Страница 12 из 189
— Нет! — улыбался Сеченов. — Реакция протекает безошибочно, точно согласно всем нашим выкладкам! И скорость убывания полимера полностью соответствует расчётной! Вот увидишь, мы добьёмся очень серьёзной продолжительности работы водородной ячейки! Дайте только срок!
— Угу, — кивнул Филимоненко. — И финансирование бы ещё. Была бы возможность запустить полномасштабную научную программу, я бы не задумываясь замахнулся на полугодичную автономность водородной ячейки.
— Полгода работы без обслуживания? — уточнил Сеченов.
— Именно так, Дмитрий Сергеевич! — подтвердил тот. — В идеале для функционирования нашему топливному элементу требуется только полимер, который будет тратиться в ходе реакции. Если бы у меня была возможность выверить весь процесс с точностью до тысячной доли грамма, уверен, топливный элемент вполне реально сконструировать так, чтобы находящегося внутри него запаса полимера хватало бы на пять-шесть месяцев работы. При непрерывной эксплуатации этот срок бы несколько сократился, но не кардинально.
Он с досадой покачал головой:
— Где бы найти на всё это средства…
Захаров оторвал горящий взор от созерцания лабораторного процесса и посмотрел на друзей, принимая хмурое выражение:
— Возможно, у нас появился шанс. Похоже, фортуна улыбается нам только во времена немалых всеобщих бед.
— Что ты имеешь в виду? — Сеченов насторожился. — В Академии наук вновь прошли аресты?
— Нет, к сожалению! — усмехнулся Захаров. — Хотя кое-кого из тамошних бесполезных чинуш бы стоило! — Он спохватился: — Вы же не в курсе!
Захаров достал из объёмистого кармана лабораторного халата сложенную вчетверо «Правду» и протянул Сеченову:
— Война! Сегодня СССР вступил в войну с Германией. Партия приняла решение помочь братскому польскому народу отразить нашествие немецких войск и не позволить фашизму восторжествовать в Польше, как это случилось в Испании.
— Скверные новости, — помрачнел Сеченов. — Опять погибнет множество народа.
— Множество народа, к сожалению, на этой планете гибнет регулярно, — возразил Захаров. — Не здесь, так там. Не в нашей войне, так в чужой. Таково существующее общество, которое нам предстоит переделать во что-то гораздо более светлое и разумное. Зато сейчас у нас, не исключено, появился второй шанс заинтересовать Кремль в наших разработках. Топливный элемент открывает огромные перспективы: могучие танки с тяжёлыми орудиями и неуязвимой бронёй; мощные ракетопланы, несущие массу оружия высокой разрушительной силы; армии боевых роботов, сражающиеся на поле боя вместо людей. Надо только довести всё это до сведения товарища Сталина! Тем более теперь нам есть что им продемонстрировать!
— Идея поставить наше изобретение на службу кровопролитию очень меня удручает, друзья… — Сеченов болезненно поморщился. — Но, полагаю, ты прав, Харитон. Это наш шанс вновь привлечь внимание Кремля к ведущимся разработкам. Без масштабного финансирования мы будем продвигаться к цели микроскопическими шагами не один десяток лет. Сейчас же пойду напишу письмо в Академию наук. И ещё одно товарищу Молотову лично. Быть может, дойдёт…
Сеченов мгновение смотрел на едва тлеющую нить накаливания тестовой лампочки, после чего печально вздохнул и направился прочь из лаборатории, тихо шепча себе под нос:
— Когда же настанут те блаженные времена, когда учёные смогут заниматься одной лишь наукой…