Страница 42 из 51
Глава 41. Свой путь
Сентябрь встретил их суетой и запахом новых учебников. Роза стояла в коридоре университета, прижимая к груди стопку тетрадей, и думала о том, как странно всё изменилось. Год назад она вошла в эти двери с колотящимся сердцем и ощущением, что её вот-вот выгонят. Теперь она шла по коридору уверенной походкой, здоровалась со знакомыми, улыбалась первокурсникам, которые выглядели такими же потерянными, какой она была когда-то.
Она стала старше. Не на год — на целую жизнь.
После пар она нашла Марка в библиотеке. Он сидел за дальним столом, окружённый книгами, и что-то быстро записывал в блокнот. Очки съехали на кончик носа, русые волосы были взъерошены — видимо, он снова забыл причесаться.
— Ты опять не обедал, — сказала Роза, присаживаясь напротив.
— Я забыл.
— Ты всегда забываешь. Поэтому я принесла тебе бутерброд.
Она положила перед ним свёрток. Марк поднял глаза и улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у неё каждый раз теплело внутри.
— Что бы я без тебя делал?
— Ходил бы голодный и лохматый.
— Это точно.
Она развернула свой бутерброд, и они ели молча, в уютной тишине библиотеки, где пахло старыми книгами и пылью. За окном шелестели листья, и солнце падало на стол косыми лучами. Всё было просто. Всё было хорошо.
Вечером, когда они вернулись в квартиру, Роза заметила на столе конверт. Она сразу узнала почерк — тот самый, с сильным наклоном вправо. Мира.
— Ты будешь читать? — спросил Марк.
— Да. Я готова.
Она вскрыла конверт и достала листок.
«Роза.
Спасибо тебе за письмо. Я перечитывала его много раз. Ты даже не представляешь, что оно для меня значит. Я долго не отвечала, потому что не знала, имею ли право. Но теперь знаю: имею. Потому что я тоже изменилась. Я больше не хочу быть тенью. Я учусь на социального работника. Хочу помогать детям. Таким, какими были мы когда-то — потерянным, никому не нужным. Может быть, когда-нибудь мы встретимся. Я бы хотела. Но даже если нет — знай: я тебя простила. И себя тоже.
Мира».
Роза дочитала и отложила письмо. У неё дрожали руки, но не от волнения — от облегчения. Она посмотрела на Марка.
— Она меня простила.
— Ты её тоже.
— Да. Мы обе простили. Это... это как будто закрылась последняя дверь в прошлое.
— Теперь все двери открыты в будущее.
Роза улыбнулась и прижалась к нему. Она думала о том, что жизнь удивительна. Два года назад они с Мирой были соучастницами, связанными ненавистью и страхом. Теперь каждая из них шла своим путём, но оба эти пути больше не были тёмными. Они были наполнены смыслом.
Ночью, когда Марк уже спал, Роза села за стол и открыла дневник. Она писала реже, чем раньше, но сегодня был особенный день.
«Мира ответила. Она простила меня. И я её. Это последнее, что держало меня в прошлом. Теперь я свободна. Не в смысле — одна. А в смысле — целая. Я больше не состою из осколков. Я собрала себя. С помощью Марка. С помощью детей. С помощью мамы. И теперь я знаю, куда иду. Я хочу работать с детьми. Хочу быть психологом. Хочу помогать тем, кто потерялся, как я когда-то. Это мой путь. И я пройду его до конца».
Она закрыла дневник и посмотрела на спящего Марка. Он лежал, закинув руку за голову, и его лицо было спокойным. Она поцеловала его в висок и прошептала:
— Спасибо, что верил в меня. Теперь я верю в себя сама.
За окном шумел сентябрьский ветер, но в доме было тепло. И в сердце тоже. Потому что она нашла свой путь. И он был правильным.