Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 106 из 109

ГОД СПУСТЯ

ГОД СПУСТЯ

Маркус заходит в комнату и предлагает мне мохито со свежей мятой из сада, украшенный ломтиком лайма с дерева на нашем дворе.

— Спасибо, милый. — Я беру у него бокал и направляю пульт на телевизор. — Мне почему-то хочется пересмотреть его еще раз.

Маркус смеется.

— Двух раз было мало? И вообще, разве вы с Эйми не встречаетесь в Саут-Бич?

— Нет, я передумала. Мы встречаемся в «Ла Мар». Хочу показать ей лучшее, что может предложить Майами. Но ты прав, мне нужно сходить в душ. — Я делаю большой глоток и страстно целую Маркуса. — Все ведь прошло отлично, правда? В смысле, я выглядела сочувствующей?

— Было потрясающе. Ты говорила великолепно, а выглядела просто сногсшибательно.

Мой взгляд скользит мимо него к лазурным водам залива Бискейн.Великолепно исногсшибательно — таких эпитетов Антон никогда бы ко мне не применил. Посмотри он мое интервью на «Дэйтлайн», прочитай он мою книгу, он бы разложил все по полочкам за долгие часы анализа. Странно ли то, что мне хочется, чтобы мой покойный муж прочитал книгу, которую я написала о его убийстве, и мы могли бы вести интеллектуальную беседу? Нет, не думаю. Мы всегда хотим того, чего у нас нет.

Я поднимаюсь с напитком по парящей лестнице в главную спальню. Дом, который мы делим с Маркусом, огромен — в нем достаточно места, чтобы у всех троих детей были свои комнаты, хотя Рафи и Джордж до сих пор упорно делят одну на двоих. Его покупку оплатила страховка жизни Антона, а благодаря успеху моей книги и гонорарам за выступления мне больше никогда не придется работать в пиар-агентстве.

Кому-то может показаться отвратительным то, что мы с Маркусом вместе. Но обмен супругами — вовсе не такая дикость, как кажется. Такое случается, когда пары много общаются вместе: они влюбляются в чужих вторых половинок. История стара как мир. Была же та канадская кантри-певица Шанайя Твейн. Когда она узнала, что муж изменяет ей с ее лучшей подругой, Шанайя в итоге вышла замуж за мужа этой самой женщины.

«Я на самом деле благодарна за все, через что прошла, и ничего бы не стала менять» , — написала она в своей автобиографииFrom This Moment On .

«Мы постепенно стали очень, очень хорошими друзьями , — рассказывала она ведущему ток-шоу о своем новом муже.— Мы потратили много месяцев просто на то, чтобы хоть как-то во всем разобраться» .

Пожалуй, то же самое можно сказать и о нас с Маркусом. Мы оба были потрясены и опустошены изменами Лизы и Антона. По крайней мере, из всего этого краха вышло хоть что-то хорошее. Он действительно моя опора — так, как Антон никогда ею не был.

И вот теперь я наконец-то увижу свою лучшую подругу впервые почти за год. Моего любимого человека.

Когда я подхожу, Эйми уже сидит за столиком на открытом воздухе с видом на воду и закатное солнце над горизонтом Майами. Я бы узнала ее за милю. С ее слегка пушистыми каштановыми кудрями, веснушчатой кожей и в синем хлопковом платье-рубашке она выделяется на фоне загорелых тел в откровенных нарядах.

— О боже! — визжу я, и она вскакивает, когда я приближаюсь. Она обнимает меня, а затем отстраняется, держа на расстоянии вытянутых рук, чтобы получше разглядеть.

— Боже мой, Гвен, ты выглядишь на десять лет моложе.

— Серьезно? Клянусь, это все из-за жизни у воды. — Я сажусь за столик.На самом деле я имею в виду обретенную свободу . Никаких чар Антона и никакого давления со стороны матери. Ну, и еще пара единиц ботокса.

— Я так рада, что ты приехала, — говорю я. — Не была уверена, что ты действительно решишься.

— Конечно. Прошло слишком много времени. Я собиралась выбраться раньше, но я здесь.

Подходит официантка: — извивающаяся девчонка в юбке размером с салфетку и топе-бандо.

— Два писко сауэр, — говорю я ей, подмигивая Эйми. — И для начала давайте принесем кончитас и классический севиче. Спасибо!

Когда официантка уходит, я полностью переключаю внимание на Эйми.

— Еда здесь просто пальчики оближешь. Надеюсь, ты не против, что я сделала заказ за нас обеих.

Я уже слегка захмелела от двух мохито, которые Маркус приготовил дома, но нервы на пределе. Я так сильно соскучилась по Эйми. Празднуя свои победы, всегда хочется быть рядом с лучшей подругой. Но я знаю, каким тяжелым выдался для нее последний год, и стараюсь не давить. Надеюсь, ее приезд означает, что ее жизнь наконец вошла в колею.

— Ну, как вы со Скоттом?

— Мы не торопим события, — отвечает она. — У него по-прежнему свое жилье. Суд начинается в следующем месяце, и ему, конечно, придется лететь обратно в Калифорнию для дачи показаний. Детям очень нравится жить у Чесапикского залива. А Ноа процветает в новой школе. Они великолепно умеют работать с нейроотличными детьми.

— Ты, должно быть, так рада, что ему не грозит тюремный срок.

— Еще бы. Мы оба рады. — Эйми откидывается на спинку стула, позволяя официантке расставить напитки.

Я поднимаю бокал.

— За нас!

Мы чокаемся.

— За твою книгу. Какой оглушительный успех! — говорит она.

Мы делаем по большому глотку.

— Вкусно, да?

— Ммм. — Она кивает в знак согласия. — Я знала, что в молодости ты хотела стать писательницей, еще до работы в PR. Но целая книга? Это впечатляет.

— Что, думала, у Антона монополия на талант?

— Нет, просто это колоссальный труд.

— Между нами говоря, я наняла кое-кого — одну малоизвестную писательницу триллеров из Бетесды, чтобы она написала эту вещь за меня в качестве «литературного негра». То есть я дала ей наброски и кучу случайных страниц, а она собрала все воедино, используя статьи и полицейские отчеты. Все в таком духе. — Я вспоминаю некоторые из ее предложений и те изменения, на которых она настаивала. — Она помогла мне понять, что местами нужно выставить себя в дурном свете. В смысле, слегка преувеличить кое-какие вещи, знаешь, просто чтобы добавить достоверности. Люди не любят читать об идеальных персонажах.

— Логично. Подпишешь мне ее, пока я в Майами? У меня в отеле есть экземпляр.

— Само собой.

Эйми делает еще один глоток напитка.

— Некоторые вещи ты все же изменила, верно?

— Например?

— Ну, ты же не можешь знать наверняка, о чем думала Лиза: насчет потери нашей дружбы или зависти к тебе.

— Я чувствовала это, понимаешь? Это была интуиция.

— А то, что ты написала про ее интрижку с парнем соседки по колледжу, это правда?

Я пожимаю плечами.