Страница 64 из 65
В стороне стояла громадная пластиковая конструкция, внутри которой резвились муравьи. Странное это ощущение — чувствовать такое количество мелких существ, полностью ими управляя. Вплоть до возможности сдерживать рост.
Выбравшись из своих металлических ящиков, они в первую очередь увидели одного из трёх Защитников. Посчитав его своей условной «матерью», которую должно защищать, а её приказы исполнять. Но после моего возвращения обнаружился неожиданный побочный эффект от внедрённого в их организмы микропластика.
Вместе с последним внутрь попали частицы моего меноса. Энергия растворилась внутри муравьиных яиц, став частью зародышей. Потому у меня оказалась прочная связь с каждым из них. Именно по этой причине они мирно ползали внутри громадной пластиковой конструкции, поедали корм и быстро росли в размерах.
Эмпирическим путём удалось выяснить, что я могу отдавать приказы и на расстоянии. Направлять их, чувствовать, что они ощущают в данный конкретный момент времени и корректировать поведение. Жаль, так и не получилось взглянуть на мир их глазами. Но кто знает — возможно такая опция появится после того, как они повзрослеют и станут крупнее. К тому же, не факт, что я смогу что-то нормально видеть через фасетчатые глаза муравьёв.
В любом случае, это не было критичным. А вот проблема управляемости решилась полностью. Мало того, что каждый из муравьёв был замкнут на Кремер, Оливера или Каори, так ещё и все они оказались завязаны на меня лично. Вероятность того, что насекомые выйдут из-под контроля была минимальна. Не говоря уже о том, что я получил в своё распоряжение несколько сотен потенциально могучих воинов. С ними придётся немало экспериментировать, но в перспективе каждый может стать таким же, как самый главный варрбай. Возможно ещё сильнее. При этом ни у кого из них даже не возникнет мысли о предательстве. Идеальная личная армия, способная сокрушить кого угодно.
Темпы роста у них были стремительными. По сравнению с тем размером, который был у мелких варрбаев сразу после вылупления, сейчас они увеличились, как минимум вдвое. Скорее всего скорость можно было нарастить ещё — поглощённая память их предводителя туманно намекала, что подобное возможно. Однако конкретные механизмы мне были неизвестны. Единственное, что приходило в голову — взять их с собой на вылазку и накормить плотью, насыщенной меносом. На мой взгляд это должно было подстегнуть рост.
Но прямо здесь и сейчас мяса, пропитанного меносом, под рукой не было. Каори предлагала, наполовину шутя, скормить им нашу пленницу. Но такой поступок, даже ради эксперимента, выходил далеко за рамки человеческой морали. Я не мог остановить всех людей и лидеров, которые лили кровь. Так всегда было и всегда будет в истории человечества. Как бы мне ни хотелось иного. Можно было лишь отстреливать самых буйных психов по палате.
При этом я не собирался подавать человечеству личный пример. Особенно сейчас, когда на Корпус устремлено столько взглядов.
Поэтому Угроза спала. Надёжно зафиксированная на медном ложе и прикованная к нему мельхиоровыми цепями. А сразу несколько капельниц обеспечивали постоянное поступление в организм медной пыли с седативными лекарствами. Картинка установленных в помещении камер транслировалась не только на наши телефоны, но и шла дальше, на сервера Корпуса. Пленница находилась под круглосуточным наблюдением и никак не могла бежать.
Окада, которая до того лежала на шезлонге, потягивая из соломинки коктейль, повернула голову, глянув на меня поблёскивающими глазами.
— А наши оружейники смогут сделать для меня дайсё? Я когда училась, увлекалась танцами с мечами и там показали один, очень интересный…
Немка, которая лежала через шезлонг от неё, отпивая чистый егермейстер, устремила взгляд на японку.
— Ты в стриптиз-клуб на работу устроиться решила или в Корпусе служить?
— Я спросила Лагов-сана, а не тебя!
На лице азиатки моментально нарисовалось раздражение. Оливер же, который сидел на противоположной от них стороне бассейна и с видимым наслаждением вливал в себя один за другим бокалы пива, расхохотался.
— Спорим не подерётесь? Голыми в воде.
Первую фразу они бы наверное пропустили мимо ушей. Но вот вторая заставила обеих девушек взглянуть на него.
— Что ты сказал?
— Да как ты посмел, жалкий кудрявый червь!
Они даже чуть приподнялись, обозначая уровень своего негодования. А сам валлиец развёл руками.
— Если вам привычнее в грязи, это тоже можно устроить.
Атмосфера стремительно накалялась, потому пришлось вмешаться и чуть их всех остудить. Сейчас я хотел немного отдохнуть, а не наблюдать за перепалкой соратников.
Тем более у нас оставался всего час. Устроить полноценный перерыв на сутки я не рискнул — оставалась Германия, где ситуация продолжала оставаться максимально непонятной. Именно туда мы и должны были вылететь, покинув Испанию. Но перед этим я решил ненадолго задержаться в Мадриде. Два с половиной часа — не так много, если вспомнить, что сейчас двадцатые сутки с момента Контакта, а я ещё ни разу толком не отдыхал.
Поэтому мы и лежали сейчас около бассейна, пили напитки и разговаривали. Я даже поплавал, пытаясь абстрагироваться от ощущения собственных возможностей и насладиться процессом.
Не сказать, что это был именно тот отдых, о котором я мечтал, но тоже неплохо. Однако после Германии… Не знаю, что именно мы там обнаружим, но когда проблема будет решена, я постараюсь выкроить хотя бы сутки на восстановление нервной системы.
— А вы кстати заметили, что Франсуа стал малость душноват? Пишет, как мой учитель английского.
Я покосился на Оливера и снова прикрыл глаза, устраиваясь на лежаке. Потом сделал глоток вина. И с лёгким раздражением поморщился. Лебуа несколько раз выходил на связь из ЮАР. Сначала отчитавшись о создании там отделения, а потом дав знать, что поведёт новичков на охоту в Столб.
Нюанс заключался в том, что валлиец был отчасти прав. Сообщения от канадца были слишком правильными. До того он формулировал на английском с пятого на десятое, постоянно вставляя французские слова. А с момента посадки своего джета, писал исключительно на английском, при этом совершенно правильно.