Страница 11 из 103
Глава 6. Демид
Глава 6. Демид
Глава 6. Демид
Отказы бывают разными.
Есть те, что звучат окончательно.
Есть те, за которыми слышно сомнение.
А есть Варвара.
Она говорила «нет» так, будто строила из этого слова крепость. Кирпич за кирпичом. С достоинством, злостью и каким-то почти принципиальным удовольствием.
И, как ни странно, мне это нравилось.
Не сам отказ. Это было бы уже диагнозом.
А она.
То, как не прогибалась.
То, как не суетилась.
То, как не пыталась мне понравиться.
После разговора я ещё минут десять смотрел на погасший экран телефона и думал, что, возможно, Инга права: давить бесполезно. Орлова не из тех, кто сдается под напором. Чем сильнее давление, тем крепче упрётся.
Но и исчезать из поля зрения я не собирался.
На следующий день я приехал в офис раньше обычного. Не потому, что горел работой — ею я горел постоянно, к сожалению, — а потому что хотел увидеть Варвару до начала общего рабочего шума.
И, возможно, перехватить её в более спокойной обстановке.
Как оказалось, спокойной обстановки с Варварой не бывает в принципе.
Когда я проходил мимо кухни для сотрудников, оттуда доносились голоса. Один женский — звонкий, явно подруги. Второй — её.
Я притормозил. Не из любви подслушивать. Хотя ладно, вру. В тот момент — именно из любви подслушивать.
— Нет, ты просто представь, — возмущённо говорила Варвара. — Он звонит и голосом человека, который привык покупать здания, мосты и, возможно, мелкие государства, предлагает мне ужин.
— А ты? — хихикнула собеседница.
— А я, как женщина с остатками инстинкта самосохранения, сказала “нет”.
— А как звучал голос?
— Жанна!
— Что? Это важная характеристика опасности.
Я невольно усмехнулся.
— Голос, к сожалению, хороший, — пробурчала Варвара. — Вот если бы он пищал, как простуженный хомяк, мне было бы проще.
— То есть проблема не во внешности?
— Проблема в том, что я не хочу, чтобы кто-то опять пришёл в мою жизнь с видом “сейчас я тут всё устрою”.
Тон изменился.
Стал тише.
Серьёзнее.
— Ты думаешь, он такой?
— Я не знаю, какой он. Но он уже решил, что может. А я не хочу быть территорией, которую осваивают.
Я замер.
Пожалуй, впервые за долгое время мне стало по-настоящему неприятно от собственных действий. Не потому, что они были неэффективными, а потому, что она увидела в них именно это — вторжение.
Собеседница что-то ответила, но я уже не слушал.
Я пошёл дальше.
В кабинет.
Сел.
Открыл ноутбук.
И десять минут смотрел в одну точку.
Непривычное чувство. Будто мне не отказали, а поставили зеркало напротив. И в этом зеркале я себе не нравился.
Возможно, Инга была права ещё в одном: я давно разучился говорить с женщинами, не занимая позицию сильнейшего по умолчанию.
Когда-то, очень давно, до первого брака и бизнеса, я был другим. Легче. Проще. Умел смеяться не по расписанию. Мог ждать ответ, не подталкивая. Не рассчитывал каждый шаг в переговорах о чувствах, как будто это сделка на несколько миллионов.
Потом жизнь удобно объяснила мне, что мягкость — это роскошь, которую всегда кто-то хочет использовать против тебя.
И я стал жёстче.
Полезно для бизнеса.
Плохо для личного.
Телефон на столе завибрировал. Бабушка.
— Да, ба.
— Демид, ты заедешь сегодня?
— Поздно буду.
— Поздно — это не причина не привезти мне внуков.
Я прикрыл глаза.
— Ба.
— Что “ба”? Я старая женщина. Мне положено говорить неприятную правду.
— Ты не старая.
— Это хитрый подкат к теме наследства?
— Нет.
— Жаль. Ладно, приезжай хотя бы поешь. И не один, если вдруг у тебя всё-таки появилась женщина.
Пауза вышла слишком долгой.
Бабушка моментально оживилась.
— Так. Стоп. У тебя кто-то есть?
— Нет.
— А кто тогда заставил тебя молчать дольше двух секунд?
Я хмыкнул.
— Никто.
— Демид, я тебя роднее твоей матери знаю. Точнее, не роднее, но лучше. Говори.
И я, к собственному удивлению, рассказал. Не всё. Без деталей. Но суть.
Сотрудница. Умная. Отказала. Интересная. Упрямая.
Бабушка слушала молча. Для неё это уже было событием вселенского масштаба.
— И что ты хочешь? — спросила она наконец.
— Понять, есть ли смысл продолжать.
— Если ты задаёшь такой вопрос, значит, смысл уже есть.
Я усмехнулся.
— Ты, как всегда, говоришь загадками.
— Я, как всегда, говорю правду, которую ты не любишь. Послушай меня внимательно, Демид. Женщина, которая не падает к тебе в руки от одного твоего имени, — это подарок судьбы, а не проблема.
— Она не просто не падает. Она отбивается.
— Тем лучше. Значит, не дура.
Я откинулся на спинку кресла.
— И что ты предлагаешь?
— Перестань вести себя так, будто нанимаешь человека на должность. Если она тебе правда интересна, узнай её. Без нажима. Без высокомерия. И, ради всего святого, не говори ей про выгоду.
— Почему все считают, что я говорю только про выгоду?
— Потому что ты и есть человек, который говорит про выгоду, — сухо ответила бабушка. — А женщине иногда хочется услышать, что рядом с ней не бухгалтер в костюме, а мужчина.
После звонка я сидел дольше обычного.
Забавно.
Две женщины за сутки — сестра и бабка — практически одинаково объяснили мне, что я веду себя как деловой сухарь с симптомами эмоциональной глухоты.
И если один человек может ошибаться, то две женщины — это уже заключение комиссии.
К обеду решение созрело.
Не звонить.
Не давить.
Просто сделать нормально.
Когда Лида зашла в кабинет согласовать расписание, я сказал:
— Узнайте, какой кофе пьёт Варвара Сергеевна.
Она моргнула.
— Простите?
— Это сложная задача?
— Н-нет... Просто... хорошо.
— И ещё. Закажите на два часа дня столик в “Соль”.
— На двоих?
Я поднял на неё взгляд.
Лида мгновенно подобралась.
— Поняла. Сделаю.
Когда она вышла, я сам себе напоминал человека, который пытается идти по льду осторожно, хотя всю жизнь предпочитал проламывать его к чёртовой матери и строить мост.
Но, возможно, с Варварой мост — единственное, что вообще имеет шанс.
---