Страница 7 из 94
Глава 3
«Это звиздец», — подумал я, глядя на ведьму. «Нафиг такую романтику, не надо меня лапать. Мы в общественном месте, блин! Ты и так считай что голый», — услужливо подсказал мне голос разума. Однако, несмотря на неподходящее время и место, мне почему-то стало смешно. Никогда не думал, что сам окажусь в роли ломающейся девчонки-недотроги. Помнится, я когда-то на третьем курсе училища в час ночи провожал домой с дискотеки одну красавицу нетяжелого поведения и тоже уламывал её на обнимашки. Дело к обоюдному удовольствию закончилось коротким, но жарким сексом на подоконнике лестничной площадки дома ее родителей. К тому же Вейна молодая и симпатичная. Опять же напоила и накормила, пусть и кусочком шоколадки. Да, перед этим избила и украла, но… пока она единственный дружелюбно настроенный абориген. Не, ну чего ломаться? Люди увидят? Ну, такое… пусть завидуют.
— Трогай! — разрешил я. — Только быстро! И ниже живота не лапай!
— Спасибо, Алексей! — жарко выдохнула Вейна и осторожно коснулась моих плеч тонкими пальчиками. Несколько секунд нежно поглаживала меня, затем ее ладони спустились ниже, к груди и животу, а затем, девушка вдруг резко подалась ко мне всем телом и прижалась губами к моим губам.
— Вы охренели, любовнички! — услышал я негодующий голос Кима с соседнего кресла. — Я все понимаю, но не здесь же! Не надо из меня старого морского кока делать!
Вейна на секунду оторвалась от меня, бросила быстрый взгляд по сторонам и снова впилась в мои губы. Ее зрачки расширились, глаза стали блестящие как у нанюхавшейся валерьянки кошки. А вот целоваться она не умела совершенно, понял я, когда раскрыл губы навстречу её языку.
Впрочем, долго наш поцелуй не продлился. Краем взгляда я увидел сбоку чью-то приближающуюся фигуру, а в следующее мгновение ведьму рывком оторвало от меня и бросило обратно в кресло.
— Та де види!!! Вейна, утем виа эст! Вейна та кломер кломер вид! Гловер вайнц!!! Кайле кивид венди!
Появившаяся словно из ниоткуда Ария Рейна, крепко схватила одной рукой подчиненную за шиворот. А затем продолжила орать на неё в том неподражаемом армейском стиле, в котором командиры раздают матюги и звездюли проштрафившимся подчиненным. Вейна даже не пыталась оправдываться, только сидела, молча опустив глаза в пол.
Прооравшись как следует, ведьма-тактик удалилась на свое место рядом с водителем, напоследок прошипев что-то Вейне угрожающим тоном. Я сочувственно посмотрел на притихшую девушку и тихо спросил.
— Сильно досталось?
— Три наряда вне очереди и минус месячная премия, — вздохнула Вейна, подняв на меня взгляд. — Ничего, переживу… Ария у нас официра строгая, но отходчивая и сама не замужем. Поймет по-женски. А я всё же поцеловалась с симпатичным парнем! Оно того стоило, спасибо. Мне теперь весь взвод завидовать будет.
— Ты прямо поручица Ржевская, — улыбнулся я.
— Не поняла?
— Забей.
— Что забить? Ладно, мы почти приехали, — бросила взгляд в окно Вейна. — Алексей, запомни, я Вейна Альба-третья, номер в реестре Ай369Ми125! Я буду тебя очень ждать и стану твоей лучшей женой! Выбери меня и я заберу тебя из ЦВСиО. До встречи!
На зоне или в СИЗО, слава Богу, мне в своей жизни бывать не приходилось, но ЦВСиО, в котором закончилась наша поездка, навевал четкие ассоциации с этими клиентоориентированными заведениями. Не столь уж и большая площадка, куда не без труда поместились два наших автобуса, и еще оставалось немного места, была окружена высокими каменными стенами с колючей проволокой поверх них. Причем по проволоке периодически пробегали какие-то зеленые искорки, заставлявшие колючки слабо мерцать. Нас выводили группами по десять человек и под охраной вооруженных дубинками надзирательниц в серо-зеленой форме провожали внутрь серого пятиэтажного кирпичного здания с зарешеченными окнами. Потом мы куда-то шли по голым коридорам через посты охраны и стальные решетчатые двери, пока не попали в пустой зал с привинченными к полу пластиковыми стульями, где нашему десятку пришлось прождать по моим внутренним ощущениям около часа. Больше всего меня поразили стены этого зала, расписанные, словно в детской поликлинике, какими-то цветочками, улыбающимися солнышками и смешными зверушками.
— А это что за рисунки? — задал вопрос ближайшей надзирательнице Ким. — Тут когда-то детский сад был?
— Это для вас, — последовал неожиданный ответ. — Наши сотрудницы разрисовали, чтобы вам, парням, было уютнее сидеть. А то вокруг обстановка слишком строгая, а нежную мужскую психику надо беречь.
— Ну… — не нашелся с ответом кореец. — Понятно.
— Вы, главное, не волнуйтесь и не проявляйте агрессии — добавила охранница. — Вас сейчас будут выводить по одному на медосмотр. Это не больно, не страшно и не долго. Зато потом будет обед и отдых. Чем послушнее вы будете, тем выше станет ваш рейтинг жениха и тем быстрее вас отсюда выпустят. Сопротивляться не советую — каждое серьезное нарушение дисциплины удлиняет срок в ЦВС и понижает личный рейтинг вплоть до заключения о непригодности к социальной адаптации.
— А что делают с социально неадаптированными? — поинтересовался молодой страйкболист из нашего десятка.
— Это зависит от степени непригодности. Могут кастрировать и продать крестьянской общине, — тоном строгой учительницы пояснила женщина. — Генный материал не способных к социальной адаптации и душевно больных мужчин не должен распространяться, таков закон. А в терминальных случаях таких буянов усыпляют. Но вы не бойтесь! — тепло улыбнулась охранница. — Я же вижу, что вы все парни умные и спокойные. А персонал ЦВС вам не враг — наша цель не браковать парней, а готовить для общества достойных женихов. Ничего сложного мы от вас не потребуем. Вы главное слушайтесь, старайтесь и всё будет хорошо!