Игла

Глава 54

— О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — спросил Джо. — Ты слышал меня. — Уэллс вёл себя так, будто только что сказал Джо, что они собираются забрать диван из мебельного магазина. Джо покачал головой. — Ты действительно думаешь, что ты просто вальнёшь в Северную Корею и заберёшь их главного гравёра? — Нет, совсем нет. Мы вальнём в Россию, а оттуда прокрадёмся в Северную Корею. Джо поднял руку. — Это полное безумие. Уэллс тихо хмыкнул, и они сидели в молчании несколько минут. — Так ты правда думал, что я мёртв? — спросил Уэллс. — Конечно, — ответил Джо. — Я видел тела в машине.

— Заключённых из Сибири завезли, чтобы всё выглядело красиво, — сказал Уэллс. — Бесконечный запас для КГБ, которым они могут распоряжаться по своему усмотрению. — Так где же ты был той ночью во время операции? Уэллс посмотрел в маленькое окно в темноту ночи. — Работал, конечно. Художественные таланты отца передались мне, и меня обучили как фальшивомонетчика и изготовителя подделок.

— КГБ. — Да. И поскольку мой отец, то есть Игла, работал на них, они знали все его трюки. Они изучали его годами и пытались обучить людей, которые могли бы быть так же хороши, как он. Конечно, никто так и не смог. — Ты смог. — В конце концов я стал равен ему. Меня, конечно, тоже отправляли в Гриднёвку. — Школа 1010? — спросил Джо. Это была печально известная академия, где КГБ обучал своих шпионов тонкому искусству сбора разведданных и убийств. — Да, мы называли её K1. У неё целая куча разных названий. Джо был в замешательстве. — Наша разведка сообщала, что мы эвакуируем семью. Отец, жена, маленький мальчик. Уэллс снова рассмеялся, но на этот раз без тени юмора. — Да, я понятия не имею, как именно ЦРУ в это поверило. Может быть, кто-то сыграл на ваших сердечных струнах. — Был ли ты на связи с отцом в это время? Присылал ли он весточку о побеге? Уэллс покачал головой. — Нет. Я был… всегда в школе, или на тренировках, или на задании. Мать я тоже редко видел. Большую часть времени я был один, или с чередой женщин, которые буквально не говорили мне ни слова. Они готовили, убирались и уходили. Но однажды моя мама появилась и сказала мне, что они собираются сбежать. Что всё изменилось и они боятся за свою жизнь. Оказалось, их страхи были вполне обоснованы. — Что именно произошло? — спросил Джо. — Я знал, что если нас поймают, они никогда не убьют моего отца. Он был слишком ценен. Но мою маму и меня? Я полагал, что если план не сработает, нас убьют. Или отправят в Сибирь. Джо ждал. — У них, должно быть, возникла какая-то проблема с моим отцом. Может быть, он отказался работать, или объявил голодовку, или что-то в этом роде. А потом они, должно быть, узнали, что он собирается бежать, используя падение Советского Союза как возможность скрыться. — Звучит логично для меня. — КГБ не глупцы. Он оставался ценным активом, что бы ни происходило с российским правительством. Так что они заключили сделку с Северной Кореёй, пока могли, и пока его ценность оставалась высокой, — сказал Уэллс. — Бизнес 101. Меня перевезли в другое место и, как обычно, ничего не сообщили. А через несколько дней преданный друг прошептал мне правду: мой папа пропал, а моя мама мертва. Они казнили её. Тогда я понял, что они собираются убить и меня. Типа, в течение нескольких часов. Джо ничего не сказал.

— Мне было легко уйти. Я спрятал кучу фальшивых денег и подделал около дюжины паспортов, создав столько же личностей для себя. Каждый раз, когда я делал один для КГБ, я делал один и для себя самого. Я не знал, что Советский Союз рухнет так быстро, но подумал, что если что-то изменится, я хочу иметь как можно больше вариантов для побега. — Так ты выбрался? — Ага, оставив за собой пару трупов, но я справился. И забрал всё, что у меня было, плюс кое-что ещё, и отправился на Карибы. — Он улыбнулся, и Джо увидел что-то в его глазах. Что-то зловещее. — Чтобы заставить их прийти за мной. — И они пришли? — Они до сих пор идут. Джо наконец понял. — Они убили Коплина и Эрвинга. КГБ. Чтобы выставить это твоим делом, чтобы выкурить тебя. Они использовали гравёра, чтобы попытаться скопировать работы твоего отца. — Да, это были они всё это время. И их попытки копировать его работу были жалкими и неуклюжими. Думаю, они надеялись, что вся кровь и ткани скроют, насколько плохой на самом деле была гравировка. — Так где же они сейчас? Твои преследователи? — Пока не беспокойся о них. Я жду. — Чего?

— Сначала мне нужно освободить отца. А потом я покончу с этим раз и навсегда. — Зачем я тебе? Зачем тебе моя помощь? — Единственный способ, которым мой отец и я будем по-настоящему свободны — это если кто-то уничтожит животных, убивших мою мать и пытающихся убить меня. Включая советских, и Комнату 39. Опознать их, разоблачить, и они забудут обо мне. Джо не был так уверен, но у него было чувство, что у молодого человека, сидевшего напротив, навыков больше, чем кажется. Самолёт качнуло. — Мы идём на снижение. Пора экипироваться, — сказал Уэллс. — Держи, полагаю, ты захочешь одну из этих штук. Он держал в руках странную резиновую маску. — Высший класс. Джо посмотрел на неё. Он никогда не видел ничего подобного. Это была не совсем маска, это было… ровно столько материала, чтобы исказить его черты лица. Этого не происходит, — подумал Джо. Он не знал как, но он не собирался нелегально проникать в Северную Корею и освобождать американца. Джо просто не был уверен, как дать понять это Уэллсу. Он взял маску, просто чтобы выиграть себе немного времени. Он надел её и поправил. Чувствовалось немного странно, и он вернулся в ванную посмотреть на себя в зеркало. Он был шокирован. Он выглядел как совершенно другой человек. Джо вышел обратно и стал ждать вместе с Уэллсом. Дверь в конце кабины открылась, и вышла женщина. Джо посмотрел на неё. — Вы, должно быть, шутите, — сказал он.