Страница 33 из 77
Мы приложили ладони левой руки в углубления, и в тот же миг меня притянуло к нему. Будто невидимые нити связали меня с алтарём, оторвать от него руку было невозможно. Я дёрнулась — бесполезно. Алтарь держал крепко, требовал своё. Тёмные силы ждали.
— Я, Дамиан из дома Монтре, клянусь перед магией, перед временем, перед смертью, что не причиню вреда Кассии из дома Райвуд. Ни лично, ни помыслами. Ни своими руками, ни чужими. Ни прямо, ни косвенно. Пусть магия убьёт меня, если я нарушу слово.
С каждым его словом алтарь пульсировал ярче, руны разгорались, как угли, и я чувствовала, как невидимые цепи связывают его, как магия впивается в его кровь, в его душу, в его обещание.
— Клянусь защищать тебя от всех врагов — тех, кого ты знаешь, и тех, о ком не подозреваешь, — продолжал он.
Как же кружилась голова… что я пропустила часть про сделку.
— Дать тебе убежище в моём доме… Ты свободна уйти после выполнения нашей сделки… и я не стану тебя преследовать.
— В обмен ты, Кассия Райвуд, отдаёшь мне дар… в дар голос своего рода в Магическом Совете — добровольно, без принуждения, без обмана.
Меня начала бить дрожь, перед глазами все расплывалось…
— Кассия, — позвал он меня, и его голос прорвался сквозь пелену, резкий, требовательный, — Твоя очередь. Говори. Не молчи. Магия ждёт.
Я сглотнула. Язык не слушался, губы пересохли, сердце бешено колотилось.
— Я Кассия… отдаю добровольно… в обмен на защиту…
Я говорила криво, сбивчиво, оставаться на «поверхности» удавалось с трудом.
А потом резко отпустило. Будто кто-то перерезал невидимую верёвку, которая тянула меня вниз. Алтарь погас, руны потускнели, свет померк.
— Клятва принята, — сказал Монтре в тишине.
Его шатало, а я на удивление чувствовала себя хорошо. Головокружение и тошнота прошли. Во мне появилась странная лёгкость — не физическая, душевная. Будто камень свалился с плеч.
Я обескуражено смотрела на мужчину, который еле держался на ногах.
Он облокотился на алтарь, тяжело дыша, и я поспешила к нему, поддерживая под локоть.
— Прости, птичка, — его голос был хриплым, надорванным, — Но мне нужно восстановиться…
Я не поняла, что он имеет в виду. Но в следующую секунду он вдруг подхватил меня под бёдра и усадил на алтарь, задираю юбку платья, раздвигая мои ноги и вклиниваясь между них.
А затем впился своими холодными губами в мои.
Я даже воспротивиться не успела. Время остановилось, воздух застыл… С моих уст сорвался вздох, его язык проник вглубь, требовательно лаская. Он словно пил моё дыхание, жадно целуя.
Я чувствовала его горечь, его усталость, и какое-то отчаяние, несвойственное этому мужчине. И в ответ, не знаю почему, сама потянулась к нему. Мои руки обвили его шею, пальцы запутались в волосах, и я ответила на поцелуй.
Богиня!
Непривычная волна жара разгорелась в груди, глубокая, тянущая, почти болезненная. Я чувствовала, как мои щёки горят, как дыхание сбивается, как пальцы, которые ещё секунду назад пытались оттолкнуть его, теперь вцепились в его рубашку, не в силах разжаться.
Он будто почувствовал мою предательскую тягу к нему, прижал меня ближе, буквально впечатывая в свою каменную грудь. Сквозь тонкую ткань его рубашки я чувствовала жар его тела, а уже не тот ледяной холод, что был минуту назад, а живое, горячее тепло.
Продолжая целовать, он не давал мне вздохнуть. Каждое прикосновение обжигало, оставляло невидимые следы, которые, казалось, горели под кожей.
А потом он спустился к ключицам.
Жадно, голодно мужчина метил кожу на подбородке и шее, покусывая и зацеловывая.
Дамиан сильнее сжал моё бедро, пальцы впились в кожу, что вполне могут остаться синяки, а потом и вовсе уложил меня спиной на алтарь.
Уверенные руки заскользили по телу, не спрашивая разрешения. А пришла в себя, только когда послышался треск платья на груди.
Дернулась, когда он припал губами к одной из вершинок, втягивая ее в рот, перекатывая на языке, как спелую ягоду.
Мир взорвался. Перед глазами вспыхнули белые искры, спина выгнулась, я закусила губу, чтобы не застонать, но звук всё равно вырвался — тихий, сдавленный, почти жалобный.
Проглотив стон, я всё же заставила себя упереться руками в его плечи. Пыталась оттолкнуть, но выходило паршиво. Он хоть и казался без сил минутами ранее, бледный, шатающийся, едва держащийся на ногах, сейчас сдвинуть его не представлялось возможным.
— Что такое? — Монтре поднял голову и уставился затуманенным взглядом, будто не понимая, почему я его останавливаю, словно забыл, где мы, кто мы, что между нами только сделка, а не любовь.
Я воспользовалась его промедлением. Резко села, отодвинулась, запахивая разорванную ткань платья на груди дрожащими пальцами.
Потом и вовсе спрыгнула с алтаря, ноги еле держались и подкашивались от того, что только что произошло.
— Вы вполне пришли в себя, — проговорила, отводя взор в сторону.
Хотела выбраться из его рук, но он не позволил. Он всё так же стоял, упираясь руками в алтарь по обе стороны от меня, загораживая выход, не давая мне сбежать. Его дыхание было тяжёлым, а, глаза всё ещё блестели тем странным, голодным блеском.
— Птичка… — его голос был низким, хриплым, — Я же предупреждал…
— Да. Но хочу напомнить, что мы еще не женаты. Так что попрошу не торопить события.
— Завтра вы станете моей женой, — сказал он мрачно.
— Это будет завтра.
Теперь мне была известна цена времени, и то, что в любой момент все может кардинально поменяться.
Он с усилием убрал руку, освобождая меня, и я тут же поспешила к выходу.
— Вы никогда не отключаете голову? — спросил он мне в спину.
— Больше нет, — ответила, не оборачиваясь.
— Простите за платье. К вечеру должны привезти новые, — напомнил он.
— Надеюсь, иначе мне придется ходить в штопанном.
Он молча следовал за мной, а я чувствовала себя ужасно сбитой с толку. Старалась не вспоминать чем закончилась клятва. Не вспоминать его вездесущие губы, его руки на своих бёдрах, его дыхание на своей груди. Почему я так отреагировала на этого мужчину? Быть может, это последствия ритуала?
Я хотела бы знать, но гордость не позволила, поэтому спросила другое:
— Вы всегда так ослаблены после применения темной магии?
— Темные силы всегда берут свою плату. И восстановить потраченную энергию легче всего несколькими способами. Близость с женщиной — самый быстрый, да и приятный…