Страница 100 из 143
Лорд только теперь стал нерешительным и сбавив шаг подошёл ближе, а вскоре оказался в ярко освещённой просторной комнате, обставленной спальной мебелью.
В центре на полу лежало окровавленное тело горничной. Рядом с телом лежал нож, а в сторонке стоял подросток, который со страхом смотрел на своего отца. Этим ребёнком был Эйзел, сын Арии Брейт.
Виктор прощупал тело горничной своей аурой, но от него не исходило даже тепла, не говоря уже о какой-либо жизненной энергии. Из-за спины мужчины выбежала мать ребёнка и подбежав к нему обняла его, загораживая от герцога.
Лорд внимательно смотрел на мальчика, который казалось в страхе трясётся перед ним, но его взгляд не был похож на взгляд человека, который боится того, что натворил, скорее в нём читалось желание избежать наказания и не понести ответственность.
— Как это случилось? — холодным тоном спросил Виктор.
Ария отошла за спину своему сыну и положила ему руки на плечи, а мальчик какое-то время виновато глядя на отца склонил голову.
— О-она хотела напасть на меня… Я-я… я только защищался — наконец ответил Эйзел.
Виктор взглянул на тело девочки на полу, которой было не больше семнадцати лет. Каждую служанку отбирали во дворец с особой тщательностью и не было никакой возможности, чтобы убийца проник сюда.
«Это ложь. Этот безобидный ребёнок не напал бы на тебя»
Подумал он.
В голове лорда стоял гул, а сердце бешено колотилось. Когда сообщили о случившемся, он надеялся, что всё произошло случайно, но прямо сейчас было очевидно, что горничную убили намеренно.
Подойдя ближе, Виктор опустился на одно колено и бережно перевернул тело. Когда мужчина увидел безжизненный взгляд ему стало не по себе. Герцог мог
принять ванну наполненную кровью своих врагов и не почувствовать ничего, но вид нескольких ножевых ранений на теле этой девочки и удивление застывшее на её лице, заставили его содрогнуться.
'Шесть ножевых ранение в область живота. Руки девочки не повреждены, она даже не могла сопротивляться… Это хладнокровное убийство. Он не
просто её убил, он сделал это с особой циничностью.'
Хотя лорд не был великим детективом, но отсутствие хоть каких-то следов на руках девочки и её теле, давали ясно понять, что она была шокирована происшедшим и явно не ожидала такого.
В его голове возникла живая картина того, как она с неверием смотрит на своего убийцу, а тот продолжает колоть её.
Внезапно аура паладина вырвалась из его тела и обрушилась на всех во дворце. Рыцари и жёны лорда старались защитить себя и жителей дома, но теперь это было не так просто как раньше. Даже Клиосса находившаяся в своих покоях, с трудом выдерживала давление не в силах противостоять ему.
Виктор вскоре взял эмоции под контроль и поднявшись посмотрел на сына лежавшего на полу, который задыхаясь начал плакать прижимаясь к матери сидевшей на коленях, но в его взгляде было что-то нечеловеческое. Словно это зверь загнанный в угол, притворяющийся уязвимым, чтобы его пощадили.
'Это не ребёнок… Я не могу позволить, чтобы это чудовище безнаказанно разгуливало по дому. На улицу его выпускать тоже нельзя иначе с
властью герцога, он может стать похожим на Пелоса…'
лорд был в ужасе от мысли о том, что его потомок станет серийным убийцей, а все задатки были на лицо.
Стража уже давно уведомляла, что мальчик ведёт себя жестоко с другими детьми и животными. Часто издевается над слугами и прикрывается титулом. Это было настолько очевидно, что даже братья и сёстры мальчика избегали его. За последние полтора года ситуация ухудшилась ещё больше.
От этих мыслей, рука герцога невольно потянулась к мечу, но он смог вовремя остановиться.
Пусть Виктора и нельзя было считать образцовым отцом, однако в моменты, когда удавалось провести время с детьми, это становилось самым лучшим
временем в его жизни и в жизни отпрысков.
Жёны называли его папа-праздник и это не была похвала, потому что тот почти не участвовал в воспитании детей и изредка появляясь дома, дарил детям подарки, развлекался и устраивал настоящие праздники, чтобы загладить вину за своё отсутствие. Такое поведение вовсе не походило на человека, который должен брать на себя ответственность и разделять с жёнами все тяготы воспитания детей.
— Артур! — послышался возглас лорда, после чего его тень начала мерцать и за спиной появился молодой человек одетый в чёрную как ночь кожаную броню с двумя клинками на поясе.
Вокруг него кружила чёрная дымка, а капюшон на голове скрывал лицо.
— Приказывайте ваша светлость — хриплым голосом произнёс
рыцарь.
— Арестовать Эйзела Леомвиль. Сообщи в Дворец Наказаний и пусть готовят Слепой суд! — Несколько приказов прозвучали в полной тишине и
прежде чем мать ребёнка успела среагировать, Артур растворился в дымке, после чего появился перед мальчиком в её руках и схватив его, исчез вместе с ним.
Ария не веря разглядывала свои руки, из которых исчез её сын, а затем посмотрела в лицо герцога, но видя леденящий взгляд, сдерживая эмоции склонила голову, ощущая как слёзы стекают по щекам.
Миранда, Луна и Шона стоявшие в дверях, почувствовали холодок пробежавший по спине.
Упомянутый их супругом Дворец Наказаний и Слепой суд, это структура и процедура, записанная в Кодексе Леомвиль.
Дворец Наказаний, является собранием шести аристократов из подданных герцога, которых тайно назначили вести дела семьи Леомвиль и чьи личности известны лишь главе дома и нескольким помощникам. Они не знают о статусе друг друга и их единственная задача, изучить улики о преступлениях членов семьи герцога. Если они признают, что Эйзела можно судить, его действительно предадут суду.
После этого начинается так называемый Слепой суд. Судьи не увидят подсудимого и могут даже не понять, что судят аристократа.
Это была вынужденная мера, как и то, что среди трёх участвующих в заседании судей, один будет аристократом. Это легитимизировало сам процесс над дворянином, но не позволяло принять окончательное решение, чтобы дворяне не покрывали друг друга имея большинство в голосовании.
Слепой суд требовался, чтобы судьи не знали, кого судят конкретно. Дворяне имели разные уровни влияния и разные возможности. Не существовало людей, которые осмелятся судить семью Леомвиль, особенно теперь, когда выяснилось, что герцог является рыцарем Вечного Сияния.