Сущность

Глава 7

1

Адвокат пододвигает стопку бумаг по широкому кожаному сиденью.

— NDA, — говорит она. — Поставьте инициалы на каждой странице и распишитесь в конце.

Несезонный летний дождь барабанит по крыше машины. Люминесцентный уличный фонарь мигает стаккато, словно это азбука Морзе, выстукивающая послание из электрического эфира.

Мерная капель с моего тренча изо всех сил старается испортить обивку и одновременно пропитать насквозь мою юбку. Совершив совершенно нехарактерный для себя поступок, я вышла под ливень ждать машину на пятнадцать минут раньше, чем требовалось, будучи уверенной, что если опоздаю хоть на секунду, они передумают. Обычно я везде опаздываю.

— Вы ведь

читали

NDA? — интересуется адвокат, постукивая по бумаге квадратным бордовым ногтем.

Она изучает меня сквозь очки в проволочной оправе, ее взгляд проницателен. Интересно, не одобряет ли она меня, всю эту затею: тот факт, что какую-то случайную двадцати-с-чем-то-летнюю девицу приглашают в святая святых самого богатого и замкнутого человека нашей страны.

Будь я адвокатом Иэна Де Леона, я бы тоже не одобряла.

— Да, — подтверждаю я, пролистывая контракт.

Ну… я пробежалась по нему глазами. Команда мистера Де Леона посоветовала мне отдать его на проверку моему адвокату для моей же защиты. Ага, конечно. Моему

адвокату.

Дайте-ка я просто запрыгну в свой частный самолет и полечу за ним; мы будем есть икру и потягивать «Дом Периньон», пока внимательно изучаем NDA.

Понимание контракта всё равно ничего бы для меня не изменило. Я подпишу эту штуку несмотря ни на что. Ни одна писательница-фрилансер в здравом уме не отказалась бы от предложения написать книгу для Иэна Де Леона, что бы там ни говорилось в NDA. Эта книга гарантированно станет бестселлером, и на этой славе я смогу выезжать как минимум пару следующих лет. Может, даже получу предложение от

настоящего

издательства. Одного из «Большой двойки». А потом? Я буду устроена. Больше никаких ночевок на чужих диванах между случайными связями. Больше никакой работы разносчицей напитков в клубах; мне насрать, какие там чаевые.

На секунду реальность происходящего обрушивается на меня, и я мешкаю, скручивая пальцами уголки NDA. Уже не в первый раз меня гложет коварное сомнение. Не может быть, чтобы Иэн Де Леон хотел предложить эту работу именно мне. Наверняка он имел в виду кого-то другого. Я пишу в своем блоге безумные теории по квантовой физике, а не биографии. То есть, у меня солидная аудитория, и иногда мне удается написать платную статью для какого-нибудь сайта любителей теорий заговора — это стоит того ради денег, но наносит перманентный удар по моему эго, — но как, черт возьми, Иэн вообще обо мне узнал?

Но сомневаться в том, где я сейчас нахожусь, с NDA в руках, не приходится. И вот оно, мое имя, напечатанное прямо на странице в графе «Нижеподписавшийся»: Кэтрин Фокс.

— Вы ведь не хотите заставлять его ждать, — торопит адвокат.

У нее идеальная укладка — черный боб, который, кажется, бросает вызов гравитации, уложенный в одну цельную волну.

— Просто…

Она приподнимает брови.

— Это интервью для книги. Она будет опубликована. Широким тиражом. В конце концов, люди ее прочтут.

— Да. Но, как вы знаете, из-за крайне деликатного характера продукта, который вы будете обсуждать, за мистером Де Леоном остается последнее слово в том, что вы включите в рукопись. Если он захочет что-то вырезать, вы это вырежете. Наш внутренний издатель также будет связан NDA. Поэтому, как и договаривались, поскольку рукопись будет одобрена мистером Де Леоном и его командой юристов перед публикацией, контракт остается в силе. Ничто из того, что вы увидите или обсудите в течение следующих трех дней, не покинет это здание без явного разрешения мистера Де Леона.

Справедливо.

Я ставлю инициалы на каждой странице. Расписываюсь и ставлю дату в конце.

— Спасибо, — говорит она, собирая контракт и убирая его в кремовый кожаный портфель. — Я пришлю вам копию на электронную почту для вашего архива.

— Спасибо, — говорю я, дрожа от нервов так, словно только что залпом выпила три эспрессо подряд.

— Запомните, — говорит адвокат, — с того момента, как вы покинете эту машину, вы находитесь под действием NDA. Никаких звонков, сообщений или фотографий. Вы сдадите свой телефон по прибытии. Мистер Де Леон вернет его, когда вы закончите.

— А если случится что-то экстренное? — спрашиваю я.

Адвокат смотрит на меня так, будто это было четко прописано в контракте, о чем я бы знала, если бы прочитала эту гребаную бумажку. Она поджимает губы.

— У мистера Де Леона есть свой телефон.

— Хорошо.

Ответ меня не успокаивает. Я смотрю в окно, по-прежнему беспричинно тяну время. Сквозь затуманенное дождем стекло невозможно разглядеть ничего, кроме размытых вспышек уличных фонарей и неоновых вывесок, а над ними — нависающих темных монолитов небоскребов.

— Не заставляйте его ждать, — говорит адвокат.

— Верно.

Я натянуто улыбаюсь и открываю дверцу машины.

Дождь хлещет с мрачного вечернего неба. Я хватаю свою дорожную сумку и выбираюсь из машины, захлопнув за собой дверцу. Спешу по тротуару к дверям здания, дрожа в холодной сырости. Попытавшись открыть их, я обнаруживаю, что они заперты. Я оглядываюсь через плечо, готовая попросить адвоката о помощи, но машины уже нет, улица пуста и блестит от дождя и отражений света.

У двери есть кнопка звонка. Я нажимаю на нее, но ничего не происходит. Внутри я вижу стойку регистрации, но там никого нет.

— Супер, — бормочу я.

Достаю телефон и открываю его. Наверняка мне разрешено позвонить адвокату. Я мнусь в люминесцентном свете у входа в здание.

Затем что-то привлекает мое внимание, прямо на периферии зрения. На углу через дорогу стоит фигура, ее силуэт освещен уличным фонарем.

По спине пробегает холодок, и это никак не связано с тем, что я замерзла. Для вечера пятницы в центре Лос-Анджелеса здесь слишком тихо. Это место должно кишеть машинами. Вытягивая шею, я смотрю вверх на возвышающееся здание. Оно настолько высокое, что вполне могло бы упираться в космос, а его вершина скрыта дождем. Фиолетовые огни подсвечивают его края, но в остальном оно темное; нет никаких окон с желтым светом, указывающим на то, что там кто-то есть. Насколько я могу судить, это здание совершенно пустое, за исключением пентхауса, где живет Иэн Де Леон.