Страница 247 из 420
— Все, хватит! — как разъяренная фурия встала на пути брата Лиза. Только это и заставило его остановиться и не совершить ошибку, снова напав на меня. — Я уже большая девочка и в твоей заботе не нуждаюсь, Слава! Поздновато ты с этим опомнился!
Хм… Похоже, в детстве у них был какой-то разлад с Лизой, и сейчас Славик пытался это компенсировать своей заботой. Но с моей помощью этого делать не стоит.
Лиза повернулась ко мне, сверкнув глазами, и попросила:
— Тебе лучше уйти…
— Я сам решу, что мне лучше.
Подошел к девушке и опустил руку ей на плечо. Взглянул на Вячеслава. Он не сводил глаз с моей ладони на Лизином плече. А та пока не убирала ее. Даже, наоборот, подбоченилась как-то, с вызовом глядя на брата.
— За пределами зала драться запрещено, — повторил я правило Тренера. — Хочешь со мной разобраться, Вячеслав? Увидимся на ринге. А в остальном… не позорь Тренера. Он вас не для этого всех собирал.
Под кожей на щеках у парня заходили желваки. Злился, потому что я был прав. Остальные его друзья растеряли пыл и потупили глаза.
— Ты еще не готов… — произнес, задирая подбородок, Слава. — Встретимся, когда ты поднатореешь в боях. И сразимся.
— Смотри, — хмыкнул в ответ, — чтобы это была не просто отмазка, Вячеслав.
Его щека дернулась. Лиза сняла мою руку со своего плеча горячими, сухими пальцами, развернула Славика и стала подталкивать его в спину, пригоривая:
— Все, пошли уже…
Компания, ведомая Лизой, словно овцы пастырем, уходила в ночной сумрак спального района. Не самого благоприятного спального района.
Лиза на миг обернулась, посмотрела на меня со смесью любопытства и уважения. Не игривых, как до этого, а более… осознанных, что ли?
Я повернулся и отправился домой, по пути как следует проветрив голову. Этот длинный день закончился.
* * *
«Я слышала, что Юрия Коршунова уволили после вашей странной дуэли»,
— показала Оксана Ивановна утром.
«Откуда знать?»
— спросил я.
«Коллега-завхоз рассказывала, что он сдал халат и другие вещи. Она подписала ему обходной вчера».
«Мочь сказать мне жаль, но не от все сердце».
Оксана Ивановна беззвучно засмеялась, прядь волос выбилась из-под ее платка.
Как обычно, я пришел на работу раньше срока, чтобы позаниматься с ней. Поболтали о разном. Пока я пытался показать какое-либо слово или букву, она мыла пол, следя за моими руками. Вот под конец женщина и рассказала про Коршунова.
Интересно получается… Яковлева попросили, Коршунова тоже поперли. Да, знакомство со мной — прям Черная Хворь какая-то. Ну, болезнь, которой алхимик мог наградить должника. Что-то вроде метки. Ладони такого человека покрывались черными струпьями. Значение у Хвори одно — расплатись с долгом и будешь жить. Хреново приходилось тем, у кого долг — кровавый.
«Но может, я ошибаюсь,
— уже выходя, вновь стала жестикулировать Оксана Ивановна. —
Господин Коршунов мог сдавать свои вещи, чтобы перевестись на должность ниже. В любом случае это наказание для него».
После этого мы с ней тепло распрощались. Я поблагодарил женщину за ценную информацию. Вскоре пришла Алиса, а следом за ней — Бойлеров. Хлебникова опаздывала.
— Переодевайтесь назад, дама и господин, — без приветствия начал раздавать указания начальник. — Берите максимум полевого оборудования и спускайтесь в гараж. У нас есть работа, которую надо сделать.
— А как же Марина? — спросил я, когда мы с Алисой вышли из кабинета с кучей сумок, а Бойлеров вдруг закрыл дверь лаборатории на ключ. — Она еще не пришла.
— Да, обычно она не задерживается, — согласилась со мной Алиса.
Она держала в руках мой кожаный несессер. А все остальное было на мне, естественно.
— Хлебниковой сегодня не будет, — отрезал Иван Степанович и направился к лифту.
Мы с Алисой переглянулись. Это было… странно. Хлебникова всего неделю в нашем отделе работала. Что-то случилось?
Но помимо этого, я ломал голову над еще одним вопросом. Зачем мы тащим с собой всю нашу лабораторию в миниатюре⁈