Страница 65 из 71
Я кивнул, и она начала увеличивать масштаб карты. И чем сильнее она приближала, тем отчётливее проступали очертания знакомого места. А когда я увидел номер дома и название СНТ, у меня внутри всё сжалось.
Дача! Это та самая дача! — пронеслось в голове. — Вот же пиздабол! А говорил ведь, что раз в месяц туда ездит!
— Вот ты и попался, — вырвалось из меня, пока я сидел, глядя на экран с улыбкой на лице, не в силах оторвать глаза от этой точки.
Значит, Евгений был на даче в среду — за день до того, как заявил о пропаже жены. Может, она исчезла раньше, чем он говорил?
Оторвав взгляд от экрана, я заметил, как Наоми смотрит на меня с лёгким удивлением и любопытством. На её лице мелькнула едва заметная улыбка — будто она понимала, о чем я, и радовалась вместе со мной.
И я действительно был рад, но быстро взял себя в руки и спросил:
— А можете посмотреть, во сколько он был у себя дома и во сколько был здесь? — я указал на точку с дачей.
Наоми чуть наклонилась к экрану, нажала на мышку и ответила:
— Дома… он был в двенадцать сорок пять. А… зде-е-есь… — она протянула, нажимая на другую точку, — … в тринадцать двадцать шесть. У них как раз в это время перерыв на еду.
Я быстро достал телефон и записал время в заметках, чувствуя, как в голове начинают складываться детали. «Так-так, он приехал домой, что-то сделал с женой и после увёз её на дачу». Убрав телефон в карман, я резко поднялся с кресла, чувствуя, что внутри закипает желание действовать.
Взглянув на Наоми, я спросил, стараясь сдерживать свои радостные эмоции:
— А вы можете сейчас со мной съездить и показать мне его машину? Она же сейчас на стоянке? У вас же есть доступ к ней?
Наоми на мгновение задумалась, затем опустила взгляд на своё влажное худи, провела по нему ладонью, словно проверяя, насколько оно мокрое, и ответила:
— Да, конечно, есть. И могу показать, но только мне нужно одеться заново.
— Отлично, спасибо, — сказал я, чувствуя, что зацепка наконец-то нашлась. — А пока вы переодеваетесь, я сделаю один звонок.
Наоми кивнула, поднялась со стула и направилась к пакетам у стены, заполненным вещами.
Я проводил её взглядом и, сам того не заметив, опустил глаза чуть ниже, туда, где мягкая ткань домашних штанов обтягивала её бёдра.
В голове тут же мелькнуло: «Чёрт, как же у неё там всё…» — но я тут же осёкся, не дав мысли оформиться до конца.
Нет, Лапин, успокойся, — мысленно приказал я себе. — Если уж пялишься, то хотя бы имей совесть и не раздевай девушку глазами и не представляй ничего пошлого.
И только я об этом подумал, как Наоми резко наклонилась, чтобы порыться в пакетах в поисках сменных вещей. Её штанишки натянулись, открывая вид на верхушку ягодиц — на ту самую линию, которую в народе называют «копилкой».
Я задержал взгляд на несколько секунд дольше, чем позволяли приличия, а затем, опомнившись, резко отвернулся, достал телефон и начал искать номер Киры, надеясь, что звонок отвлечёт меня от совершенно лишних сейчас мыслей.
И тут за спиной раздалось:
— Хкым-хкым…
Я обернулся.
Наоми стояла с какими-то тряпками в руках и смотрела на меня с лёгким прищуром. В её взгляде читалось всё сразу: и понимание, и укор, и едва заметная усмешка.
Я сразу догадался, в чём дело, и, пробормотав что-то вроде «извините, я, наверное, мешаю», вышел из кабинета, прикрыв за собой дверь.
Прислонившись к стене в коридоре, я выдохнул, нашёл номер Киры и нажал вызов.
Через несколько гудков она ответила и произнесла:
— Слушаю, Лапин.
— Короче, есть новость, — сказал я, стараясь говорить быстро, чтобы успеть до того, как Наоми выйдет. — Евгений в среду, в рабочее время, ездил на служебной машине домой, а оттуда сразу на ту дачу.
— Серьёзно? — переспросила Кира, и я услышал, как она что-то перекладывает в руках.
— Ага. Мне тут сотрудница с его работы показала маршрут по трекеру. В 12:45 он был дома, а в 13:26 уже на даче. Так что сейчас я поеду смотреть его служебную машину. По-любому, там что-то есть.
— Хорошо, поняла, — сказала она, чуть вздыхая. Голос звучал устало, видимо, этот день вымотал её так же, как и меня. — Мы тут с ребятами закончили, уже направляемся в отделение. Может, нам тоже подъехать к тебе?
— Нет, Кир. Давайте лучше вы езжайте в отделение и займитесь экспертизой. Надо поскорее сравнить кровь с дачи и проверить кольцо. А я, если что найду, сообщу. На крайняк всё сниму на телефон, да и тем-более со мной свидетель.
Кира чуть взяла паузу, словно обдумывая мои слова, и затем произнесла:
— Ла-а-адно. Но если что — сразу звони. Мы подъедем.
— Договорились.
Я сбросил вызов, убрал телефон в карман и, совершенно забыв, что Наоми переодевается, вошёл в кабинет — и мгновенно замер на пороге.
Первое, что бросилось в глаза, это то, как Наоми стояла ко мне спиной и, слегка покачиваясь на месте, тянула своё худи вверх, пытаясь его снять.
Что за? — тут же удивился я. — Она что… запуталась в своём же…? Как так?
Несколько секунд я был в ступоре от увиденного.
Руки Наоми были высоко подняты, ткань худи тянулась, скрывая лицо и плечи, но всё, что ниже, оказалось полностью открыто. Сначала она стояла на месте, но затем начала крутиться, и я смог разглядеть её обнажённый торс — гладкую шоколадную кожу, тонкую талию, узкие плечи.
И, конечно, грудь — аккуратную, упругую, с тёмными сосками, мягко покачивающуюся в такт её движениям. При каждом рывке худи она чуть подпрыгивала, и это зрелище было настолько неожиданным и настолько… притягательным, что я еще больше потерялся.
Чёё-ё…рт… совсем забыл, что она переодевается, — мелькнуло в голове, и я сглотнул. — Ну охренеть… какая же она… сексуальная. И… в то же время… такая нелепая…
Я сделал шаг назад, надеясь остаться незамеченным. Но именно в этот момент Наоми, видимо, решила сменить тактику: она снова повернулась ко мне спиной, выгнулась как-то по-особенному и наконец стянула худи через голову. Мне хватило одной секунды, чтобы разглядеть изящный изгиб её спины, лопатки, то, как напряглись мышцы, — и в следующую же секунду я резко отступил в коридор и тихо прикрыл за собой дверь.
Оказавшись за дверью, я заметил, как громко стучало моё сердце, настолько громко, что зашумело в ушах.