Страница 20 из 71
А Оля тем временем уже устроилась внизу. Её пальцы обхватили член, направляя его в неё. Ещё секунда — и она опустилась сверху, вбирая меня до самого основания. Горячая, узкая, мокрая киска окружила член, и она тут же застонала в голос, а я застонал вместе с ней, прямо в киску Сафиры.
Та, почувствовав вибрацию, выгнулась дугой и закричала:
— О-о-о, да-а-а, мой котик! Вылижи меня! Вылижи по полной!
Оля начала двигаться — сначала медленно, привыкая, потом быстрее, увереннее. Её бёдра поднимались и опускались, насаживая её на мой член снова и снова. Она была очень узкой, очень тугой, и каждый раз, когда она опускалась до конца, её внутренние мышцы влагалища сжимались вокруг меня, будто не хотели отпускать. Грудь подпрыгивала в такт движениям, а с губ срывались громкие, протяжные стоны.
— Ах-ах… как классно… — выдыхала она, запрокидывая голову. — Саф, ты не представляешь, какой он… М-м-м…
— Скоро узнаю, — промурлыкала Сафира сверху, чуть приподнимаясь, чтобы дать мне вдохнуть, и тут же снова опускаясь. — Но пока пусть отлижет как следует. Я хочу кончить ему в ротик.
— Может, поменяетесь? — прохрипел я, на секунду отстраняясь от её киски, когда услышал, что она хочет кончить мне в рот.
Оля усмехнулась и чуть замедлила темп:
— А что? Ты уже на пределе? Хочешь передышку?
— Нет, — я снова провёл языком по складочкам Сафиры, и затем чмокнул её прямо в клитор, и та вздрогнула. — Просто… ох… хочу, чтобы вы обе получили… удовольствие.
— Аа-а-а… Ну я-я-ясно, — протянула Оля, продолжая размеренно прыгать на моём члене. — Просто хочешь еще одну дырку поиметь, да? Ну ок… Давай…
Она начала подниматься — медленно, тягуче, давая мне прочувствовать каждый сантиметр. Я ощущал, как её горячие, мокрые стенки скользят по стволу, не желая отпускать. Головка уже почти вышла — ещё мгновение, и член выскользнул бы из неё совсем. И в этот самый момент Оля, хитро усмехнувшись, резко опустилась обратно — до самого основания, с влажным, сочным шлепком.
— А-а-ах, чёрт! — выкрикнула она, запрокидывая голову. — Как… круто! Ммм…
Меня самого прошибло короткой, острой судорогой удовольствия, и в голове пронеслось: «Твою мать, а она умеет удивлять!». На секунду мне даже показалось, что я сейчас кончу — так это было неожиданно и так чертовски приятно.
Оля, всё ещё тяжело дыша, уже поднималась снова — на этот раз до конца. Она приподнялась, выпуская мой член — мокрый от её соков, пульсирующий, — и звонко шлёпнула подругу по попке.
Сафира, всё поняв, сползла с моего лица. Увидела мои губы, блестящие от всего сразу — от Оли, от её киски, от моих слюней, — и, не раздумывая, наклонилась и облизала их…
— М-м-м, сладкий, — сказала она и, усмехнувшись, устроилась на коленях, опираясь руками о диван и выставляя попку. — Давай, — бросила Сафира через плечо, глядя на меня голубыми глазами, полными похоти. — Трахни меня. Только очень жёстко. Я не люблю все эти нежности.
— Это… я могу, — пробормотал я, поднимаясь.
Пиджак полетел на пол первым — я просто стянул его с плеч и отбросил, не глядя. Рубашка пошла следом: пуговицы выскальзывали из петель одна за другой, я торопился, дёргал ткань, и последняя пуговица, кажется, отлетела, но мне было плевать. Пьяный, возбуждённый, давно забывший про сон и работу, я оглядел её аккуратные, упругие ягодицы, а между ними — влажно блестящие дырочки.
Первой в глаза бросилась та, что выше, — маленькое, тугое колечко ануса, собранное в аккуратную звёздочку. Чистое, гладкое, чуть влажное от пота — оно выглядело так, будто к нему никогда не прикасались. Ниже, под ним, — гладко выбритая киска с набухшими тёмно-розовыми половыми губами, которые уже разошлись, открывая маленький, тугой входик, истекающий соком.
Я машинально облизнул губы, всё ещё чувствуя на них остатки её вкуса. Затем взял член в руку и приставил головку к её киске — такой манящей, что не войти в неё сейчас казалось почти преступлением. Но прежде чем вставить, я шлёпнул её по попке свободной рукой. Звонко, с оттяжкой.
Сафира охнула, но тут же усмехнулась через плечо:
— Да… можешь сильнее…
Я ударил ещё раз. Она снова простонала — довольно, глубоко, подаваясь назад. Потом ещё раз. И ещё. Ягодицы раскраснелись, на бледной коже проступили розовые пятна.
— Давай Илюшка! Выеби меня! — выкрикнула она нетерпеливо. — Вставь в меня уже этот член!
И я вошёл — одним движением. Сафира вскрикнула и тут же подалась назад, насаживаясь ещё глубже. Её пальцы вцепились в обивку дивана. Её дырочка была чуть шире, чем у Оли, но такая же горячая и влажная — член скользнул внутрь почти без сопротивления, настолько она была готова.
Затем обхватил руками её талию — крепко, твёрдо — и начал двигаться. Быстро, жёстко, как она и просила. С каждым толчком её ягодицы упруго шлёпались о мои бёдра, и этот звук разносился по всей гостиной.
Оля тем временем не собиралась оставаться в стороне.
Я вдруг почувствовал, как что-то тёплое прижалось к моей спине — её упругая грудь с твёрдыми сосками. Она прильнула ко мне сзади, обхватила ладонями плечи, и её горячее дыхание коснулось моей шеи. Её язык медленно, влажно скользнул от ключицы к уху, и по моему позвоночнику пробежала приятная дрожь.
— Ну как тебе её писечка? — прошептала она мне на ухо, а затем, чуть прикусив мочку, добавила: — Узенькая, да? Классная?
Я не ответил — просто продолжал трахать Сафиру, чувствуя, как Оля, всё ещё прижимаясь ко мне, медленно сползает вниз.
Её грудь скользнула по моей спине, и вот она уже сидела на полу — спиной к дивану, прямо под нами. Пока я вбивался в Сафиру, Оля подползла ближе и провела языком по моим яйцам — сначала легко, потом настойчивее. Я чуть не застонал от неожиданности.
— Продолжай-продолжай, — промурлыкала Оля, полизывая языком яйца. — Еби её! Не останавливайся!
— Ох, сука, — выдохнул я, чувствуя, как её влажный язык скользит по чувствительной коже.
Сафира в этот момент снова подалась назад, вбирая член до самого основания, и застонала:
— Да-а-а… да… жёстче! Мммм… Оль, что ты там делаешь?
— Помогаю, — промурлыкала Оля и провела языком от яиц почти до самого ануса.
Я вздрогнул, но на этот раз не собирался её останавливать. В конце концов, я запретил только пальчики, а про язык разговора не было. И сейчас это казалось… охрененно.
— Молодец, Оль, — выдохнула Сафира, насаживаясь на член. — Продолжай. Его член такой… твердый… Ух, я уже почти…
— И я, — прохрипел я, чувствуя, как напряжение в низу живота подбирается к пределу.