Есения

Глава 34 

Есения

— Это что за долбаный теремок? — напряжённо взирает на деревянный домик, украшенный гирляндами.

— Ну вот так, — пожимаю плечом.

— А зал где?

— Нет никакого зала. Покупаешь на вынос и ешь. Где хочешь. В парке, например.

— Прекрааасно, — тянет, нервно постукивая пальцами по рулю. — Ты точно уверена, что это находится тут? — глушит мотор и с сомнением косится на вывеску.

— Уверена.

— Если твоя цель меня травануть, то…

— А добираться назад до дома на этой твоей баварской колеснице как буду? Я, к твоему сведению, только на тракторе ездить умею.

Блондин удивлённо приподнимает бровь.

— Дядя Валера как-то летом научил. Что?

— Ничего, — усмехнувшись, качает головой.

— Ты спрашивал, где самая вкусная шаурма с курицей, на мой взгляд. Так вот она здесь. Видишь, сколько желающих? — акцентирую внимание на толпе собравшихся.

— Желающих испытать судьбу? — уточняет саркастично.

— Разумовский, ну прекрати уже. Проверено на себе неоднократно. Хорошо тут делают. Вкусно и безопасно, — повторяю ещё раз этому параноику.

— Смотри мне. Не дай бог отравимся, я тебя убью, — открывает дверь и вылезает из салона.

— Только ты как порядочный человек очередь сперва займи.

— Чего? — хмуро взирает на меня уже с улицы.

— Ну а как? Прежде, чем получить желаемое, надо немного подождать, — словно ребёнку разъясняю невозмутимо.

— Немного? — оценивает перспективы. — До вечера, мать твою?

— Иди становись, — закатываю глаза.

— Закройся изнутри, — командует напоследок. — Украдут ещё…

Кого: меня или машину не уточняет.

Нажимаю на кнопку и внимательно наблюдаю за тем, как Эмиль уверенной походкой направляется в сторону внушительной очереди.

Так. Ага. Недовольно взирает на окружающую его обстановку, однако всё же становится в хвост, как я наказала, и, убрав руки в карманы модной куртки, терпеливо ждёт.

— Молодец, — мои губы непроизвольно растягиваются в улыбке.

Смотрится Разумовский в общей массе достаточно странно. В смысле выделяется из толпы. Видно, что оказался он здесь случайно. Машина и шмотки дорогущие выдают. Часы. Обувь. Причёска. Да всё. Даже то, как он несёт себя этому миру.

Люди поглядывают на залётного мажора с нескрываемым интересом. Особенно представительницы женского пола, конечно. Вон стоят, выразительно стреляют глазами в надежде на то, что видный парень обратит на них внимание.

Когда этого не происходит, самая решительная представительница девичьей компании берёт инициативу в свои руки и вступает с ним в беседу.

Вздыхаю и закатываю глаза.

Вечно одно и то же. Ведутся на красивую картинку и летят как мотыльки на свет.

«А ты, Сенька, типа нет? Не такая?» — язвит внутренний голос.

— Не такая, да, — убеждаю себя, ревностно отслеживая реакцию блондина.

Плевать. Пусть знакомится. Мне какое дело?

Вы спросите, зачем я опять с ним поехала?

Не знаю. Оле нужно было проведать деда. Аська понеслась на работу. Мне, наверное, просто не хотелось оставаться одной в четырёх стенах.

Хотя зачем я себя обманываю? Если честно, несмотря ни на что мне хотелось побыть именно рядом с Ним. Заступился ведь за меня в кофейне по какой-то причине. Пришёл и сегодня. Тогда, когда на душе было особенно больно, хмуро и тяжело.

Не могу объяснить и не хочу в этом разбираться, но отчего-то там, на лестничной клетке, мне стало очень-очень спокойно в его руках.

Плохо, что дала волю слезам, но уже как есть. Случилось. Не выдержала. Разревелась. Лопнула натянутая струна. Спасибо, что не стал издеваться и отреагировал по-взрослому, с пониманием.

Прищуриваюсь.

Стоп-стоп. Погодите-ка. Что делает?

Открыв в изумлении рот, смотрю на то, как блондин наглым образом в прямом смысле слова выкупает себе место в очереди.

Челюсть моя так и отвисает.

Нет, ну вы представляете? В эту самую секунду наш жулик за пару купюр без проблем договаривается с компанией подростков и вот он уже второй по счёту у окошка.

Трындец! Шок в шоке.

За то время, что ему готовят и выдают шаурму прийти в себя не успеваю.

— Держи, — возвернувшись, вкладывает мне в руки добычу и садится за руль. — Кофе взял ещё. Не знаю, нормальный или нет.

— Эй! Было вот вообще нечестно! — выражаю своё мнение. — Это называется мухлёж!

— Это называется благоразумие, Бриж.

— Самый хитровыдуманный?

— Находчивый. К чему стоять морозить яйца, если есть вариант достать шаурму другим способом? — пожимает плечом.

— И сколько денег ты им дал? — спрашиваю интереса ради.

— Немного. Сторговались до пяти косарей.

— Ты спятил, Разумовский? — таращусь на него изумлённо.

— Что? — не догоняет, судя по невозмутимой морде лица.

— Да это самая дорогая шаурма в моей жизни!

Теперь не поперхнуться бы.

— Лишь бы твоя шаурма не лишила нас этой самой жизни, — заключает он, принюхиваясь. — Пахнет, кстати, недурно.

— Ну ещё бы! За такие-то деньги! — не могу не съязвить на эту тему. — Пробуй и поехали уже к парку.

— Господи помилуй.

Крестится придурок.

— Давай уже! Не богохульствуй!

Тук-тук.

Наш разговор прерывает лёгкий стук по тонированному стеклу, расположенному со стороны водительского сиденья.

Да-да. Как вы уже догадались, это та самая брюнетка из очереди. Что называется, нарисовалась, не сотрёшь.

— Хэй, привет ещё раз, — запуская в салон морозный воздух, широко улыбается она во все тридцать два зуба, — ты кое-что забыл, — мурлычет томно, едва Разумовский, откусивший внушительный кусок шаурмы, опускает стекло пониже. — Вот, держи, — барышня протягивает ему салфетки, на верхней из которых записан номер её телефона. Он сразу бросается мне в глаза.

Нет, ну надо же, какая умница! Быстро сообразила!

Такая никогда свой шанс не упустит. Она ведь замечает меня. Понимает сейчас, что парень в машине не один и хоть бы что. Абсолютно при этом не теряется.

Правда не теряюсь и заведённая до предела я.

— Здрасьте-здрасьте, — наклоняюсь ближе, чтобы ей получше было меня видно. — Наличие вот у него, — указываю кивком головы на блондина, — жены, сидящей по правую руку, не смущает, не?

— Я…

— А тот факт, что жена беременная, между прочим?! — нагнетаю драмы для пущего эффекта и парень от таких новостей интенсивно закашливается.

— Извините, — краснея, бормочет барышня растерянно.