Страница 3 из 151
Луи по-хорошему завидовал Крэгу, которого любила такая женщина, и, узнав, что синяки на ручках госпожи его работа, был просто вне себя от ярости. Как можно даже помыслить, чтобы расстроить госпожу, а уж оставить синяк, это повод для казни. Едва госпожа галопом прискакала в лагерь, Луи окружил ее заботой и вправил мозги смертникам, чтобы даже чихом не смели ее волновать. Да и сами парни тряслись над госпожой как над хрустальной вазой. В лагере царил образцовый порядок. Все разногласия решали только в спортивном или гаремном залах, а старшие наказывали провинившихся так, чтобы никто ни единым звуком не потревожил покой госпожи.
В то время госпожа вела себя как обычно, а вот ее сегодняшнее поведение поставило управляющего в тупик. Ни одна женщина на его памяти не забиралась мужчине на колени и не просила ее обнять. Так иногда вели себя шкеты со своими верхними, но уж никак не хозяйки. Луи было приятно осознавать, что его ангел (именно так он про себя называл хозяйку) доверяла ему настолько, что позволила увидеть свою слабость и беззащитность, ненадолго, но и это было огромной милостью.
Сам факт, что госпожа искала у него сочувствия, говорил о том, что Крэга еще не простили, просто сделали поблажку, согласившись вернуться в усадьбу и позволяя видеться с ней. А поцелуй.. Как же сладко целуется госпожа..
— Луи, ты нужен в спортзале, – в кабинет заглянул Джонни. – Лиам бросил вызов Сиду, им нужен судья для спарринга.
— Иду.
* * *
Возле крыльца хозяйку встретил Клиф с коляской. Эйлана положила люльку в коляску, и они пошли по дорожке вокруг лагеря. Еще до родов девушка нередко гуляла с Клифом и расспрашивала о Мальве. Из этих бесед она узнала массу полезной информации, которую не найдешь в справочниках и которой не принято делиться с инопланетниками.
В отличие от Крэга и Луи русоволосый здоровяк не получил высшего образования. Тест на поступление в Лицей он завалил исключительно из-за невнимательности. Однако его внешние данные и природная смекалка позволяли занимать верхние позиции в гаремах и обеспечивали спокойную жизнь.
Эйлане нравился «Хищник». Нравился спокойный нрав, негромкий баритон, влюбленные взгляды, которые он бросал на хозяйку украдкой, когда думал, что она не видит. Нравилась страсть, с которой парень отдавался благодетельнице в тот единственный раз, когда она пожелала его соблазнить. Еще ей нравилось танцевать с Клифом. Даже когда нога зажила, Клиф продолжал спотыкаться, когда думал, что девушка выдохлась, но из-за упрямства продолжаю танцевать. Конечно же Эйлана немедленно останавливала музыку и интересовалась его здоровьем. Хитрюга. Неужели он и, правда, думал, что хозяйка его не раскусит?
До полудня они бродили по тенистым уголкам лагеря. Пару раз, поставив коляску на тормоз, девушка обнимала Клифа и начинала кружить его в танце, но каждый раз останавливалась уже через несколько секунд. В конце концов, ее голень устроила протест против таких экспериментов. "Хищнику" пришлось усадить хозяйку на лавочку и сделать массаж, которому он научился на курсах по первой помощи, проводимых Ларсом.
После обеда Эйлана часика два поспала в своем кабинете, а перед ужином приняла зачеты по стрельбе и метанию ножей.
* * *
На закате в усадьбу въехала двуколка с эскортом. Справа и слева от экипажа скакали всадники с фонарями в руках. Крэг выскочил из дома, едва услышал стук копыт, и узнал в наездниках Пирса и Луи. Брюнет опустился на колени и предложил жене руку. Опершись на его ладонь ручкой в кожаной перчатке, хозяйка спустилась на землю.
— Вот я и дома. Благодарю за приятную прогулку, мальчики, – сказала она, улыбаясь. – Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, госпожа, – рабы поклонились и, развернув коней, скрылись в лесу.
Эйлана рассеяно потрепала мужа по волосам и, подхватив переноску с дочкой, вошла в дом. Сомлевший от неожиданной ласки Крэг тряхнул головой, приводя мысли в порядок, и, сев двуколку, поехал на конюшню. Поднявшись в спальню супруги, он привычно осведомился, где ему сегодня позволено лечь спать. В ответ на ковер возле кровати спикировала подушка.
— Сегодня ты спишь здесь, муженек, – ответила хозяйка и продолжила кормить дочь.