Страница 84 из 151
Глава 31. Укол совести
10:20. 03.08.437. Лагерь Смертников
Пожелав хозяйке спокойной ночи, смертники допили спиртное, и управляющий велел всем расходиться по кроватям. Тут то и выяснилось, что большинство парней не только не в состоянии найти свою спальню, но и на ногах держатся с трудом. Луи и Пирс, которым из-за беседы с хозяйкой досталось меньше всех выпивки, при поддержке почему-то практически трезвых Рика и Джонни кое-как распихали рабов по комнатам, не особо разбираясь кого в какие. Клиф ушел самостоятельно, прихватив с собой невменяемых рыжего и брюнета из новеньких. Поставив будильник на восемь утра, управляющий завалился спать, не раздеваясь, сжимая в объятьях ставшего уже почти родным Джонни.
Утром Луи проснулся с мигренью и в скверном настроении. Честно говоря, блондин благополучно проспал, закрыв голову подушкой и старательно игнорируя раздражающие звуки таймера. Джонни, которому надоело слушать надрывающийся дурным голосом будильник, грубо растолкал покровителя и буквально выпихнул из постели в сторону ванной. Душ помог Луи проснуться и немного уменьшил головную боль. Застегивая браслет связи, мужчина в ужасе обнаружил, что на часах уже девять, и быстро одевшись, бросился будить выбранных с вечера Вэла и Гранта. Помощнички отыскались в комнате Пирса, спящими на ковре в обнимку c хозяином комнаты. Попытки управляющего воззвать к их совести и подняться не увенчались успехом. На команду Луи «Рота, подъем!», которой госпожа иногда будила проспавших утреннюю пробежку смертников, открыл глаза только Пирс и так витиевато послал управляющего, что у того мелькнула мысль о явном вкладе госпожи в образование заместителя. Об умении хозяйки ругаться по лагерю ходили легенды. Почвой для них послужил мятеж, после которого многие участвовавшие в патрулировании парни при случае выдавали такие многоэтажные конструкции с вкраплениями иностранных слов, что у оппонентов тут же заканчивались аргументы и в ход шли кулаки. Махнув рукой на планы, мучаемый сушняком Луи потащился в столовую, собираясь после опохмела поискать кого-нибудь адекватного. К счастью, Тони и Бэзил смылись из гаремного зала еще до звонка госпожи, а потому коридор перед кухней наполнял запах кофе. За ближайшим к входу столиком сидели с похоронными лицами Клиф и двое новичков: брюнет и медноволосый, сжимая в руках дымящиеся кружки. Ближе к стойке расположились подозрительно веселые Бэзил и Сид. Свеженький до неприличия повар суетился у плиты.
— Тони, мне тоже кофе, пожалуйста, – попросил управляющий, садясь напротив Клифа, и получив «лекарство», сочувственно спросил хромого. – Как здоровье?
— Хреново, – лаконично ответил Клиф, опрокидывая в рот кружку, и позвал повара. – Тони, еще кофе.
— Никогда не думал, что буду мечтать о смерти, – произнес медноволосый, отхлебывая темную жидкость. – Так плохо мне не было даже после жесткой «игры» моей бывшей жены на вечеринке выпускников университета.
— Ну, твое желание вполне может осуществиться завтра, если очень попросишь госпожу, – заметил Луи и, сделав глоток, добавил. – Кстати, поздравляю с днем рождения.
— Вот уж, спасибо, – поморщился рыжий. – Я пока не готов отказаться от подаренных мне трех месяцев жизни.
— Сид, ты-то чего такой веселый? – с завистью поинтересовался блондин, прикладываясь к кружке. – Ты же, вроде, пил вместе со всеми.
— Ага, как же, – огрызнулся смертник. – Вчера была моя смена охранять ворота. Сразу после праздничного ужина я вернулся на пост. Мне перепало всего два бокала вина, налитых лично госпожой.
— Считай, сам напросился. Госпоже нужны носильщики, чтобы забрать посылки из космопорта. Составишь мне компанию. Бэзил, ты вроде тоже здоров. Поедешь с нами, – обрадовался Луи и указал на полупустую кружку. – Тони, повтори.
— Луи, я не могу, – заканючил шатен, подмигивая повару. – Ты же видишь, в каком парни состоянии. Тони понадобится помощь в их лечении.
— Ладно, не ной, – схватился за немедленно занывший висок управляющий и кивнул на соседей по столу. – Я возьму кого-нибудь из этих полумертвых.
— Я бы и рад, но сомневаюсь, что госпожа разрешит мне ехать в космопорт с растяжением, – отозвался Клиф, печально вздохнув. – Ты же знаешь, как строго она отбирает свой эскорт.
— Не о тебе речь. Сиди со своей травмой и присматривай за порядком, – отмахнулся Луи, допивая кофе. – Вы двое. У вас есть убедительные отмазки от поездки?
— Я госпоже не нравлюсь, – сразу ответил Рори, отодвигаясь от блондина. – Она меня сперва даже брать не хотела из-за цвета волос.
— А зачем, тогда взяла? – полюбопытствовал фаворит, с живым интересом разглядывая рыжего. – Может, увидела в тебе то, что другим незаметно?
— Понятия не имею, – пожал плечами медноволосый. – Как только госпожа Сита заявила, что расторгла со мной брак, госпожа Эйлана настояла на оформлении дарственной на меня, угрожая отказаться от покупки всей партии.
— Хватит разговоров, время-то идет, – Луи ополовинил вторую порцию кофе и посмотрел на гипнотизирующего кружку брюнета. – А ты чего молчишь? Сказать нечего? Если допил, бегом на конюшню. У нас осталось всего полчаса, чтобы доехать и встретиться с госпожой в холле ее особняка. Как твое имя-то, молчун?
— Бут, – ответил брюнет и, получив разрешительный кивок Клифа, резво покинул столовую.
— Чего это он тебя боится? – спросил Сид, поднимаясь из-за стола. – Никак нарвался вчера?
— Бут неудачно пошутил по поводу хромоты Клифа и госпожи, а тот обиделся, – пояснил Рори, относя пустые кружки на стойку.
— Клиф, умерь свой пыл, – строго сказал Луи, глядя в серые глаза русоволосого. – Если кого-нибудь ненароком покалечишь, госпожа может и не простить тебе нанесение урона ее имуществу.
— Никто не смеет смеяться над госпожой безнаказанно, – прорычал Клиф, сжимая в кулаке кружку. Пластик не выдержал такой нагрузки и сломался. – Она – ангел, и я продолжу избивать наглецов, осмеливающихся поминать ее травму всуе, пока меня не усыпят из-за возраста, или не получу прямой запрет из ее уст.
— Влюбленный придурок, – тихо фыркнул блондин и, махнув Сиду, вышел за дверь.
Смертники едва не опоздали. Браслет Луи показал 10:57, когда они галопом пересекли луг и увидели, как из ангара вылетел флаер.
— Доброе утро, госпожа, – блондин соскочил с коня и рухнул на колени возле флаера, опустившегося у самого крыльца.