Страница 292 из 420
— Эй, смотри-ка! — вдруг воскликнул водитель, показывая на светящийся радужный камень в боковом проходе. — Кажись, артефакт!
— Стой! — схватил я его за шкирку.
Через секунду потолок с грохотом обвалился, подняв тучу пыли. Но не настоящей. Она вскоре исчезла, и лучи фонариков замерли на старом обвале.
— Что за… — не понял Пантелеев.
— Ты прав, это какой-то артефакт, — пояснил я, отпуская куртку спутника из руки. Зрением алхимика видел замкнутые узлы предмета, спрятанного под толщей камней. — Видимо, наше присутствие активировало его. Он наводит иллюзии. Убить тебя это не убило бы, но шишку набил об камень. Пошли. Нам его не достать.
— Жаль… Хорошая вещица, — отступил Григорий.
Артефакт снова сработал, скрыв в облаке иллюзии завал, затем потолок снова обвалился с рокотом падающих камней.
Продолжили путь. Чем глубже заходили, тем страннее становилось. Время от времени слышался шепот, топот бегущих ног и скрип хитина. Последний производили крупные рогатые жуки — терли половинки панциря друг о друга. Они слабо светились в темноте.
По дороге сюда я рассказал Григорию, что мы ищем Чаросклизов, слизняков с перламутровой шкурой. Они питаются магией, так что в таком месте мы точно их найдем. И неплохо, если набредем на алхимическую лабораторию какого-нибудь учителя. Вдруг осталось что-нибудь полезное.
— Эй, Исаев! Ты не их ищешь? — позвал Пантелеев.
Мы осматривали комнату с полками книг. Рассчитывал, что найду что-нибудь полезное, но страницы давно истлели и превратились в пыль. Григорий показывал на что-то фонариком в углу. Среди гнилых остатков мебели ползали мелкие черные слизни. Они, как и твари снаружи, старались скорее уползти из-под яркого света.
Не успел я сказать, что это не те слизни, как Григорий быстро нагнулся и схватил одного.
— Думаю, это оно! — радостный, словно ребенок, сказал он. — Сколько нам за таких отвалят, а?
— Думать — это не твое… — повторил я фразу, которая стала уже поговоркой про Гришу.
Вдруг слизень на его ладони выгнулся, приподнялся, ощерил пасть, полную мелких зубов, и впился в ладонь Пантелеева.
— А-а-а! — закричал от ужаса мой лысый спутник.
Слизень-пиявка начал стремительно надуваться. Пантелеев тряс рукой, пытаясь его сбросить, но безрезультатно. Луч его фонарика скакал по стенам и шкафам, и я видел, как все больше черных пиявок подползает к нам.
Вот ведь идиот, а?
Я схватил Григория за руку и потащил наружу. Остановился, только когда убрались подальше от комнаты. Спутник постанывал и хныкал, с ужасом в глазах глядя на раздутую пиявку. Посадив его у стены, вытащил скальпель и аккуратно поддел толстую тварь с его ладони. С чавкающим звуком она отделилась от кожи, вытащив мелкие зубы, и я запихнул ее в одну из колб. Потом изучим.
— Что-то мне нехорошо… — простонал Григорий и стал заваливаться набок.
Этого еще не хватало! Отравился, что ли?
Водитель побледнел, его глаза начали закатываться. Да у него обморок!
Сунул под нос нюхательную соль, и от резкого запаха он открыл глаза, начал розоветь. Следом ткнул в зубы склянку с противоядием почти от всех известных ядов. Так, на всякий случай.
— С-с-спасибо… — помотал головой, приходя в себя, Григорий. — Не терплю вида крови. С детства в обморок падаю, когда палец прокалывают.
Бандит и делец, который боится крови. Как ты до своих лет вообще дожил, Гриша?
— Ладно, пошли дальше, — помог я ему подняться.
Катакомбы все не кончались. Как и в пещере с гриборогом, я помечал каждый поворот и ответвление цветными флажками, чтобы легче потом найти путь обратно. Мой несессер полнился пробами, но ничего стоящего мы все еще не нашли. Всякая мелочь, вроде светящегося мха, не в счет.
Зато усилился непонятный шепот. Он шел отовсюду, словно в воздухе парили невидимые рты и нашептывали, нашептывали… Это не было похоже на осмысленные слова. Скорее, отголоски каких-то старых заклинаний. Голоса словно вели нас куда-то.
— Ты ведь тоже их слышишь? — спросил я на всякий случай у своего спутника.
— Фух! — с облегчением выдохнул он. — А я уж думал, это у меня шиза разыгралась после той пиявки.
Ну… значит, и у меня не приступ шизофрении. Уже хорошо! Приняли решение попробовать двигаться за голосами. Если они имеют магическое происхождение, то должны привести нас к источнику. К старому еще работающему артефакту или даже к Нити.
Коридор впереди стал темнее. В луче фонарика что-то мелькнуло, и Григорий замер на месте.
— Готов поклясться, я видел коричневого карлика! — шепнул он, снова вытаскивая пистолет.
Но я заставил его убрать оружие. Один выстрел, и все карлики к нам сбегутся.
Проход ветвился, по бокам тянулись темные проемы и опустевшие комнаты. Я постоянно ощущал на себе чей-то тяжелый, недружелюбный взгляд. То с одной стороны, то с другой раздавался топот маленьких ног. Будто призраки детишек тут ожили и теперь бегали.
Не, ну это бред, конечно. Призраков не существует.
На всякий случай я постоянно оглядывался. Вдруг из-за очередного поворота прямо на Григория выскочила маленькая тварь. И правда похожая на карлика, только с длинным носом, острыми ушами и ростом мне по колено. Она будто состояла из пыли. Карлик оскалился и зашипел, а Григорий от неожиданности выкрикнул:
— А, гоблин!
И пнул карлика.
Вообще, я против того, чтобы пинать карликов, детей и пыльных гоблинов. Они же и так заведомо слабее тебя. Но этот явно замышлял что-то недоброе. К счастью, от одного пинка он рассыпался и исчез. На миг в воздухе повис светящийся шар, но и он погас и упал маленькой черной жемчужиной на кучку пыли.
— Магический фантом! — обрадовался я. — Не бойся, эти твари безвредны. Больше пугают, но вреда причинить не могут. Жаль только, что у нас нет аккумуляторов для магии, так бы собрали ее остатки.
— А ты откуда знаешь?
— Память предков, — почти не соврал в ответ. Если считать предком самого себя.
Еще несколько раз на нас выскакивали эти пыльные гоблины, но они разваливались от одного пинка. У меня сердце кровью обливалось, что не могу забрать себе старые магические сердечники. Это я про те жемчужины. Они хранили крохи магии. Похоже, это были какие-то учебные материалы, но, оставшись без хозяев, стали хозяйничать в подземелье. За два века растратили свои магические запасы, а пинки лысого водителя выводили их из состояния равновесия. Те теряли форму, пытались собраться вновь, но магии уже не хватало, и они превращались в бесполезные пустышки.