Страница 7 из 9
– Да, алиби у него железное. Дело в том, что там, в деревне, в магазине, купив хлеба и майонеза, он поддался на уговоры продавщицы Екатерины Петровской купить у нее деревенского молока. Приближался перерыв, и эта Екатерина имела право запереть магазин. Села в машину к Борису, и они доехали до ее дома, где она достала из холодильника трехлитровую банку молока, а потом пригласила его в свою спальню… Соседка Петровской, Алла Волкова, видела, как они приехали, не могла не заметить у ворот «Мерседес», знала, что таких знакомых, вернее, на такой «тачке», к Катьке еще никто не приезжал. Эта Волкова не выдержала и даже заглянула в окна соседки. В спальне-то окно было занавешено, но примерно через час она увидела парочку на кухне, Борис был в трусах, женщина в халате, они пили молоко…
– Она что, целый час стояла под окнами?
– Я сам лично с ней разговаривал, она следила за домом из своего окна, пила кофе и курила, больно уж ей хотелось узнать, что делает в доме мужчина. Время от времени выходила, пробиралась через калитку, соединяющую ее сад с соседским, и заглядывала в окна. Петровская и Волкова были как подругами, так и соперницами. Обе разведенки, и обеим немного за тридцать. Понятное дело, что она все поняла. Даже успела расстроиться. Правда, когда увидела Бориса, уже вечером выходящего из дома, то зависть ее улетучилась. Он не понравился ей, она так потом и сказала Петровской, что не мужик, а дрыщ!
– А это как?
– Не атлет, значит.
– Так, понятно… Когда была убита Вера? И как?
– Рассказываю. Как только Борис уехал в деревню, примерно минут через десять, по словам Риты, Вера пропала. Вот только что они варили вместе суп, Вера помешивала его, а Рита накрывала на «стол», то есть раскладывала на пледе тарелки, подготавливаясь к обеду, нарезала овощи, оставалось добавить лишь майонез… Суп был почти готов. И вот Рита поворачивается к костру, а Веры уже нет. Она подождала немного, потом начала звать ее. Сунулась в лес, кричала, звала… Потом двинулась по тропинке глубже в лес. Она знала, что не заблудится, потому что тропинка шла параллельно берегу и шоссе. Шоссе там совсем рядом, слышно, как проезжают машины. Это я повторяю к тому, что она не боялась заблудиться. И вот в кустах, примерно метрах в ста от пляжа, от места пикника, она и увидела тело своей сестры. Голова Веры была разбита, много крови. Там песок, а песок быстро впитывает кровь… Вера была мертва.
– Получается, что ее кто-то ударил по голове! А камень или что там, чем ударили, я имею в виду орудие убийства, нашли?
– Да, камень был там же.
– И?
– Вот и получается, что, кроме Риты, ее никто не мог убить. Вокруг же никого! Следователь считает, что сестры поссорились, что Рита набросилась на Веру, та попыталась убежать, но Рита ее догнала и ударила камнем по голове.
– А что говорит Рита?
– Она говорит то, о чем я тебе только что рассказал. Что Вера пропала, она пошла ее искать и нашла в кустах, рядом с тропинкой.
– Но на самом деле трудно себе представить, что именно в тот момент, когда Вера решила отправиться в кустики по малой нужде, ее кто-то там поджидал, да еще и с намерением убить! Но тогда не представляю себе, как ты доказал невиновность Риты? Боже, какая тяжелая у тебя работа!
– Все дело в экспертизе. Перед тем как ударить Веру, ее вырубили электрошокером. И это просто чудо, что судмедэксперт нашел следы…
– Но… гипотетически, это могла сделать и Рита. Пусть при ней его и не нашли…
– Там все прочесали, электрошокера не нашли, следователь предположил, что его выбросили в озеро.
– Неужели водолазов вызывали?
– Вызывали. Но и в озере электрошокера не нашли. И это для меня, как адвоката, был огромный плюс. Но на этом защиту не построишь. Как ни крути, но, кроме Риты, поблизости никого не было. И кто знает, какие на самом деле между ними были отношения… Сама понимаешь, чужая душа – потемки!
– И как же ты решился защищать ее? Ведь на самом деле все как бы указывало на нее?
– Ну, во-первых, я рискнул. Во-вторых, мне стало любопытно, зачем посторонней женщине оплачивать услуги адвоката, чтобы защитить простую библиотекаршу.
– Как это – посторонней?
– А вот так. Ко мне приехала некая Любовь Сквозникова и заключила со мной договор, попросила меня защитить Маргариту Борисову, поскольку она никого не убивала.
– А ей-то откуда это известно?
– Вот именно! Словно она точно знает, кто убил. Но если так, то почему тогда не сообщила об этом в полицию? И кем она приходится убитой Вере Борисовой-Рыбкиной? Поверь, я задавал ей множество вопросов, но ни на один она мне так и не ответила. Твердила, как заводная кукла, мол, хочу добиться справедливости, я чувствую, что это не она, что Рита не могла убить свою сестру, мол, считайте мой поступок благотворительностью.
– Но если все обстоит именно так, как ты рассказываешь, эта Любовь Сквознякова…
– Сквозникова!
– То эта Люба точно знает, кто убил. Но ты не договорил – как тебе удалось выиграть суд? Где доказательства того, что это не Рита убила сестру?
– Нашелся свидетель, который видел, как из леса примерно в то время, когда была убита Вера, выехала машина, большой черный джип. Понятное дело, что ни номеров, ни особых примет машины он не заметил.
– И кто этот человек? Неужели грибник?
– Да, точно. Мужчина остановил машину, поискал неподалеку от шоссе грибы, ничего не нашел, да и жара в тот день была, ну, относительная, конечно, двадцать пять градусов, и пошел обратно к машине. И вот как раз тогда и заметил, как из леса, но только довольно далеко от места убийства, выезжает джип.
– А кто за рулем, не увидел?
– Вроде бы мужик в бейсболке. Лица он не разглядел. Подумал еще, что еще какой-нибудь неудачник заезжал за грибами. Хотя это могла быть и женщина.
– Но можно же было проследить за машиной по камерам!
– Пытались найти машину на шоссе, проверили восемь черных джипов, которые проезжали примерно в это же время, но ничего полезного не обнаружили. Никто в лес не заезжал, да и люди все были со своими алиби, поверь мне, все тщательно проверили! Все эти машины проверялись, сверялись с маршрутами, и тоже по камерам… Я даже сам лично пытался проверить этих людей, искал общее с сестрами Борисовыми и самим Борисом. Подумал, что это Борис Рыбкин кого-то нанял.
– А что, если это правда? Ведь мог же он заказать жену! Веры нет, теперь он как бы владелец ее квартиры!