Греховные игры

— Да! — отозвались несколько голосов сразу. Я выдохнула. Хоть это и безумие, но приятно знать, что мы все на одном уровне… пока что.

— Уровень три.

Загорелся зелёный слева — новое дополнение. Мы с лёгкостью справились, но я чувствовала, как по спине стекает пот. Это только начало, а мозг уже работал на пределе.

— Это такая чушь, — пробормотал Эван. — Серьёзно, ничего не будет, если я наступлю не туда.

Ладно. Значит, не все нервничают.

— Тогда сделай это, — тихо сказал Хадсон. — Посмотрим, что будет.

— Сделаю, — заявил Эван с видом героя. Робот тем временем объявил четвёртый уровень. — Сейчас увидите. Мне ничего не будет, а Киара пусть признает, что это её шоу.

Новой добавкой стал ещё один синий. Я сосредоточилась. Синий, жёлтый, зелёный, синий. Отстучала последовательность ногой, при этом краем глаза следя за Эваном. Он пошёл по-своему: красный, потом синий, жёлтый и снова красный.

Комната вздрогнула от громкого сигнала.

— Игрок номер шесть выбывает. Остальные игроки, пожалуйста, подождите, — прогремел голос.

Я резко обернулась. Эван стоял как вкопанный, глаза расширены. Сердце забилось с новой силой.

Он ошибся. И теперь мы узнаем, что значит "выбыл".

Эван ухмыльнулся. — Видишь? Со мной ничего не происходит, — сказал он, поднимая ладони. — Тейт был прав. Это все Киар...

Его самодовольная речь была резко прервана внезапным механическим шипением. Металлический стержень вылетел из трубы над его головой, древко рассекло воздух со смертельной точностью. В одно мгновение он нашел свою цель, пронзив Эвана череп с тошнотворным хрустом.

Время будто замедлилось, пока разворачивался кошмар. Глаза Эвана расширились от ужаса в ту самую секунду, как стальной стержень пробил его тело, с глухим хрустом вонзившись в кость. Брызги крови окатили соседние квадраты, искажая всё вокруг в багровом свете. Он издал глухой, булькающий звук, прежде чем стержень с металлическим лязгом втянулся обратно. Его тело дернулось — один, два раза — и рухнуло, безвольно, на квадрат под ногами.

Я застыла, глаза распахнуты, дыхание оборвалось. Шок пронзил меня с головы до пят. Я не могла ни пошевелиться, ни закричать — только смотреть, не в силах отвести взгляд от Эвана. Тело будто налилось свинцом. Адреналин ревел в венах, тянул прочь — беги, беги! — но страх, пронзительный и ледяной, парализовал меня.

Крик прорезал комнату, вырвав меня из транса. Это была Жасмин. Она стояла ближе всех к Эвану — и её квадрат был залит его кровью. Она рухнула на колени, крепко зажмурившись, и из её горла вырвались сдавленные, задыхающиеся всхлипы.

— Я... я не могу... — бормотала она сквозь рыдания. — Я не могу это делать... не могу...

К её голосу присоединились крики остальных. Паника накрыла нас волной. Кто-то рыдал, кто-то просто замер в оцепенении.

— О боже… — вырвалось у меня шепотом, и я начала дрожать. Меня затрясло так сильно, что ноги подкосились, и я осела прямо на квадрат, прижавшись к холодному полу. Меня чуть не вывернуло от ужаса, от сознания, что я — мы — всего в одном неверном шаге от того, чтобы закончить как Эван.

— Вставай, — голос Эйприл прозвучал хрипло, словно она сдерживала слёзы. — Кэри… Жасмин… пожалуйста. Вы должны.

Я не могла. Воздуха не хватало. Лёгкие будто сжались в кулак.

Кто-то схватил меня за руку и помог встать. Крепкая ладонь сжала мои пальцы, не давая упасть. Только когда он отпустил меня, я поняла — это был Маверик.

— Соберись, Кэри, — пробормотал он.

Голос робота снова прорезал тишину:

— Пятый уровень.

Я почувствовала, как взгляд Маверика задержался на мне, прежде чем он снова заговорил, громко называя цвета:

— Синий. Жёлтый. Зелёный. Синий. Красный.

Я повторяла за ним механически. Голова гудела, как пустой барабан. Я даже не была уверена, правильно ли запомнила. Просто двигалась. И, к своему удивлению, прошла.

Все, кто остался, тоже. Одиннадцать. Остались одиннадцать.

— Я не могу поверить, что он... — выдавила Жасмин. Она сидела на полу, трясущимися руками касаясь квадратов. — Он действительно мёртв.

Эйприл осторожно положила ей руку на плечо.

— Надо встать. На всякий случай. Я помогу.

Зак присоединился к ней, и вместе они помогли Жасмин подняться. В это время Киара снова завизжала.

— Вы, ублюдки, теперь мне верите?! — закричала она, уставившись на Тейта глазами, полными слёз и ярости. — Ты видишь?! Это всё по-настоящему!

Тейт побледнел. Он смотрел на тело Эвана, как будто только сейчас понял, что сделал.

— Мне... мне жаль, — прошептал он.

— Жаль?! — Риз шагнул вперёд, кулаки сжались. — Твоя «теория» убила его. Думаешь, извинения что-то изменят?

Но его перебил голос:

— Шестой уровень.

Все метнулись обратно на свои квадраты. Маверик снова вёл нас через последовательность. Его голос был якорем в хаосе, и я слушала его, цепляясь за каждое слово, словно от этого зависела жизнь.

— Мы справимся. Вы можете плакать, кричать, биться в истерике — но не сейчас. Сейчас нужно выжить. Поняли?

Мы все кивнули. Без слов, без сил, но кивнули. Под его голос мы шли вперёд, и, наконец, после бесконечных уровней — всё закончилось.

И я стояла там, всё ещё дрожа, в комнате, которая когда-то была игрой… и стала смертельной ловушкой.

— Поздравляю, игроки, — сказал голос робота. — Вы все прошли, за исключением игрока номер шесть. Теперь вы можете покинуть игровую комнату.

Раздался механический шипящий звук, за которым последовал громкий щелчок в двери. Она распахнулась, открывая коридор снаружи.

— Э-э... пойдем, я думаю, — пробормотал Риз, оглядывая всех. Однако он не двинулся с места. Казалось, он застыл на месте от страха и растерянности, как и я.

Я подняла глаза, затаив дыхание, в ожидании подвоха — вдруг это ловушка, и металлический стержень обрушится на меня, как только я сойду со своего квадрата. Похоже, не я одна думала об этом — другие тоже застыли, уставившись в потолок с торчащими из него трубами.

— Кэри.

Я резко обернулась налево, услышав своё имя. Рядом со мной стоял Маверик, протянув правую руку. Он уже сошёл со своего квадрата — и, к моему облегчению, с ним всё было в порядке.

— Пошли, — пробормотал он. — Пора уходить.

Я вложила свою ладонь в его и позволила ему увлечь меня прочь с игрового поля. В этом холодном, пропитанном ужасом месте я жадно вцепилась в его тепло, в его уверенность. На несколько секунд наша старая вражда и взаимное раздражение будто стерлись.