Страница 45 из 94
Сначала нехотя встала десантница, которая разговаривала с Теймой. Медленно прошла вперед, положила на землю автомат, вытащила из разгрузки две гранаты, оставив их рядом с оружием, и с поднятыми руками мелкими шажками побрела к лесу. За ней поднялась вторая, затем третья… а потом поднялись сразу трое, причем две из них тащили раненную подругу под руки. Враг всё же выбрал сдачу в плен и, наверное, это было хорошо. Навстречу сдающимся вышли ведьмы Теймы с жезлами и посохами, светящимися зеленым свечением, а я, поняв что всё закончилось и, наплевав на приказ комбаты «прятаться здесь», побежал к позиции Петровича.
Тот неподвижно лежал на дне окопчика, присыпанный сверху землей из бруствера и накрытый пулеметом, оторвавшимся от станка, и я на секунду испугался, что он убит. Но когда я схватил ветерана за камуфляж и потянул вверх, то он что-то замычал и задвигался. Оказалось, что наш Петрович лежал прямо на Арии, закрывая её своим телом. Комбата и была его вторым номером, то-то её в бою не было слышно.
— Чтобы я еще раз ввязался в такой блудняк? — простонал он, когда я прислонил его сидя к стенке окопа. — Как же хреново-то, а? Что с Арией, Леша?
— Живая, — ответил я, поднимая тяжело дышавшую ведьму и сажая ее рядом с Петровичем. Потом достал фляжку, протер парочке лица от земли и грязи, и дал Петровичу напиться воды. Тот пил жадно, дергая кадыком и расплескивая половину, но ему явно легчало на глазах. Приняв у него из рук флягу, я протянул её Арии.
— Не ранены?
— Вроде нет, — прошептала ведьма, а Петрович лишь кивнул головой. — Норм всё, Леша, — просипел он. — Когда щит разбило, мы на дно окопа упали… блин какая же слабость во всём теле…
— Перегруз, — пожал я плечами. — Было у меня такое. Полежишь денек, капель укрепляющих попьешь, и всё пройдет.
— Что противник?
— Сдается.
— Нахрена это нам? Надо было их всех положить!
Я лишь неопределенно пожал плечами. К окопу уже спешили ведьмы из батальона Арии, а у меня были свои дела.
— Бывай, Петрович, — улыбнулся я ветерану. — С пулеметом ты, конечно, выступил на все деньги! Спасибо, дал нам время! Но было опасно, второй раз лучше такой трюк не повторять. Как-то вы быстро весь свой «корсет» по магии обнулили. Ладно, я пошел — на меня и так Тейма что-то разозлилась…
Всего нам сдалось сорок три десантницы, включая двух официр. Из них тридцать пять оказались так или иначе ранены — в основном у них были контузии, порезы конечностей ледяными стрелами и ожоги от молний и файерболов. Пулевых ранений оказалась всего пять или шесть штук, осколочных и вовсе не имелось. Специфика магической войны она такая. Но дело было не только в ней — тяжелораненых неподвижных десантниц по приказу Теймы в плен брать не стали. Когда сдавшихся солдаток увели прочь, валявшиеся на берегу тела обнюхали вараны. Обнаружив еще живую техносовку, рептилия замирала рядом с ней и издавала короткий скрежещущий вскрик. К раненой подходила ведьма с посохом и, прислонив его к голове десантницы, давала ей «легкую смерть». Камень на посохе вспыхивал ядовито-зеленым светом, и ведьма шла к следующей жертве.
Не могу сказать, что мне это нравилось, но и осуждать Тейму я не спешил. Потому что прекрасно знал, что техносовки собирались сделать с нами: уничтожить ракетами спящих в казармах ведьм, штаб, арсенал и фамильяров в ангаре, а потом напасть на часть с моря, по всей видимости, чтобы перебить оставшихся. Всего в атаке участвовало триста десантниц — примерно по сорок рыл в каждой барже. И этого бы с лихвой хватило на наш полк, если бы мы не успели привести его в боевую готовность и не использовали «корсеты». Выяснилось, что бронебраслеты в плотном ближнем бою так себе защита, а автоматическое оружие сеет смерть быстрее чем заклятья, которые еще успеть скастовать надо… Но даже с нашим везением мы потеряли пять ведьм убитыми и семь трехсотыми. Трое погибших и пятеро раненых были из принявшего главный удар «корсета» Петровича, остальные — из ведьм обеспечения Цаи Умы. И возиться сейчас с тяжелоранеными солдатками в обстановке полной неизвестности… короче, я свою командиру понимал. И быть гуманистом за чужой счет не собирался.
Тем временем окончательно рассвело и над морем и берегом закружились поднятые птеродоны — разведчики. Летающие ящеры, часто работая широкими, тонкими крыльями, быстро набирали высоту, а потом долго парили в воздушных потоках, высматривая противника. А мы, пусть и без общего построения и большой помпы, но торжественно подняли над частью асталийский флаг. Заработала столовая — повара пытались сообразить, как приготовить завтрак и разнести его по позициям — мне удалось убедить Тейму, что массового скопления личного состава в столовой допускать нельзя. Пляж теперь прикрывал «корсет» Кима, усиленный боевыми группами батальонов обеспечения, патрули и боевые группы отправлены на полигон и в лес. В общем, жизнь в части потихоньку налаживалась, и оставалось только понять, что нам делать дальше.