Страница 25 из 42
Глава 14
Глава 14
Глава 14
Ирина спала крепко, без сновидений. Видимо сказалась усталость и морской воздух. Но среди ночи её разбудил громкий вскрик. Она мгновенно открыла глаза и села в кровати, прислушиваясь. Тишина. Потом глухой стон, полный боли.
Она узнала голос. Кирилл был через стену от неё.
Не раздумывая, она накинула халат и выбежала в коридор. Дверь в его комнату была приоткрыта, и из неё доносилось тяжелое, прерывистое дыхание. Ирина заглянула внутрь.
Кирилл лежал в постели с перекошенным от боли лицом. Он сжимал зубы, на лбу выступили крупные капли пота, а пальцы судорожно вцепились в простыню. Он тихо стонал.
— Кирилл, что с тобой? — выпалила она, подбегая к койке, и даже не заметила, что перешла на «ты».
Он процедил сквозь зубы:
— Судорога... икроножная... не могу дотянуться...
Ирина быстро подошла к койке. Она знала: у пациентов с травмами позвоночника часто возникают мышечные спазмы, результат нарушения нервной регуляции и длительной неподвижности. Мышцы сводит от малейшего перенапряжения, а дотянуться до них, чтобы помочь себе, он не мог.
— Сейчас, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Я помогу.
Она быстро ощупала его ногу. Мышца на внутренней стороне голени была твёрдой, будто каменной и пульсировала от напряжения.
— Лежи, не дёргайся, — приказала она.
Ира аккуратно начала делать массаж. Разминала мышцу круговыми движениями, поглаживала, растирала, постепенно увеличивая давление. Ей нужно было снять спазм, разогнать кровь, заставить мышцу расслабиться.
— Растягивай стопу на себя, — сказала она. — Медленно.
Он попытался, и она помогла ему, осторожно надавливая на подошву. Судорога начала отпускать.
Ира продолжала массировать, пока спазм не стих совсем.
— Так, — шептала она, не переставая массировать. — Спокойно. Сейчас отпустит. Ты молодец, ты справляешься. Дыши глубже. Всё хорошо.
Она говорила нежно, успокаивающе, как с ребёнком. Ей казалось, что это поможет ему расслабиться, и она не ошиблась.
Через несколько минут его тело перестало дрожать. Боль отступила, и Кирилл выдохнул с облегчением.
— Спасибо, — прошептал он. — Спасибо...
— Лежи тихо, — сказала она. — Дай мышце привыкнуть.
Она продолжала массировать его икру, уже мягче, нежнее. Её пальцы скользили по коже, и она не сразу заметила, что её движения из лечебных превратились в ласковые поглаживания.
А потом она почувствовала, как его дыхание снова сбилось. И на этот раз не от боли.
Она подняла глаза. Кирилл напряжённо смотрел на неё.
— Опять болит? — спросила она, замирая.
Он коротко хмыкнул.
— Болит... — сказал он. — Но не там, где ты думаешь.
Она не поняла.
— И, если ты не прекратишь гладить меня так, — продолжил он, — нам придётся что-то с этим делать.
Ирина почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она отдернула руку, будто обожглась, и отпрянула. Щёки горели. До неё наконец дошло, что он имел в виду.
— Мы... мы перешли на «ты»? — спросила она, пытаясь перевести разговор в другое русло.
Он усмехнулся.
— Ты первая начала, когда вбежала, — сказал он. — Но я не против. Только за.
Ирина выпрямилась и поправила халат, стараясь вернуть себе профессиональное достоинство.
— А я против, — сказала она твёрдо. — Не будет никакой субординации. Вы не будете меня слушать, я не смогу работать. Мы остаёмся на «вы».
Кирилл смотрел на неё с мягкой улыбкой.
— Как скажете, Ирина Алексеевна, — сказал он, как ей показалось, с интимными нотками. — Как скажете…
Она развернулась и направилась к выходу. Сердце колотилось так, что он, наверняка, слышал его стук через всю комнату.
— Ирина, — сказал он, когда она уже взялась за дверную ручку.
Она обернулась.
— Ещё раз спасибо. Вы мне очень помогли.
Она замерла на секунду, потом ответила:
— Не за что. Это моя работа — помогать людям.
И вышла за дверь.
В коридоре она прислонилась к стене и закрыла глаза. Это стало уже её ритуалом. Руки дрожали. В груди всё кипело и бурлило.
«Это моя работа, — повторила она про себя. — Я здесь, чтобы помочь ему. Только и всего».
Но она знала, что это неправда. То, что она чувствовала, выходило далеко за рамки профессионального долга.
Она вздохнула и медленно пошла к себе, чувствуя, что эта ночь запомнится ей надолго.
---
Кирилл лежал в темноте и улыбался. Боль ушла, спазм отпустил, только жаль, что он не мог сходить в холодный душ. Её руки, её голос, её шепот — всё это до сих пор отдавалось в нём.
«Это моя работа — помогать людям», — повторил он её слова.
— Помогать, — прошептал в пустоту. — Ну-ну.
Он закрыл глаза и уснул с улыбкой на лице.