Страница 58 из 69
Глава 56. Вера
Глава 56. Вера
Глава 56. Вера
Чем ближе была свадьба, тем сильнее во мне просыпалась странная смесь из счастья, раздражения и какого-то совершенно нелепого девичьего волнения.
И самое ужасное — я сама себя из-за этого периодически бесила.
Ну правда.
Мне тридцать с лишним. У меня двое детей. Своя профессия. За спиной брак, развод, предательство, скандалы, суды, психи и богатый мужчина с эмоциональной задержкой, который наконец-то дозрел до нужных слов. Казалось бы — что еще способно выбить меня из колеи?
Ответ: выбор платья.
Я ненавижу выбирать платье.
Особенно свадебное.
Особенно когда со мной едут Соня, Кристина и, внезапно, Римма — подруга Лидии Павловны, которая «просто понимает в тканях».
Как она вообще оказалась в этой компании, я до сих пор не поняла. Но почему-то именно такие женщины потом и спасают ситуацию.
Соня требовала блесток.
Кристина требовала не превращать меня «в торт с ногами».
Римма молча щупала швы, смотрела подкладки и один раз так презрительно хмыкнула на кружево, что консультантка сама сняла платье с вешалки и унесла подальше, не дожидаясь приговора.
— Мне уже плохо, — сказала я через сорок минут.
— Рано, — отрезала Кристина. — Ты еще не начала капризничать.
— Я не капризничаю. Я реалистично страдаю.
Соня, сидевшая на пуфике, подняла голову.
— Мам, а можно что-нибудь такое, чтобы папа потерял дар речи?
Я закрыла глаза.
— Дочь, твой папа и так его теряет регулярно, просто хорошо это прячет.
— Значит, надо сильнее.
Кристина фыркнула.
— В этом ребенке слишком много твоей прямоты и его самоуверенности. Нам всем конец.
Я вышла в очередном платье.
Простом.
Без излишеств.
Мягком.
С длинными рукавами, открытой спиной и такой линией талии, что даже я сама на секунду перестала злиться.
Кристина молчала.
Римма кивнула.
Соня встала с пуфика.
— Вот это, — сказала она. — В этом ты как будто красивая и опасная.
Я посмотрела в зеркало.
И поняла.
Да.
Именно так.
Красивая и опасная — это вообще лучшая жизненная стратегия для женщины.
— Берем, — сказала Кристина.
— Еще даже не мерили фату, — слабо возразила я.
— Берем, — повторила она уже тоном человека, который не будет обсуждать очевидное.
Когда мы вышли из салона, я была выжатая, как лимон, но почему-то счастливая.
Сумка с платьем ехала сзади как отдельный очень ответственный пассажир.
Соня уснула.
Кристина курила у открытого окна и вдруг тихо сказала:
— Он охренеет.
Я повернулась к ней.
— Кто?
— Максим. Когда тебя увидит.
Я улыбнулась.
И, что удивительно, не из тщеславия.
А потому что знала: да. Он посмотрит именно так.
Как смотрит только он.
И от этой мысли внутри стало тепло.
По-настоящему.