Страница 52 из 82
Я сидел на сочной зелёной траве в диком динами, методично прогоняя свою ману по меридианам Эллиндета. Процесс прочистки его «слепых зон» требовал предельной концентрации, но благодаря целой горе дорогущих эликсиров и уже имеющемуся опыту, процесс проходил довольно гладко. А ещё из-за правильно подобранного лёгкого обезболивающего Элли находился в глубоком трансе и почти не чувствовал дискомфорта.
Пока моя мана механически выполняла заученную работу по разглаживанию микроскопических завихрений в его каналах, мысли были далеко отсюда. Командировка Айеравола в столицу прошла даже лучше, чем мы смели надеяться. Я, конечно, верил в административную хватку нашего начальника, но результаты действительно превзошли все ожидания.
Как выяснилось по его возвращении, в Ниндамосе полковника принял лично король Ларонгар Ксилхарис. Внимательно выслушал доклад о надвигающейся социальной катастрофе и, к моему огромному облегчению, слова на ветер бросать не стал. Обещание разобраться с надменными альверцами быстро превратилось в реальный, жёсткий указ о чётком распределении гражданских гостей на всех аванпостах.
Ларонгар ввёл строгую систему квот. Теперь, пока не освободятся места, ни один паломник, турист или просто любопытствующий аристократ не имел права даже находиться в Элраднатисе. Если же какой-нибудь упрямец всё же заявлялся к воротам без официального разрешения, ему давались ровно сутки на то, чтобы собрать свои пожитки и покинуть не только город, но и всю прилегающую территорию Жутких Болот.
С нарушителями указа разговор отныне был коротким: немедленный арест на месте. А затем за незадачливым гостем прибывал вооружённый конвой прямиком из столицы и с позором увозил его прочь. Чтобы вся эта бюрократическая машина работала без сбоев, в Министерстве по делам Болот даже создали целый новый отдел, отвечающий исключительно за выдачу разрешений и логистику посещений аванпостов.
Часть особо назойливых альверцев, уже успевших свить гнездо в нашей гостинице, была оперативно выдворена из городка — за ними прислали специальную расширенную делегацию дипломатов из столицы, которая вежливо, но настоятельно указала им на выход. И только когда последний их обоз скрылся за горизонтом, весь Элраднатис, включая меня, Айеравола и измученных патрульных, смог наконец-то спокойно выдохнуть.
Я аккуратно продавил последний неподатливый узел, вымыл скопившиеся шлаки и плавно вывел свою ману из руки Эллиндета. Парень выдохнул и продолжил медитацию согласно нашим договорённостям. Пока действовали эликсиры, нужно было выжимать максимум от этого.
Отстранившись, я размял затёкшие плечи, попутно помогая себе прогонкой маны. Ещё один меридиан был чист, мы шли согласно плану, даже с небольшим опережением, что не могло не радовать.
Наблюдая за мирно спящим лицом Арлейна, я с удовлетворением отметил, что жизнь всё-таки возвращается в своё привычное, нормальное русло. Без толп безумных фанатиков под окнами, без вечной бюрократической суеты и страха спровоцировать международный скандал из-за нехватки мест в гостинице. Служить и заниматься своими исследованиями на Болотах было куда приятнее всего этого.
Незаметно сам для себя Мэйналивейн полюбил этот городок. Ещё ни в одном месте он не ощущал себя настолько спокойно. Пусть и продолжая прятать лицо, он постоянно сталкивался с доброжелательными взглядами. Настороженных также было много, безусловно. Но страха, ужаса и отвращения он не встречал. А улыбка хозяйки пекарни, где он постоянно брал хлеб, была искренней.
Прежняя работа предполагала, чтобы он много времени находился на улицах поселений, а также проникая на частную территорию. Мэйн никогда не был домоседом. Но только здесь ему нравилось ходить не скрываясь ни от кого и при этом наслаждаться свободой от условностей.
Разумеется, его истинную суть способны принять единицы, а уж по собственной воле так только Адмир. Истинно солнечный эльф. Дитя, что подарило ему надежду, что заставило его ощутить прежде невиданные эмоции. Если бы Ларгос не был ослеплён детской ревностью, которая с годами переросла в помешательство, он бы никогда не назвал Адмира коростой на теле рода.
Внезапно сознания Мэйна коснулись тёплые волны ментальной энергии. Он даже не сразу сориентировался, что происходит. Неужели Адмир где-то рядом? Только с ним у мужчины есть подобная связь, духи не в счёт. Но разве принц не в части должен находится сейчас?
Без задней мысли, прогуливающийся спокойным шагом мужчина, потянулся к связующей нити. Он всего лишь хотел поинтересоваться, какие планы у мальчика, может, он захочет пойти помедитировать в динами?
Но не успел Мэйн даже послать сигнал в общественную зону, как его сознание, а затем и тело, наполнились ярким и непередаваемым словами удовольствием. Колени ослабли и он тут же упал, опершись на ладони. Мужчина дрожал от нахлынувших ощущений, мысли путались. Он не мог заставить себя вдохнуть воздуха.
В панике оглядевшись, он тут же опустился на несколько слоев реальности ниже. Сделав это, упал на землю и свернулся калачиком. Обхватив себя руками, он кое-как привёл сознание в относительное спокойствие. Перед глазами тут же появилось всё то, что видел Адмир.
Мэйналивейн знал эту женщину, как и её сыновей. И у Адмира роман с ней⁈ Но не это важно сейчас, а то, зачем он в принципе транслирует всё в общее пространство! Не просто мысли, но и собственные стоны, ощущения и звуки со зрением.
По-хорошему, следовало бы тут же отключиться. Если Адмир захочет, то сможет понять, что кто-то подсматривает. В конце концов, он ведь уже достаточно искусный менталист. Даже в подобной ситуации он не мог не разграничивать личное и общее. То есть, принц намеренно транслировал всё это. Но зачем⁈
Мэйн не мог себя заставить отключиться. Пусть прежде он и наблюдал за тем, как подобным занимаются другие эльфы, да и за Адмиром тоже… Но смотреть и испытывать то же самое — вещи абсолютно разные. Да и с женщиной Мэйн ни разу не был за всю свою жизнь. Возможно, это первый и единственный его шанс узнать, что это такое на самом деле.
Лишь спустя несколько дней мужчина понял, что всё это предназначалось духам. Созданиям, которые мечтали вновь обрести жизнь и её радости. Они ведь давно паразитировали на эмоциях Адмира, сейчас же тот мог дозировать подобное влияние по своему усмотрению.