Страница 6 из 109
— Здравствуйте уважаемый, не знаю, как вас звать, величать.
— Кузьмичом меня кличут. А если полностью Егор Кузьмич.
— Меня Алексеем. Мне интересно, что раньше по реке возили. Что интересное выловлю, в музей отвезу, что им без надобности, себе оставлю. Не переживай Егор Кузьмич, есть у меня рыболовные снасти и спиннинг и удочка поплавковая наличествует.
— Молодец, что так поступаешь. Историю надо знать. Я вот почитай всю жизнь на Двине. Много историй про реку поведать могу. Каждый год она разная.
— Егор Кузьмич, а кем вы работали?
— Я мил человек, и работал всю жизнь на Северной Двине. Бакенщиком я был, глубины измерял, вехи да бакены устанавливал, следил за ними, осенью перед ледоставом убирал. Зимой в лесу шесты для вех заготавливал. А по весне все покрасить надо. Два цвета белый да красный.
— А сейчас кто этим занимается? — Спросил я.
— Сейчас у них, — и Егор Кузьмич не определенно махнул рукой. Техника такая, что на полсотни верст один обстановочный катер ходит. Вначале птица их пролетит, с четырьмя винтами, все просмотрит, да еще и браконьеров где углядит. Все передаст, кому следует. А если какая поломка катер ходит, все поменяет и все дела.
— Алексей, погода портится, вишь как ветер поменялся, волна пенится, чувствую я приближение бури. Бери свои вещи, и поехали ко мне в дом. Один я живу. Вон на горе мой синий дом.
И машину твою за рекой будет видно. Да здесь спокойно, ни кто чужого не возьмет.
И в самом деле, дом Кузьмича был на угоре. Шесть передних окон смотрели на реку. И вид открывался, наверное, изумительный. Собрал я вещи, и отправились к Кузьмичу.
Так я стал дружить Егором Кузьмичом. Каждое лето теперь приезжаю. Останавливаюсь у него, дом его, где надо подлатал, по хозяйству помогу. Зимой приезжал дров березовых наколол. Очень интересные истории о реке рассказал мне Егор Кузьмич.
— Когда еще мой отец был пацаном, река совсем другая была. Это было в начале века ещё до революции. На остров коров пастухи переводили вброд, Зато другой рукав за островом, был судоходный. А теперь видишь, все наоборот. Вот такие река фортеля выкидывает!
Тогда и в самом деле шторм пришел. Мы только успели до дома дойти. Два дня у Егора Кузьмича гостил. Таких вкусных кулебяк я не едал. С лещами, со щукой. Уха из стерляди, просто пальчики оближешь.
Многому дед меня научил, за эти годы. Как лапти сплести, как из бересты много полезных вещей можно сделать. Начиная от не протекающих баклажек, до легкой почти невесомой лодки. Причем не смотрел на чужой труд, а сам своими руками все делал. Много раз в лес ходили, научил Кузьмич меня следы звериные читать, силки на зайцев ставить. Ходить в лесу не слышно. Он все повторял:
— Мы в лесу, не хозяева, а гости. Надо и вести себя как в гостях.
Учил, как грамотную ночевку в лесу устроить. После походов в лес, в душистой бане парились. Рад Кузьмич человеческой душе, один давно живет. Жена 15 лет назад умерла. Две дочери у Кузьмича, вот только после учебы в Ленинграде, вышли замуж за немцев, и уехали на ПМЖ в Германию. Дочери его звали с собой, только не променял своего дома, своей реки на чужбину.
Вот и в этот год сразу к Кузьмичу наведался, привез старику продуктов, привез, и телевизор что стоял у меня на кухне. Не нужен он мне там. На кухне кушать надо. А не смотреть на рекламавизор. У Кузьмича еще старенький стоял постоянно звук пропадал.
На следующий день отправился ловить свое старое железо.
За последний век, поменялся подводный ландшафт реки очень значительно. Нива стояла на песке, песок, куда я выехал, был огромный шириной почти метров 400 и длиной больше километра. Он практически наполовину перегораживал реку.
Выгрузил вещи. Затем натаскал на сцепке плавника для костра. (бревна которые вынесло по весне большой водой, в половодье), накачал лодку. Когда на лодке на малом газу вышел на течение, проверил эхолотом глубину и забросил свою магнитную удочку.