящие после встречи с Корвином нервишки, плюс недавний теракт со всем остальным. Нужно соглашаться».

Набрать короткий ответ, сообщив о том, что я буду вовремя, отправился к получателю, а я вооружился планшетом, начав неистово копать.

Я начал с новостей, перешёл к порталам, описывающим жизнь в Сант-Море, прошёлся по статьям о региональных собраниях аристократии, стремящейся разрешить кризис с минимальными потерями, но так и не отыскал ни единой причины для того, чтобы Лазари вот так собрались в городе.

Можно было предположить, что Родерик, будучи наследником, здесь именно в этом статусе. Но сёстры? Обе — мелкие, Розалии — шестнадцать, Виктории — тринадцать. Без причин втягивать женщин, особенно юных, в политическую жизнь в Империи было не принято. Всё отличалось от семьи к семье, конечно же, и у тех же Громовых дочери рода были ничуть не менее самостоятельными, чем сыновья, но Лазари в этом плане придерживались консервативных традиций.

Иными словами, я ничего не понимал даже после того, как прошерстил все открытые источники, узнав максимум о том, чем моя родня занималась в последние пару лет.

«Это неприятно. Фактически, я пойду туда вслепую, и уповать придётся только на то, что всем окажутся интересны именно актуальные темы, о которых мне известно хоть что-то» — подумал я, глядя на фотографии сестёр.

Одна, Розалия — холодная, надменная блондинка, унаследовавшая внешность от матери. Осанка, платиновые волосы, уложенные волосок к волоску, и взгляд, говорящий что-то сродни «Я — Лазарь, а ты — никто».

Вторая, Виктория — «тёмная лошадка», на фотографиях выглядящая чинно и аккуратно. Этакий золотой ребёнок, не расстающийся с книжками. И волосы как у меня — такие же тёмные, с синеватым отливом.

«Допустим, Викторию в силу возраста можно пока не учитывать. Но Розалия…».

Теперь я мог понять её мотивацию в том, чтобы любой ценой отдалить от меня Алисию. Более того, сама её интрига, реализованная через подругу, — кто бы ещё мог обеспечить в поместье Лазарей такое шоу? — была, как стало ясно, направлена на спасение от попрания чести рода и меня лично.

Лександр-то вырос, но не удалил от себя красавицу-простолюдинку, продолжая с ней общаться. Возможно, были и разговоры, и упрёки, и требования от родни, которые парень игнорировал. И ситуация с «предательством» тогда — это следствие.

«Буйного пациента, если он продолжает сопротивляться, позволительно угомонить силой» — вздохнул я, начав собираться для выхода «в свет». Переоделся во что поприличнее, закатав рукав так, чтобы это не выглядело по-глупому, привёл себя в порядок — и покинул общежитие.

До обеда оставалось сорок минут, и за это время мне нужно было ни много, ни мало, а покинуть территорию академии и поймать экипаж…

[Интерлюдия 5].

Кабинет главы регионального управления Имперской Безопасности мало походил на кабинеты прочих высокопоставленных чиновников Первой Империи.

Тут не нашлось места пафосу, портретам или дорогим картинам, призванным подчеркнуть статус хозяина помещения. Всё было минималистично и по-военному функционально, даже стерильно: серые стены, металлический стол, тянущийся из края в край, угловатые мониторы и множество бумаг, занимающих всё свободное пространство.

А вот стеллажи в кабинете напротив, были почти пустыми — видно, отсюда документы регулярно переправляли в архивы.

Жанетт Дорвинд, глава Сант-Морийского филиала, восседала за столом, подперев подбородок сцепленными в замок пальцами. Сосредоточенные голубые глаза не моргая смотрели прямо на завершающего свой доклад Корвина — стоящего перед столом навытяжку, говорящего без запинки и выглядящего так, что хоть сейчас на агитационные плакаты с натуры переноси, прицепив ярлык эталонного офицера.

— Таким образом, леди Дорвинд, вопрос по использованию бытовых катализаторов в качестве оружия со стороны нашего ведомства закрыт, а все детали переданы в руки специалистов. Подозрения в нелегальной модификации катализатора участника инцидента не подтвердились, — Корвин собирался продолжить, но прочитал во взгляде начальницы требование пояснить подробнее. — Ошибка имела место быть из-за аномальных показателей чистоты ментального образа и уровня контроля. Если вам интересны точные цифры, то…

— Нет, — Жанетт качнула головой. — Сухие цифры меня не интересуют. Вы провели предварительную вербовку этого юноши в кандидаты на отбор в гвардию Его Величества?

Корвин нахмурился:

— Никак нет, леди Дорвинд. На данный момент это было бы неразумно, — мужчина взял секундную паузу. — Интересы Лександра Лазаря не лежат в плоскости боевых направлений эрикс-искусств, с его же слов.

Бровь Жанетт поползла вверх. Такого ответа она, казалось, не ожидала совершенно.

— Поясните, Корвин.

— В обмен на своё участие в мероприятиях, должных поспособствовать скорейшему решению вопроса с ошибками в прошивке бытовых катализаторов, господин Лазарь запросил доступ к закрытым данным по проектированию и программированию катализаторов, — произнёс он медленно, тщательно подбирая слова. — Никаких иных требований. Ни просьб о протекции, ни просьб о предоставлении лицензии, оборудования или финансовых средств. Только доступ к учебным материалам. К тем, что читают будущим разработчикам на старших курсах академии.