Страница 38 из 151
Глава 15. Семейный вечер
20:30. 22.07.437. Комната Софии
«Идиот! Ублюдок! Как щека-то болит! Напугал меня до полусмерти и опять руки распустил, - всхлипывая, думала Софи, пока Вилли нес ее в дом. – Чтоб ты сдох, козел!»
В объятьях юного мальвийца девушка чувствовала себя так уютно и безопасно, что не стала заявлять о своей способности ходить, когда парень прошел с ней на руках по коридору и толкнул дверь медпункта. Медик, высокий, как и все остальные мальвийцы, широкоплечий блондин с волевым лицом встретил ее поклоном и предложил присесть на стул возле письменного стола. За время поездки юная инопланетница прониклась доверием к Вилли и не хотела расставаться с ним ни на минуту. Вцепившись в его шею, Софи напрочь отказалась спускаться на пол, и юноше пришлось самому занять стул и пристроить драгоценную ношу на своих коленях. Медик смазал покрасневшую щеку девушки каким-то охлаждающим бальзамом и, сев за стол, попросил рассказать о причинах повреждения. За этой беседой их застала Эйлана. Казнь над Дэном, устроенную мамой, девушка сперва восприняла как фарс, и только когда осознала всю серьезность ситуации, перепугалась не на шутку и схватилась за руку кстати подвернувшегося Вилли. Хорошо, что мама согласилась не убивать этого засранца Дэна и забрать его в свой «гарем», чтобы это не значило.
— Госпоже что-нибудь нужно? – спросил Вилли, прерывая ее мысли. Юноша проводил Софи в ее комнату и сейчас подпирал косяк, опустив глаза в пол.
— Мне нужно в душ, - ответила девушка, доставая из шкафа чистую одежду. Только войдя в свою комнату, она вспомнила, что разгуливает в перепачканном землей платье, и решила привести себя в порядок.
— Госпоже требуется помощь? – уточнил юноша с тайной надеждой, что ему позволят составить девушке компанию.
— Нет, спасибо, сама справлюсь, - подумав, сказала Софи и ушла в ванную.
На самом деле ей очень хотелось принять душ, а лучше ванну, с таким классным парнем, но.. Это проклятое «но!» Девушка считала, что секс на первом свидании дурной тон, а уж совместный душ – это явный показатель легкомысленности и неразборчивости в связях. Такой Софи не была и не желала, чтобы Вилли воспринял ее поведение неправильно.
Бросив грязную одежду в корзину для белья, инопланетница шагнула в душевую кабину и на время забыла обо всех невзгодах и неприятностях, нежась под теплыми струями, смывающими грязь и заботы. Завернувшись в найденный на двери белый банный халат, Софи вернулась в комнату и обнаружила Вилли, стоящим на пороге в той же позе.
— Ты все еще здесь? – удивилась она.
— Госпожа не отпускала меня, - ответил юноша, словно это что-то объясняло.
— Разве ты не можешь уходить и приходить по своему желанию? – поинтересовалась девушка, садясь на пуфик возле зеркала.
— Нет, госпожа. Раб не вправе войти в комнату госпожи или покинуть ее без разрешения.
«Какой ужас!», - подумала Софи, но осознав, какую власть в ее руки дает это знание, улыбнулась.
— Если вас не устраивают мои услуги, госпожа, вы можете выбрать себе другого парня из гарема, - сказал юноша, неверно истолковав улыбку Софи.
— Что такое гарем? – задала вопрос она и попросила. – Отвернись, я оденусь.
— Гарем - это все мужчины, живущие в доме госпожи, - сказал юноша, становясь лицом к двери. – Рабы обычно подразделяются на профи - специалистов, годных к использованию наложников и тридцатилетних стариков.
— Что значит, «годный к использованию»? – спросила Софи и разрешила юноше повернуться. Вилли снова занял место у косяка, изучая свою обувь.
— Раб считается годным, то есть подходящим для игры, по достижении совершеннолетия и до тридцати двух лет, - увидев непонимание в глазах девушки, он пояснил. – Совершеннолетие у нас наступает в четырнадцать лет.
— О какой игре ты говоришь? – поинтересовалась инопланетница, расчесывая волосы. – Посмотри на меня, а то создается впечатление, что я тебя пугаю.
— Игра это.. - Вилли помедлил, подбирая слова, и вспомнил, что госпожа Эйлана называла свою игру «тисканьем». Короткое зеленое платье Софи с глубоким декольте, здорово сбивало с мысли юношу, некстати возрождая в памяти эпизод в комнате напротив кабинета госпожи, – ..это, когда госпожа тискает раба руками или с помощью инструментов и иногда берет в свою постель.
— Руками – это понятно, - кивнула девушка, разглядывая своего собеседника в зеркало. – А вот о каких инструментах ты говоришь?
— Этот вопрос вам лучше задать госпоже Эйлане, - заметил юноша, мысленно ругая себя за излишнюю болтливость. Чтобы сменить тему, он не нашел ничего лучшего, как предложить. – Госпожа не желает ланет?
— Желаю, - согласилась Софи, забираясь с ногами на кровать.
22:30. 22.07.437. Комната Дэна
Дэн валялся на постели голышом поверх покрывала и невидящими глазами пялился на темнеющее за окном розоватое небо. Еще утром он ступил на землю этой аграрной, как написано в путеводителе, планеты с намерением отлично отдохнуть со своей девушкой в доме ее матери, а спустя несколько часов лежал в отведенной ему в особняке комнате, избитый и униженный. И кто в этом виноват? Конечно, потаскушка Софи и ее придурочная мамаша.
«Ты ударил Софи, и небо упало на землю, – мысленно передразнил он Эйлану и выругался. – Из-за единственной пощечины меня записали в рабы».
События дня казались ему кошмарным сном. Инопланетник никак не мог смириться с мыслью, что его, сына уважаемого в родном городе человека, избили, как бомжа. Сказать, что он был шокирован, значит, ничего не сказать. Юноша чувствовал себя ничтожеством, над которым покуражились и выкинули за ненадобностью.
«Черт бы побрал этих мальвийцев. Кто ж знал, что на этой Мальве всем заправляют бабы, а мужики – сплошь бесхребетные подкаблучники?»
Открылась дверь. Дэн испуганно закутался в покрывало по самую шею и вжался в угол кровати. Словно в ответ на его мысли в комнату вошел здоровенный двухметровый брюнет и поставил на прикроватную тумбочку большую плоскую тарелку. Комнату наполнил дразнящий аромат экзотической пищи.
— Это твой ужин, инопланетник. Госпожа Эйлана считает, что даже провинившихся рабов нужно кормить. Завтра утром она ждет тебя в своей комнате для наказания, – мальвиец с усмешкой оглядел перепуганного юношу и направился к выходу.
— Наказания? – вспыхнул Дэн, от возмущения забыв о страхе. – Меня избили и чуть не убили. Я и так уже наказан по самое «не хочу». Куда уж больше?