Страница 28 из 65
Пак Джин Хо медленно повернул голову, смотря на секретаря. Приказ никого не пускать и ни с кем не соединять, если речь не про членов Лиги был озвучен кристально ясно.
Подчинённый намёк понял прекрасно.
— Че-иль чхаджан пришёл, сачжан-ним. Говорит, это вопрос национальной безопасности.
Первый заместитель директора Национальной разведки? Совместное фото и пресса такого точно интересовать не должны. Значит дело в чём-то ином…
— Пригласи.
Коротко кивнув, он откинулся в своём кресле. А спустя каких-то десять секунд в кабинет вошёл мужчина с приглаженными волосами. Остановившись, почтительно наклонил голову и озвучил слова приветствия. Потом опустился на стул напротив.
— Хотел поинтересоваться. Вы знаете о текущем местоположении нового генерального секретаря КПК, Го Биня?
Такого вопроса Пак Джин Хо не ожидал. Кореец считал, что речь пойдёт о Столбах и способах защиты от потенциального вторжения из Чёрного.
— Честно говоря, нет. Его самолёт взлетел вместе с нашими. Вы полагает с ним могло что-то произойти?
Факт информированности разведки о самом присутствии генсека его не удивлял. В Китае наверняка хватало людей, осведомлённых об отсутствии главного босса страны. А красная империя оставалась для Южной Кореи главной угрозой. Если не считать северян, они всегда были целью номер один.
— Полагаем. Полной уверенности нет, но мы считаем, скорее всего это самолёт генерального секретаря.
Озвучив эти слова, он достал из портфеля несколько бумажных распечаток. Спутниковые снимки. В очень хорошем разрешении.
— Что это? — Пак Джин Хо придвинул их к себе, всматриваясь.
— Сыпучий материал, который обрушили на самолёт направленными взрывами. Как считают наши аналитики — медь.
Джин Хо медленно выдохнул. Если это действительно медная пыль, Го Бинь вряд ли выбрался. Что значило — в Китае произошёл новый переворот. И кто знает, как окажется настроено его свежее руководство.
В голове тут же возник ещё один вопрос — сможет ли Лагов перехватить ракеты с ядерными боеголовками. Но его глава Лиги отодвинул в сторону. О таком думать слишком рано. А вот проверить, как обстоят дела в Пекине, стоило.
Отодвинув фото, он посмотрел на сидящего напротив разведчика.
— У вас же найдётся самолёт, способный добросить меня до границы?
* * *
От него требовали всего и сразу. Подавить вспышку в Иркутске, предоставить аналитические выкладки о ситуации и оценить вероятность повторения подобного в любом из регионов.
Сам Елисеев, эмоции высшего руководства страны отчасти понимал. Но при этом, президент укрылся в одном из многочисленных бункеров, часть министров попряталась в разнообразных резиденциях и только премьер-министр, которого бросили в Москве, изображать спокойную работоспособность, ужасающе нервничал.
Вроде все себя обезопасили. Однако продолжали наседать на молодого генерала, чтобы тот принял меры и успокоил их нервы. Ожидая результата от комитета, который до сих пор находился в процессе формирования. Штат был укомплектован всего на двадцать процентов — глупо, при таком раскладе, ожидать эффективности. Тем более ведомство было совсем свежим и сотрудники между собой не сработались.
Ради справедливости, свой аналитический отдел у Елисеева имелся. Но единственное, что они могли сказать по поводу муравьёв — «а хрен его знает». Ну и руками развести. Откуда они взялись в городе, было решительно непонятно. Предсказать, появится ли что-то подобное где-то ещё в мире, тоже было невозможно. Почти как вопрос про динозавра.
— Вы сможете с ними справиться? Если эти твари попрут дальше, ваши люди их остановят?
Военный задавал этот вопрос уже в третий раз, немного корректируя формулировку. И пока ни разу не получил ответа. По той простой причине, что Елисеев сам не знал. Он прекрасно помнил про двух муравьёв, которые попали под огонь бронетехники. Автоматическая пушка на тридцать миллиметров должна была размазать их в клочья. Это такая дура, что легковой автомобиль способна моментально измочалить до лохмотьев. Но как минимум одному муравью удалось уйти.
Он даже не пострадал. Разве что морально. И если его не взяли снаряды, то гарантировать, что справятся Защитники, генерал никак не мог.
— Мы сделаем всё, что от нас зависит.
— А нам тогда как быть? Может заминировать всё тут? Или ракетчиков организовать, чтобы они долбанули в случае чего?
Армейский генерал-майор не праздновал труса — они беседовали почти вплотную к баррикадам противника. Но кажется Елисеев начинал понимать, почему сюда отправили его собеседника. Тот оказался самым отбитым. В хорошем смысле этого слова.
Глава комитета только что поднимался в воздух, оценивая ситуацию сверху. Пытался лично понять, какое количество особей им может противостоять. Если отталкиваться от логики и тех данных, которые ему предоставили муравьи возникали после преобразования человеческих тел. Но средства наблюдения пока фиксировали относительно небольшое их количество. Максимум — около сотни. Тогда как на территории, которая оказалась под контролем монстров, находилось не меньше двадцати тысяч жителей.
У генерала не было уверенности даже в том, что они справятся с этой сотней. Что делать с двадцатью тысячами подобных врагов, глава комитета не представлял.
Пока он обдумывал, как именно объяснить военному, чтобы тот больше не лез с вопросами под руку, захрипела рация.
— Командир, здесь Лагов. Я только что видел его в воздухе. Он снял с себя иллюзию.
Елисеев выдохнул. Наконец. Глава Корпуса прибыл. Теперь можно не опасаться, что их сомнут. Константин точно справится.
— Что он делает?
Вжав кнопку рации, генерал озвучил вопрос. Через несколько секунд устройство снова захрипело.
— Кажется, ведёт с ними переговоры.
* * *
Спускаться вниз я не стал. Не хотелось оказываться слишком близко к существам, которые неуязвимы для моего оружия.
— Откуда вы здесь?
Муравей пошевелил усами.
— Себя знать, себя родиться, себя помнить. Возродиться-жрать-хватать. Племя выживать.
Поле меноса, обеспечивающее перевод, сейчас затопило все окрестности. С другой стороны — он изъяснялся на русском.
— Ты можешь говорить на своём языке. Я пойму.
Монстр постоял какое-то время на месте. Потом до меня снова докатился его голос, усиленный меносом.