Страница 75 из 147
— Ты принадлежишь мне уже несколько недель, Крэг. Все это время ты делишь со мной постель и стол. Около недели ты помогаешь мне в работе. Этого времени обычно достаточно, чтобы составить мнение о человеке. Мне все интересно, за кого же ты меня принимаешь? – майор методично вбивала страпон в давно не используемое таким образом тело «старого» раба, следя за его самочувствием. Калечить наглого любовника ей не хотелось.
Вместо ответа Крэг молча кусал губы, давя пошлые стоны. Короткая боль при вхождении насадки быстро сменилась сладкой истомой. Эйлана немного ускорилась, и из могучей груди мальвийца вырвался тихий рык довольного зверя.
— Томми, детка, подрочи Крэгу, а то ему меня, оказывается, мало. Эйлана для него – не достаточно ласковая и внимательная хозяйка, если он смеет устраивать такие сцены ревности, – ядовито распорядилась инопланетница.
Девушка указала непонимающему парню на возбужденную плоть своего любовника. Медик вспыхнул, но принялся старательно ласкать указанную часть тела. Крэг выгибался, вскрикивал и вскоре с громким рыком кончил, выстрелив семенем в лицо инопланетнику. Томми не решился сплюнуть сперму и проглотил ее, с опаской поглядывая на здоровенного мальвийца. Отправив медика в душ, Эйлана сняла страпон и вымыла использованный инструмент в раковине.
— Одевайся и пшел вон, – приказала она разомлевшему мужчине, приводя себя в порядок перед зеркалом.
Крэг послушно спустил ноги на пол и потянулся за штанами.
Убедившись в своей неотразимости, Эйлана заглянула в ванную. Инопланетник стоял под струей воды и что-то бормотал.
— Томми, посмотри на меня, – медик поднял на хозяйку потерянный взгляд — Поверь мне, ты абсолютно нормальный молодой человек, а вовсе не тот ужас, который ты себе напридумывал. Ты нормальный, вопрос в том, что понимать под нормальностью. На твоей родной планете гетеросексуальный мужчина – считается нормой, а на Мальве — планете бисексуалов быть только гетеросексуалом совершенно ненормально. У тебя есть выбор: ты становишься бисексуалом и чьим-нибудь активным или пассивным любовником. Как ты сейчас должен был заметить, активом быть все же лучше. Советую завтра с утра пораньше поиметь Жерара. Иначе, он станет нагибать тебя при каждом удобном случае. Крэга не бойся, он ревнует, но с медиком связываться не станет. Ключ от медкабинета я положу в верхний ящик рабочего стола в приемной. Мои подруги очень любят экспериментировать с мужчинами, иногда весьма болезненным образом. Поэтому как придешь в себя, запри дверь и до утра никому кроме меня не открывай. Твои вещи я принесу чуть позже.
— Благодарю, госпожа Эйлана, – с чувством произнес мокрый парень, прикрывая ладонями причинное место.
Девушка кивнула, удостоверилась, что брюнет выполнил приказ, и покинула опустевший медпункт, захлопнув за собой дверь.
23:00, 03.08.436 ОМ. Усадьба на окраине столицы
Крэг чувствовал себя редкостной скотиной. Мужчина никогда прежде так активно не нарывался на наказание. Нужно быть полным кретином, чтобы так надерзить хозяйке. Не иначе, как ревность к молодому конкуренту взыграла. Ревность, которая не давала о себе знать долгие годы, вдруг подняла голову и оскалила зубы. Ревность и страх лишиться недавно пожалованных привилегий заставили опытного гаремника забыться и нахамить благодетельнице. Слишком поздно он осознал, что ляпнул, не подумав. Слишком поздно. Счастье, что госпожа предпочла пустить в ход страпон, а не кулаки. Хотя физическую боль брюнет всегда предпочитал мукам совести. Хозяйка на удивление ласково обошлась с обнаглевшим рабом, не пожалела смазки и времени на подготовку, да и отымела не слишком грубо. На ее месте Крэг вообще не стал бы возиться с растяжкой и лубрикант заменил бы слюной. Все-таки с госпожой ему сказочно повезло. Ангел во плоти, а не женщина. Грех – это расстраивать такую хозяйку наглостью и непокорностью, особенно после воспитательных пощечин, выданных авансом повару. Крэг с ужасом представлял, чего ему будет стоить вымолить прошение у этой святой женщины. Любой доброте и милости есть предел. Черничный брюнет, похоже, на этот раз перешел все границы разумного. Если раб бы мог, то разбил бы себе морду в кровь. Он сделал бы что угодно, лишь бы вернуть расположение хозяйки.
Покинув лазарет, брюнет направился в спальню разобрать вещи и подумать о своем поведении, но проскочил лестницу и оказался в холле перед высокими до потолка массивными дверями из светлого дерева. Согласно плану за ними скрывалась библиотека. Недолго думая, он толкнул створку и очутился в просторном зале, уставленным небольшими овальными столиками с удобными креслами. Стены подпирали огромные стеллажи с книгами. Сквозь золотистый витраж, занимавший почти треть стены напротив входа, лился солнечный свет, позволяя рассмотреть обстановку во всех подробностях. Мужчина прошел к полке под вывеской «юриспруденция» и отыскал свежее издание «Кодекса поведения раба». Присев на краешек кресла, он углубился в чтение, ища кару за свое прегрешение.