Страница 57 из 82
Глава 18
— Ваше величество, я… я правда не сделал ничего сверхъестественного, — попытался я перевести тему. — Это не только моя заслуга. Всему, что я умею, меня обучил мой учитель.
— Твоя скромность делает тебе честь, — Ларонгар мягко усмехнулся. — Тайритрон Аиратэйлин личность экстраординарная.
Я спокойно кивнул. Я прекрасно знал о дружбе короля с учителем, и о том, что Ларонгар его даже слегка побаивается, считая стихийным бедствием наравне с Пожирателем.
— Сам факт того, что эльф такого уровня взялся обучать тебя… говорит о твоей абсолютной исключительности, Адмир, — тон короля стал философским. Он выдержал паузу, а затем мягко спросил: — Твой отец знает об этом?
Этот разговор, или точнее его монолог, нравился мне всё меньше и меньше. Я вроде бы пришёл сюда говорить совершенно о других вещах.
— Нет. Я не говорил ему, — ответил я тихо.
— И правильно сделал, — неожиданно тепло отозвался Ларонгар. — Эту тайну стоит сохранить. Ты должен понимать мотивы Калдира. Его непримиримый настрой против колдунов имеет под собой конкретную причину — то проклятие, которое обрушилось на твою мать, когда она носила тебя под сердцем. Если отец узнает, что его сын вступил на этот путь… боюсь, его хватит удар.
— Но я не колдун! — возмутился я. — И не собираюсь им быть!
— С таким учителем ярлыки не имеют значения, дорогой Адмир, — по-доброму усмехнулся Ларонгар. — Но тебе не о чем переживать. Мы, аранцы, называем себя защитниками жизни не просто так. У нас нет строгих запретов на нестандартные виды магии. Для нас магия — это просто инструмент. Неважно, как именно ты сражаешься с демонами, важно лишь то, что ты стоишь между Бездной и нашим миром. В наших интересах интегрировать такого гения в свой социум.
Он отпил напиток, внимательно наблюдая за мной. Я пока не притронулся к угощениям, лишь пару глотков сделал.
— Запомни, Адмир. Что бы ни случилось, если правда выйдет наружу и от тебя отвернутся на родине — Аранское королевство всегда с радостью предоставит тебе политическое убежище.
Я слушал его, и моё первоначальное расслабление медленно сменялось холодным пониманием. Ларонгар говорил мягко, обволакивающе, но сквозь эту заботу проступал чёткий политический расчёт. Он не просто хвалил, а пытался привязать меня к Арану. Король прекрасно понимал, что Тайритрон — неуправляемое бедствие, а вот я, юный мессия и ученик этого монстра, могу стать идеальным, контролируемым оружием короны. В перспективе, разумеется.
Мне очень не нравилось то, к чему пришла эта встреча. Он пытался кормить меня сладкими речами, дать столько свободы, сколько я желал, и даже больше. Вот только… я хотел независимости. Мне категорически не нравился этот неясный намёк «мы сохраним твою тайну от отца… пока ты с нами». Ларонгар плёл вокруг меня золотую клетку, предлагая идеальные условия в обмен на верность. Несмотря на все его попытки казаться добрым дядей, я отчётливо осознал, что расслабляться с этим эльфом ни в коем случае нельзя.
Плавно наш разговор свернул от политических гарантий и военных заслуг к куда более щепетильной теме. Ларонгар отставил пустую чашку и посмотрел на меня с нескрываемым интересом.
— Слухи о тебе опережают даже официальные донесения, Адмир. Альверские паломники, чудеса на Болотах… Твой статус мессии будоражит умы. Твоя связь с богами, и с самим Кореллоном в частности, неоспорима. Мне бы очень хотелось узнать, как ты пришёл к этому. Если это не тайна, разумеется.
Мне захотелось закатить глаза, но я сдержался. Меньше всего хотелось обсуждать теологию с монархом.
— Честно говоря, ваше величество, мне особо нечего сказать, — я пожал плечами, стараясь звучать максимально нейтрально. — Я и сам не до конца понимаю причины такого внимания с их стороны.
Король тихо, по-доброму рассмеялся, продолжая играть роль услужливого и безопасного дядечки.
— Твоя скромность поистине не знает границ.
— Это не скромность, — твёрдо возразил я, решив немного приоткрыть карты, чтобы сбить его с толку. — Я просто знаю истинную суть богов и их власти. Именно поэтому мне гораздо проще их понимать, а потому и наладить диалог становится легче. Они не так непостижимы, как принято считать.
Мои мысли при этом были куда более циничными. Я прекрасно понимал, что тот же Кореллон — такой же дух, как Айлинайн или Эрлик. Разница лишь в том, что в своё время он захотел власти, смог подчинить других, захватил динами и создал собственный культ, научившись разделять и властвовать. Но говорить подобные вещи вслух было сродни самоубийству — в этом мире религия строилась на слепой вере в великого защитника, о котором полагалось говорить либо с благоговением, либо никак.
Взгляд Ларонгара мгновенно заострился. Он подался вперёд, словно хищник, почуявший добычу.
— И в чём же, по-твоему, кроется эта истина? Поделись.
Я отрицательно покачал головой.
— При всём уважении, я бы предпочёл оставить это при себе. Подобные откровения не принесут мне ничего хорошего. Религия слишком тесно связана со светской властью, а ломать чужие устои не в моих интересах.
— Очень зрелое, здравое суждение, — качнул он головой после небольшой задержки. — Наверняка это учитель познакомил тебя с тем миром.
— Нет, я и до… него…
Ой, зря я это сказал, конечно.
— Полагаю, именно поэтому ты и попал к Тайритрону, за свой живой ум и умение видеть скрытое.
Ага, конечно, из другого мира он меня притянул, на смену убитому Адмиру. Причём от рук собственного братца. Интересно, почему же я не хочу продолжать играть в эти политические игры после такого? И если б вовремя не сбежал, сожрали бы меня Ларгосу на радость. И почему всё так сложно и вместе с тем противно? Другое дело чистейшая магия. Она красивая и без всех этих двойных и тройных смыслов.
— Даю слово, я не стану тебя осуждать, — мягко, но настойчиво пообещал король. — Мой разум открыт для любых знаний.
— Я ценю это, ваше величество, — я вежливо улыбнулся. — Но мы с вами не настолько близки, чтобы я делился секретами такого масштаба.
Ларонгар несколько секунд молча изучал моё лицо, а затем его губы вновь растянулись в располагающей улыбке. Он мастерски отступил, не теряя лица.