Страница 52 из 143
— Да, но, как выяснилось, у него есть очень интересный эффект. Он резонирует с другими кристаллами Маримана на расстоянии. — Женщина стала указывать на десятки камней, установленных в определённом порядке, и все они имели между собой связь в виде рунических письменностей. Это чем-то напоминало материнскую плату компьютера, только вместо чипов и конденсаторов тут были установлены камни Маримана, разновидность местного минерала, похожего на стекло. — Разный размер камней в определённом порядке можно установить в устройство. Чтобы связать одно с другим, нужно на другом таком же устройстве вливать манну в определённой последовательности. Мы назвали это набором адреса…
Летрейн также вмешался в разговор.
— Мы пока не решили вопрос с отсутствием маны у простых людей или дворфов, но маги уже могут им пользоваться. Если влить немного маны и нажать на кристаллы в определённом порядке, на это отреагируют те, что находятся в устройстве на другом конце связи. После включается кристалл памяти, который передаёт голос и, возможно, изображение. — Закончив объяснение, он посмотрел на дворфов: — Вот почему нужны Вы. Необходимо сконструировать его, чтобы испытать.
Гелдор долгое время изучал проект.
— Получается, это не два связанных между собой телеграфа, а они могут связываться с любым? — спросил он.
Виерна кивнула.
— Да. Всё благодаря адресу телеграфа. У каждого есть свой адрес, и нажатие на кристаллы определяет, с кем именно тебя свяжет.
Балтор также подключился к обсуждению.
— А электричество не проще использовать? — спросил он, думая о том, что Виктор не любит полагаться исключительно на магию, да ещё и в том, что будет использоваться простыми людьми. К тому же и дворфы не особо ладили с маной.
Эльфийка замотала головой.
— К сожалению, кристаллы Маримана реагируют исключительно на ману… Вернее, они не реагируют, а при получении сконденсированной рунами маны становятся проводниками. Таким образом, руны без этих камней считай, что разорваны, а при получении маны соединяются воедино. Камни начинают резонировать и активируют кристалл памяти.
Гелдор, потирая рыжую бороду, улыбнулся.
— Наверно, так даже лучше. Если, как говорит этот аристократишка, электричество будет повсюду, кристаллы могли начать реагировать на любой прибор рядом. А так это исключает случайный набор адреса. — Он внимательно изучал чертежи, а затем задал ещё один вопрос: — Что с расстоянием? Как далеко могут находиться устройства друг от друга.
Эльфы переглянулись.
— Расстояние неизвестно, но предположение таково, что ограничений нет. Везде, где есть мана, устройство будет работать. — ответил Летрейн.
Два дворфа ошарашенно посмотрели на эльфов, и первым отреагировал Балтор.
— Хотите сказать, что им можно заменить письма? — недоверчиво спросил он.
Эльфийка указала на чертежи.
— Узнаёте? — спросила она.
Дворфы долгое время пытались понять, что им показывают, но внезапно их осенило.
— Руны писем! — хором ответили они.
Эльфы широко заулыбались.
— Да, мы использовали ту же схему, что и в письмах, но вместо того, чтобы иметь только одного адресата к одному устройству, мы получили возможность связываться с любым устройством, просто меняя порядок получения маны камнями Маримана! — ответила Виерна.
Гелдор уже почти ничего не слышал, так как всё понял, и в его голове «шестерёнки» забегали, вычисляя, какие материалы, в каком количестве и в каком состоянии потребуются.
Резко обернувшись, он крикнул на всё бюро:
— А НУ, ЧЕРТИ ЛЕНИВЫЕ! БЕГОМ НЕСИТЕ МИФРИЛ ПОЛГРАММА, МЕДНЫЕ ПРОВОДА И ИНСТРУМЕНТЫ!
Всё производство на мгновение остановилось, но вскоре все вернулись к работе, и лишь несколько людей побежали исполнять приказ.
В груди братьев разгорался огонь, потому что им вновь предстояло создать нечто невероятное, чего не существовало в этом мире и что прославит их как величайших мастеров.
Эльфы же просто отступили назад, собираясь возвращаться. Они понимали, что к дальнейшей работе эти фанатики кузнечного дела их точно не допустят, и им оставалось лишь ждать, когда продукт будет готов.
* * *
Корабль Виктора Левиафан пролетал над землями полуорков, приближаясь к столице Минтары.
Тем временем сам герцог, одетый в чёрный тренировочный костюм, находясь на палубе вместе с дочерями Адель и Анной, проводил с ними тренировку по владению мечом, пока Сильвия и Фрейя сидели за столиком и пили чай.
Девочки атаковали отца, стараясь нанести удар, но это было невозможно, ведь реакция Виктора и его сила были за гранью понимания даже рыцарей легендарного уровня.
Когда мужчина отступил, Анна подняла двуручный меч над собой и попыталась нанести удар сверху вниз, за что тут же получила тычок в районе живота.
— Ты видела мои ноги? Как они стояли? Всегда смотри на ноги противника, прежде чем выбирать, какой удар нанесёшь! — наставлял Виктор. — Если человек правша и отвёл правую ногу назад, это значит, что рубящие удары наносить нельзя, ведь у него будет возможность сразу контратаковать, пока твой меч поднимется и опустится на него.
Анна невозмутимо слушала отца, однако Адель была не такой терпеливой.
— И что, нам теперь всегда смотреть на ноги⁈ — защебетала девочка.
Паладин усмехнулся.
— Нет. Вы же и так знаете, что в руках у вашего противника и все его слабые места. Это определяется ещё до начала боя. Но вы должны уметь выбрать лучший вариант для атаки. Для сражения с двуручным мечом у вас либо должен быть напарник, который вас прикроет, либо удачный момент для удара…
Виктор мог разглагольствовать ещё очень долго, но их прервал офицер, который подошёл и молча слушал наставления герцога.
Получив разрешение, он тут же перешёл к делу.
— Ваша светлость, мы над городом. Разрешите начать посадку?
— Можете приступать, — ответил лорд и, дав взглядом понять жёнам, что они прибыли на место, потрепав дочерей по голове, пошёл переодеваться.
Спустя полчаса Виктор вышел из своей каюты, одетый в чёрный мундир с золотой перевязью, высокие чёрные сапоги, фуражкой на голове и мечом, свисающем на поясе.
Выглядел герцог действительно грозно. Его коротко стриженная борода, шрам по всей левой щеке и острый взгляд из-под козырька делали его больше похожим на хищника, вышедшего на охоту.
Когда к нему присоединились жёны, он решительно пошёл к трапу и, оказавшись у борта, задрав голову, посмотрел вниз.