Сто ярдов между нами

Глава 14

– Сидни, встань на свое место! – раздраженно закричала я, когда она начала заниматься самодеятельностью, демонстрируя шпагаты в воздухе.

Сидни, казалось, не слышала. Она продолжала махать ногами, ее копна черных волос разметалась по плечам. Я чувствовала, как мое терпение иссякает. Это была генеральная репетиция перед игрой, и времени на глупости не оставалось.

С самого утра меня словно иголками кололи изнутри. Из головы не выходил разговор с Саймоном. Уже через несколько часов мне придется фальшиво улыбаться ему и умолять молчать о нас с Дэмианом. Меня выворачивало от одной этой мысли.

А еще утренний балаган на кухне… Сидни во всех красках рассказывала девочкам о недавней поездке к Дэмиану домой. По ее словам, его родители уже грезили скорой свадьбой. Я не могла слушать это и просто ушла как можно дальше от ненавистных сплетен. Мысль о том, что Грины никогда не примут меня в семью, разъедала нутро, пропитывала воздух вокруг, как кислота, следы от которой навсегда останутся на моей коже.

Поэтому сейчас я была такой раздражительной. Мне хотелось сорваться на кого-то, а Сидни была идеальной мишенью. Она будто нарочно проверяла меня на прочность.

Я сделала шаг вперед, с силой схватила ее за руку и резко повернула к себе.

– Хватит! – вырвалось из меня почти шепотом, но с такой силой, что, казалось, весь стадион содрогнулся. – Либо ты встаешь на место и слушаешься, либо катишься отсюда! Ясно?

– Ты ничего мне не сделаешь, – процедила она, сверля меня злобным взглядом.

– Проверим? – Я стиснула ее запястье сильнее, ощущая, как под ногтями трескается кожа. В воздухе запахло кровью, и во мне проснулась какая-то звериная уверенность.

В этот момент мне было абсолютно плевать на крики этой выскочки, на попытки вырваться или найти глазами помощь. Внутри меня горело пламя ненависти и презрения. Мне хотелось сделать ей как можно больнее. Так, чтобы она больше не смела даже повернуть голову в мою сторону. Так, чтобы она знала свое место. Так, чтобы она наконец уяснила, с кем имеет дело.

– Эй, успокойтесь! – послышались взволнованные голоса девочек за нашими спинами, и чья-то сильная рука оттолкнула меня от Сидни.

Я повернулась в сторону помехи и сразу же нахмурилась. Это был Саймон. Он держал меня за талию, ясно давая понять, что этот концерт пора прекращать.

– Не надо, Эми, – прошептал он почти беззвучно и сделал шаг в сторону, открывая вид на обеспокоенного Дэмиана, стоявшего за его спиной.

Взгляд парня обжигал сильнее любого пламени. В нем читались непонимание, разочарование и, что хуже всего, страх. Я не ожидала, что он увидит меня такой. Безумной, потерявшей контроль. Той, кого он никогда бы не представил своим родителям. Той, кто не заслуживал его любви.

Той, кем я на самом деле являлась.

Я резко вырвала руку из хватки Саймона, чувствуя, как стыд волной окатывает все тело. Сидни потирала запястье, прячась в объятиях Дэмиана, и прожигала меня полным ненависти взглядом. Девочки молча переглядывались, боясь произнести хоть слово. В воздухе повисла тяжелая, гнетущая тишина.

Не проронив ни звука, я развернулась и покинула стадион. Мне нужно было сбежать. Сбежать как можно дальше от этих осуждающих взглядов, от удушающей атмосферы, от собственных демонов, рвущихся наружу.

Какая же я идиотка!

Позволила эмоциям взять верх, снова сорвалась.

Забежав в раздевалку, я начала судорожно собирать вещи, сдерживая предательские слезы.

Чертова Сидни! Обязательно нужно было вставлять мне палки в колеса, провоцировать приступы агрессии?

Дверь с грохотом распахнулась и тут же захлопнулась. Я резко повернула голову к незваному гостю и закатила глаза.

Только его здесь не хватало!

– Не пойму, что расстроило тебя больше: то, что я помешал тебе подправить Сидни красивое личико, или то, что это увидел Дэм?

Саймон прошел в раздевалку, сел на лавку и уставился на меня.

– Не твое дело, – процедила я сквозь зубы, стараясь не смотреть ему в глаза и продолжая запихивать вещи в сумку, желая поскорее исчезнуть.

– Конечно, не мое, – усмехнулся Саймон. – Но ты ведешь себя глупо и нерационально. Сидни пусть и не блещет умом, но, думаю, она уже начала догадываться, что между вами с Дэмом что-то есть. Не хочу тебя расстраивать, но у вас нет будущего. Он тебя бросит, как только его отец хоть что-то заподозрит.

Его слова полоснули по сердцу, словно ножом. Я замерла, не в силах пошевелиться. Он знал мои страхи, знал, как больно может сделать. Но самое главное, он знал о Дэмиане больше, чем мне казалось.

– Зачем ты это говоришь? – прошептала я, чувствуя, как подступают слезы.

– Затем, чтобы ты открыла глаза, Эми. Ты достойна большего, чем быть тайной любовницей богатенького сынка. И уж точно ты не должна из-за него калечить людей. Ты лучше, чем думаешь. Позволь себе быть счастливой, но с тем, кто будет гордиться тобой, а не прятать от своей семьи и всего гребаного мира.

Я с грохотом опустила сумку на пол и повернулась к Саймону, вглядываясь в его лицо. Мы никогда не были друзьями. Виделись часто, да, но я ни разу не смотрела на него как на парня. Просто очередной футболист со смазливым личиком и толпой девчонок за спиной. Да и он сам не спешил проявлять ко мне внимание.

Почему сейчас? Почему в его глазах были не насмешка и снисхождение, а… забота? Нет, это провокация.

Он лишь хотел поиграть со мной, выиграть чертово пари. Саймон не был глуп, и запудрить мозги наивной студентке не составило бы для него никакого труда.

– С каких пор тебя заботит моя персона? – нахмурилась я, скрестив руки на груди.

Саймон вздохнул, провел ладонью по коротким темным волосам и отвел взгляд. Казалось, он подбирал слова, взвешивая каждое из них.

– Меня заботишь не ты, а мой лучший друг. Дэм запутался, и ты его топишь. Он не может уйти от Сидни хотя бы потому, что она вписывается в его мир. Ты красивая, талантливая, но… не из его круга. Прими это и отпусти.

Он встал и направился к выходу, но остановился в дверях, обернувшись ко мне.

– И еще кое-что. Твоя агрессия не приведет ни к чему хорошему. Можешь сколько угодно воевать с Сидни, но победа все равно будет за ней. Ужин в семь, не забудь.

Саймон ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Его слова резали как бритва, обнажая мои самые уязвимые места.