Страница 29 из 74
Я склонила голову в знак благодарности.
— Не помню, чтобы видел тебя здесь раньше.
— Я переехала сюда, пока вы были за морем.
— Как тебя зовут?
— Хервёр.
— И откуда ты приехала, Хервёр?
— Из Далра.
Он кивнул.
— Я слышал, там есть большое дерево — такое же огромное, как в Упсале.
— Да, Око Гримнира.
— Я надеюсь, что когда-нибудь доплыву туда и увижу все своими глазами. А пока…, - сказал он, затем указал на зал. — У меня много дел. Хорошо, что частичка Далра попала сюда.
Я слегка улыбнулась. Я знала, что чем дольше продолжается разговор, тем больше вероятность того, что я скажу то, чего не должна. Я уже задавалась вопросом, о чем, черт возьми, я думала, называя ему свое настоящее имя. Не говоря уже о том, что вблизи Асгер был слишком красив, с голубыми глазами цвета неба, отражающегося в воде. Нет. Мне нужно идти. Я должна добраться до пристани и разыскать Хофунда. Дальше медлить нельзя.
— Тогда вознесем молитву Всеотцу, чтобы он помог осуществиться вашим планам, и вы в скором времени вернулись в сияющее море, — вежливо произнесла я.
Асгер улыбнулся.
— Будем надеяться.
— Прошу прощения, но мне уже пора…, - я махнула в сторону двери.
— Да, конечно, — он сделал шаг вбок, освобождая мне дорогу. — Похоже, все, так или иначе, пытаются задержать вас в этом зале.
Я снова улыбнулась.
— Спасибо, — кивнула я и поспешила к выходу.
Хофунд, ты здесь?
Хофунд, ты пришёл?
Хофунд…
Глава 23
Я быстро направлялась к причалу. Когда я заметила красно-белые паруса конунга Гудмунда с изображенным на них Мьёльниром, мое сердце бешено заколотилось. Неужели он здесь? Неужели он искал меня?
У меня было столько вопросов. Представить себе Хофунда, бороздящего моря в поисках меня, было нелепо. Я была не из тех девушек, которые способны вызвать подобную страсть. В лучшем случае боги отвели мне какую-то мелкую роль. Но чего они хотели добиться, я не знала.
Я поспешила на пирс, где мужчины уже полным ходом загружали свои корабли. Судя по всему, они уже готовились к отплытию. Я окинула взглядом команду, и сердце мое заныло, когда я поняла, что Хофунда там нет. Он не приплыл.
Чего я ожидала? Что Один просто приведет Хофунда ко мне?
В конце концов, у меня не было причин полагать, что он хочет иметь со мной что-то общее. Дед сказал ему, что я от него отказалась. А вдруг Хофунд действительно в это поверил?
А если не поверил?
Мама сказала, что пошлет в Грунд весточку. Я знала, что могу ей доверять… если только боги не вмешаются. Я не могла предположить, какую Свафу найду по возвращении. Однажды боги уже забрали у меня мать на долгое время.
— Эй, ты! — позвала я одного из мужчин. — Это корабли из Грунда?
Он распрямился и озадаченно нахмурился.
— Допустим.
— Передашь от меня послание принцу Хофунду?
Мужчина усмехнулся.
— Не уверен, что принц собирает любовные послания дамочек из разных уголков мира.
Я покачала головой.
— Принц меня знает. Если не передашь мое послание, подведешь своего господина.
— Ладно, — кивнул мужчина. — Что передать?
Я задумалась. Что я могу передать? Одного моего слова может оказаться недостаточно. Я нагнулась и достала из сапога нож. Затем отрезала лоскут голубой ткани от нижней части своего платья, подошла к борту корабля и протянула его мужчине.
— Скажи Хофунду, что он найдет меня на Больмсё.
Мужчина перевел взгляд с голубой ткани на меня и обратно. Не говоря ни слова, он взял лоскут и положил его в карман.
— Хорошо. А если спросит, от кого это?
Я усмехнулась.
— Он поймёт.
Мужчина пожал плечами и вернулся к работе.
Хофунд.
Хофунд.
Я тебя не забыла. И скоро я буду тебя достойна.
Покинув причал, я направилась обратно в деревню. Я бродила по ней, внимательно рассматривая все, что можно было увидеть. Моя первоначальная оценка оказалась верной. Ярл Асгер брал ситуацию под контроль. Доказательства этого, в том числе трое мужчин, сидевших в цепях в ожидании казни, были очевидны.
В трактире, где Ирса, Эйдис и я попали в беду, было на удивление тихо. И никаких признаков вмешательства ярла Сольвы тоже не было. Асгер вел умную игру. Логичнее было подождать и посмотреть, что будет после смерти Арнгрима. Без легендарного берсеркера у власти Больмсё окажется слаб. Что они предпримут, когда узнают, что у Арнгрима есть внучка?
Конечно, это означало, что, в конце концов, я расскажу Арнгриму правду. Надеялась, что дед примет меня, надеялась, что Тюрфинг и история с Самсё искупят меня, но я не знала, что скажет Арнгрим. Возможно, когда он поймет, что я Хервёр, а не Херварт, он будет разочарован. Почему старуха на Самсё настояла на том, чтобы я скрыла свою личность? Какое значение имел мой пол?
Раздраженная этой мыслью — всю жизнь меня заставляли жалеть о том, что я девочка, — я оставила эти размышления и отправилась на рынок. На Больмсё меня ждала одна беременная, которая рассчитывала, что я вернусь с чем-нибудь сладеньким.
Вернувшись на центральную площадь, я прошлась по торговцам в поисках чего-нибудь вкусного. Постоянная тяга Эйдис к ягодам и яблокам разбивала мне сердце. Я высматривала все, что могло бы подойти. Но на исходе долгой зимы таких товаров было мало. Наконец, добралась до прилавка одной старушки, которая держала в руках сверток с сушеной черникой.
— Это последняя, моя дорогая. Еще три месяца у нас не будет фруктов и ягод. Здесь хватит, чтобы протянуть хоть немного.
— Моя сестра ждет ребенка, — сообщила я и протянула ей монету. — Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой.
Она вернула мне улыбку, но стоило ей перевести взгляд на кого-то за моим плечом, как улыбка потухла.
— Отыскала что-то вкусненькое, Хервёр? — услышала я.
За моей спиной стоял Асгер.
— Хм… Да. Это для моей сестры… она ждет ребенка. Меня послали с четкими указаниями не возвращаться без сладостей.
Он улыбнулся, и на его щеках заиграли ямочки.
— Тогда ты пришла к нужному человеку. Я каждое лето воровал малину с фермы Линхейд.
Линхейд нахмурилась.
— Это точно. А сколько раз тебя за это щипали мои гуси?
— У меня до сих пор шрам на руке от последнего посещения твоей фермы.
— Только в тот раз тебе нужна была не только малина, — нахмурилась старушка.
Асгер нервно хихикнул. Он вежливо поклонился пожилой женщине, взял меня за руку и повел прочь. Я подумывала о том, чтобы выдернуть ладонь, но вместо этого еще раз благодарно посмотрела на старуху и пошла с ярлом.
— Старая ворчливая грымза, — прошептал он, глядя на женщину через плечо, и задрал рукав, открыв небольшую белую полосу на предплечье. Хоть она и сливалась с закручивающимися татуировками, но все же была заметна. — Моему брату досталось еще хуже. У него шрам появился на полщеки.
— У вас есть брат?
— Был. Его убили здесь, в Хальмстаде, несколько лет назад. Какая-то кучка нелюдей сошла на берег, ограбила и убила его. Асмунд в наказание устроил им «кровавого орла». Но этого было мало. Никто не понимает это так, как родной брат.