Моряк

Она почти не может дышать, когда видит, как начинают расти просмотры. Цифры увеличиваются по экспоненте. В Instagram уже несколько известных crime-инфлюенсеров дали ссылки на её программу, в том числе Догге из Crime Scene.

Комментарии сыплются дождём. Многие возмущены, что она, как все, сосредотачивается на преступнике; кто-то говорит, что она сексуализирует насилие над женщинами; одни пишут, что Бьянка уродливая и плохо одевается, другие — что сексуальная. Но подавляющее большинство просто увлечены, настроены положительно и ждут продолжения.

Уже к третьему выпуску через девять дней, где звучит запись из тюрьмы: Гибсон объясняет, что считает себя невиновным, — канал Бьянки становится самым просматриваемым в Швеции.

Спонсоры выстраиваются в очередь, рекламные деньги льются потоком.

Четвёртый выпуск посвящён процессу: вещественных доказательств нет, всё обвинение опирается исключительно на признания Гибсона — его собственные слова и ничего больше.

Актёры читают фрагменты протоколов, Бьянка сопоставляет их с изложением обвинения.

На вопрос о знакомстве с женщинами Гибсон ответил, что встречал их в ночных клубах. После серии наводящих вопросов изменил ответ на Tinder, хотя все газеты сообщали, что речь шла о My Date.

На суде прокурор утверждал, что обвиняемый подробно рассказал, как вступал в контакт с жертвами.

Когда на допросе спросили, как была убита Лина-Мария Юханссон, явно растерянный Гибсон сперва назвал топор, затем молоток, кувалду, камень и наконец полено.

Все ошибочные варианты были вычеркнуты, когда прокурор ссылался на протоколы в суде.

Бьянка включает запись, где Регина Сторм сразу после задержания говорит: «Он виновен… он должен быть виновен, независимо от того, виновен он на самом деле или нет».

Бьянка подписывает контракт на книгу с крупным издательством, с ней связываются литературные агенты, спор, бушевавший на культурных площадках и в соцсетях, выходит в главные новости.

Бьянку приглашают на телевизионные ток-шоу, в подкасты и дискуссионные программы.

В пятом эпизоде она подробнее рассказывает об опухоли Гибсона и проблемах с памятью из-за сильных лекарств, о том, что на допросе по смерти Лины-Марии он почти дословно повторил слова профайлера из вечерней газеты, а затем взрывает бомбу:

— У меня есть абсолютные доказательства, что Адам Гибсон находился в Барселоне, когда Ракель Франк исчезла, была убита и найдена… и всё же прокурору удалось получить признание и «детали, которые мог знать только убийца»…

После этого канал Бьянки начинает собирать мировую аудиторию. Только в США число зрителей переваливает за четырнадцать миллионов, когда выясняется, что первая жертва, Лиса Галлахер, жива. Она связывается с Dagens Nyheter и рассказывает, что живёт в йога-коммуне в Македонии. Одиннадцать лет назад её отец глубоко погряз в зависимости, и она бросила всё и сбежала с парнем.

Перед выходом седьмого выпуска Гибсон чувствует себя достаточно хорошо, чтобы принимать посетителей. Бьянка арендует Volvo и едет в Кумлу.

Его веки тяжёлые, говорит он медленно. Рассказывает, что снова получает лекарства, но опять начинает забывать прошлое. Плачет, когда благодарит Бьянку за то, что она помогает ему вспомнить правду.

В последнем выпуске Бьянка проходит по всему обвинению пункт за пунктом. Нет вещественных доказательств, нет свидетелей, нет ДНК — только полученные под давлением признания, одно нелепее другого. Вывод: невиновного смертельно больного человека осудили за шесть убийств, а настоящий убийца всё ещё на свободе.

— «Охота на Адама Гибсона» — худший судебный скандал в истории нашей страны, — завершает Бьянка документальный сериал. — Когда я осознала масштаб этого беззакония, мне по-настоящему стало страшно.