Страница 68 из 168
Глава 32
Хотя в другой части дворца продолжались поминки, я предпочла скрываться в своих комнатах, пока не буду уверена, что смогу вести себя подобающе. К тому времени, как сердцебиение пришло в норму, у меня не осталось сил встречаться с людьми. Вместо этого я лежала на диване и пила бренди из бутылки, которую королева послала мне на следующий день после убийства Лары.
Элла, не заметив меня на поминках, пришла ко мне и заявила, что я не должна «валяться, как умирающий тюлень, и в одиночестве напиваться до беспамятства». Затем она плюхнулась в кресло напротив меня.
— Ладно, – вздохнула я. – Я поделюсь. – Она взяла протянутое мной бренди и от души налила себе в бокал. Затем, посмотрев на бутылку, она принесла и мне бокал, отказываясь наливать больше.
— Зануда, – проворчала я, хотя меня уже начинало мутить, а бутылка каким-то образом оказалась наполовину пуста.
— Я пытаюсь спасти то, чего добилась таким тяжелым трудом, – она усмехнулась и подняла свой бокал в мою сторону. – От большого количества алкоголя у тебя испортится цвет лица, а глаза покраснеют. Кстати, об этом, – она достала откуда-то из одежды небольшой кобальтово-синий пузырек и бросила его мне.
Он ударился о мягкую спинку дивана. Я даже не успела поймать его.
— Как я и думала. Ты слишком долго лежишь здесь на пару с бутылкой. – Она приподняла одну бровь. – Это глазные капли. Они помогут справиться с сильной усталостью.
— С какой усталостью?
Она наклонила голову, спрашивая, действительно ли мы собираемся играть в эту игру.
Возможно, я чувствовала себя в игривом расположении духа, потому что просто повторила:
— С какой усталость?
— Дорогая моя, у тебя все на лице написано. Ты почти не спала с тех пор, как Лара.. Ну, ты поняла. И я знаю, что это не потому, что ты слишком занята, развлекаясь в постели кое с кем из Сумеречного Двора.
Я фыркнула.
— Обидно, что ты считаешь меня такой предсказуемой.
— Ты пережила травмирующий опыт. Если отделаешься несколькими бессонными ночами, считай, тебе крупно повезло. – Она прищурила глаза, скривив рот. – Хотя смею предположить, у тебя такое не в первые.
Я уткнулась в свой бокал, не в силах справиться с тяжестью ее предположения. Особенно когда оно оказалось верным.
Смерть Фантомы была невыносимой, хуже, чем все вместе взятое, что сделал папа. Ведь он только угрожал и запугивал, в то время как его брат.. был человеком действия.
Но я не могла избавиться от ощущения, что это не все. В пустоте между моими воспоминаниями должно таиться что-то еще. Недостающий осколок.
Я не хотела знать, что там было, поэтому залпом опрокинула свой бокал, едва ощутив огонь, лизнувший горло, и бросила умоляющий взгляд на Эллу.
Она поджала губы. Это означало «нет».
— Что случилось с беспечной леди Элоизой-Элизабеттой-Белладонной Фортнум-Найтли-Чейз?
Ее взгляд смягчился, отчего у меня сдавило в груди.
— Она беспокоилась о тебе и прислала меня.
Беспокоилась обо мне. Я закусила губу, чтобы та не дрожала.
— Думаю.. сейчас она нужна мне, – я ненавидела, как жалко я звучала и как сильно дрожал мой голос.
Элла разглядывала меня с другой стороны кофейного столика, а затем уголок ее рта приподнялся.
— Говоришь, нужна тебе, моя дорогая? Ну что ж, я буду беспечной, если на сегодня ты покончишь с этим, – она взболтнула содержимое бутылки. – Договорились?
Эта сделка была безопаснее, чем любая из тех, что я заключила с Бастианом. Я села, не обращая внимания на вращение комнаты, и протянула Элле руку.
— Договорились.
Мы пожали друг другу руки, и она кивнула. Элла не была такой могущественной, как Кавендиш или Бастиан, но от ее молчаливого одобрения все равно становилось хорошо. В отличие от бренди, эта теплота не была опустошающей.
Мы болтали о последних дворцовых сплетнях. Их было не так много, как обычно, из-за отсутствия светских мероприятий и введения комендантского часа. Сегодня утром королева снова объявила его: «Никто, кроме стражи, под страхом смерти не должен появляться в коридорах после девяти вечера». Сомневаюсь, что часть о страхе смерти была сказана всерьез, но проверять эту теорию не хотелось.
Я не была уверена, что от того, что никто не бродит ночью по коридорам, я могу чувствовать себя в большей безопасности. Не тогда, когда кто-то может напасть посреди дня и остаться не пойманным. Видимо, Элла поняла, куда направлены мои мысли, и заговорила о более приятных вещах.
В конце концов, наступила непринужденная тишина. Я потягивала сироп из бузины – безалкогольный, а значит, и не запрещенный.
— Элла.. Ты когда-нибудь хотела кого-нибудь из своих целей?
Мне не нужно было смотреть на нее, чтобы понять, что она обернулась ко мне, подняв бровь.
— Я хочу большинство из них. И от этого весь процесс для обеих сторон становится еще более приятным.
Приятным. Я уставилась в потолок, потрясенная этим словом.
Элла не просто лежала на спине и терпела тех, кого соблазнила. Ей не нужно было изображать удовольствие, чтобы усыпить бдительность тех, кто, почувствовав безопасность, мог проболтаться и выдать то, что не должен был.
Она наслаждалась этим.
— И-и-и, – сказала она нараспев, – это не вызывает у меня такого страха, который я вижу на твоем лице. В чем дело?
Прочистив горло, я пошла возиться с дровами в камине. Формально Серен делала все, что я просила, но ее умения вести быт.. оставляли желать лучшего. Хворост был закинут как попало, спички брошены внутрь камина. Я собрала дрова с решетки и принялась за дело сама.
Пока я занималась дровами, мне удалось разжать челюсть и рассказать Элле, что произошло между мной и Бастианом. Не то, что я ограбила его, а он покидал территорию дворца, и не то, что лучше держать в тайне, например, его способность разделяться на две части. Я рассказала о том, как он дразнил меня и играл с моим телом, заставляя сгорать от желания.
Когда я закончила, а она ничего не ответила, я подняла голову и увидела, что она, покраснев, смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Она беззвучно открывала и закрывала рот, сглатывая, а затем медленно покачала головой.
— О боги. – Она разразилась нервным смехом и отпила свой бренди. – И.. что дальше?
Я заморгала. Я остановилась на том, что Вебстер прервал нас в саду, и решила опустить то, что встретила Бастиана, когда бежала с кладбища, поскольку это не имеет никакого отношения к моим попыткам соблазнить его.
— И.. это все.