Страница 47 из 51
Глава 46. Знакомые имена
Жизнь в новом городе налаживалась. Марк уходил на работу рано, возвращался вечером, и Роза встречала его на пороге с чашкой чая и новостями за день. Её практика росла — сначала один клиент в неделю, потом два, потом четыре. Трудные подростки, с которыми она работала, напоминали ей себя прежнюю, и каждый раз, когда кто-то из них делал шаг навстречу, она чувствовала, что её собственная боль была не напрасной.
Однажды на консультацию пришла девушка, чьё лицо показалось Розе смутно знакомым. Она всматривалась в неё, пытаясь вспомнить, и вдруг поняла.
— Лена? — спросила она.
Девушка вздрогнула и подняла глаза.
— Вы меня помните?
— Помню. Мы учились в одной школе.
Лена Ковалёва — та самая, чья мать когда-то требовала уволить Розу из лагеря, — сидела напротив неё, сжимая в руках платок. Она выглядела потерянной и уставшей.
— Я не знала, к кому идти, — сказала она. — А потом мама сказала, что вы теперь психолог. Что вы... изменились.
— Изменилась, — подтвердила Роза. — Рассказывай, что случилось.
Лена говорила долго, сбивчиво, и Роза слушала. Не перебивала, не осуждала, не давала оценок. Когда Лена закончила, она тихо спросила:
— Это пройдёт? То, что со мной?
— Не пройдёт само, — ответила Роза. — Но ты можешь пройти через это. Я помогу.
После сеанса Лена ушла, а Роза ещё долго сидела в кабинете, глядя в окно. Она вспоминала, как сама сидела когда-то в такой же комнате — потерянная, злая, не верящая, что что-то можно исправить. И как Марк однажды сказал ей: «Ты не одна». Теперь она говорила эти слова другим.
Вечером она рассказала Марку о встрече. Он слушал, помешивая чай, и улыбался уголками губ.
— Ты стала для неё тем, кем для тебя когда-то был я, — сказал он.
— Получается, я продолжаю цепочку?
— Получается, добро распространяется. Как круги на воде.
— Ты опять говоришь как философ.
— Нет. Просто смотрю на тебя и вижу, как всё меняется.
В мае пришло письмо из «Соснового шторма». Кирилл, который всё ещё работал в лагере старшим вожатым, писал, что этим летом будет особая смена — юбилейная, двадцатая по счёту. Он звал старых вожатых и выпускников, и в списке приглашённых значились Роза Ланская и Марк Бортников.
— Ты хочешь поехать? — спросил Марк, когда она дочитала письмо.
— Хочу. Очень. Это как вернуться домой. Я столько лет не была там летом.
— Значит, поедем. Возьмём отпуск.
— А ты? Ты хочешь?
— Я хочу быть там, где ты. А лагерь — это место, где всё началось. Для нас обоих.
Роза улыбнулась и прижала письмо к груди. Она думала о том, как снова увидит дуб, озеро, старую столовую с низкими крышами. Как встретит Кирилла. И, может быть, кого-то из своих бывших подопечных, если они тоже приедут. Ей было радостно и немного страшно — но это был хороший страх, как перед важным шагом, который ты давно хотел сделать.