Студёная любовь. В огне

Глава 56

Любава

Внутри дивной машины было довольно просторно, хотя снаружи казалось, что мы с принцем не вместимся. Широкий диванчик со спинкой, позади него горизонтальное стекло и еще сидения для пассажиров. На первый взгляд такая колесница вместит шестерых плюс два места здесь, где мы с принцем находились.

— Присядь, — попросил ин-тэ и внимательно всмотрелся в мое лицо. — Тебя привязать? Или будешь смирно сидеть?

— Э-э? — я вскинула бровь.

— Если испугаешься, скажи, остановлю колесницу.

Я все еще не могла отмереть и просто смотрела в его горящие глаза. Они будто проверяли меня на прочность, будто испытывали. В чем? Что ему нужно?

Синарьен кивнул рыжему в окно, подавая сигнал. Помощник повернул рычаг в нише, и стена впереди со скрежетом раскрылась, обливая нас щедрыми закатными лучами лотты.

Я сжала ладошками сидение, не зная, чего ожидать. Кровь после случая с лошадьми и так текла по венам с утроенной скоростью, горло пересыхало. Наверное, меня уже ничем не удивить.

Синар, перебирая длинными пальцами, начертил что-то на сверкающей панели, похоже на руновое заклинание. Лошади тут же заржали, словно откликнулись, и массивное тело машины резко дернулось. Я, хотя крепко держалась, все равно от неожиданности чуть не рухнула головой на светящуюся панель. Чудом успела выставить ладони и упасть в объятия принца. Он словно ждал, что я упаду, подставил руки и притянул к себе.

— Стоило привязать, — буркнул смешливо. — Ты неуклюжая.

— А вы… — хотела огрызнуться, но колесница шустро выкатила на каменную дорогу и плавно скользнула мимо дворцовых стен, убегая в сторону садов.

За секунды набрала такой скорости, что у меня дух перехватило.

Ни одна повозка подобное не выдержит, разлетится на щепки, а эта машина, как стрела, скользила вперед. У меня было ощущение, что я уже на чем-то похожем каталась в прошлой, забытой, жизни. Воспоминания бились в виски, оглушая, но я уже давно закрыла для себя эту часть жизни, все равно вернуться в свой мир у меня не получится.

Раньше я редко задумывалась, кто я и откуда. Просто жила, училась под руководством Патроуна и радовалась жизни.

Но в тот миг я внезапно почувствовала, как одинока и как хочу разобраться во всем. Хочу знать, где мой дом. Хочу знать, кто я на самом деле.

— Любава? — Синару пришлось удерживать меня и одновременно управлять чем-то вроде трости, что торчала из пола. Лошади повиновались движению его руки, плавно заворачивая в нужную сторону.

И машина мчалась дальше, оставляя за собой пыльного червя, что хорошо был виден в заднее стекло.

Я крутила головой по сторонам и почти не дышала.

Деревья пролетали мимо, камни под нами будто превратились в пух, и мы парили по нему, рассекая воздух.

— Как это прекрасно! — вскрикнула я, когда колесница выскочила на равнину и стремительно забрала влево. Я почти упала на ин-тэ, только сейчас заметив, что вжимаюсь в него всем телом и цепко держусь за пояс вспотевшими пальцами. Но отодвигаться не стала. Не смогла. Я будто окаменела от страха и восторга.

Когда мы развернулись, перед глазами раскинулось озеро, и меня сковал такой ужас, показалось, что мы на всем ходу влетим в сверкающие синие воды, что я на мгновение пожелала слиться с ин-тэ. Вцепилась в него, чувствуя, как немеют пальцы, спрятала лицо под рукой и зажмурилась.

И колесница мягко остановилась.

Горячие пальцы оказались в моих волосах, другая рука принца взяла щепотью мой подбородок и приподняла его.

— Трусиха… — как-то хрипло сказал Синар. — Сильно испугалась?

Я осторожно открыла глаза и утонула в огне глаз напротив. Тьма зашепталась, потянулась ко мне, и я открыла эссаху. Другого момента может не быть.

Нас с наследником словно горячей водой окатило. Синар закричал от боли, выгнулся в спине, все еще держа меня за шею и неосознанно вырывая мне волосы. Я чуть отклонилась, давая свету, рвущемуся из груди, пространство. Белые полосы магии хаоса схлестнулись с летящими навстречу черными лентами заразы. Они сплелись, закрутились, подсветились и, вспыхнув, рассыпались в пепел.

Мои белые ленты рассыпались в серебристую пыль, черные же, что рождались в средоточии магии принца, стали жирнее и сильнее.

Они замахнулись и, превратившись в массивные ладони, ударили меня наотмашь. Я вылетела наружу, выбив дверь колесницы, и упала в воду.

Пошла на дно.

Тьма, догнав меня, вцепилась в горло и долго давила позвонки, утаскивая в морок, пока я не перестала дышать.

— Любава, приходи в себя, — в голове звучал знакомый голос опекуна. — Вот так, молодец.

Я приподнялась на локтях и с трудом смогла рассмотреть лицо напротив.

— Что случилось, ис-тэ? — прошептала. Голос совсем не включался, в горле болезненно покалывало.

— Ты расскажи, что случилось, — Патроун присел на край кровати. — Только не спеши, твои раны не полностью зажили.

— Синар? — хрипнула я, хватаясь за шею.

— Жив. Как и его болезнь.

И я опала, будто жилы внутри хрупкого тела все разом порвались.

Голос получился мертвым, а тело затряслось от осознания, что не справилась:

— Я… несколько раз старалась вытащить ее, — слезы душили, горло сдавливало колючей болью, — хотела убить, но… она слишком сильная.

Опекун покачал головой.

— Ты одна с такой тьмой не справишься. Синарьен — один из сильнейших архимагов страны, он особенный. И зараза не просто так к нему прицепилась.

— Но почему ее не видно, как у остальных?

— Именно поэтому и не видно. Он сроднился с чернотой, Любава. Наверное, мы опоздали.

— Нет, — я судорожно сглотнула, — я попробую еще раз. Буду пробовать, пока не получится.

— Боюсь, что ты себя так искалечишь, детка.

— Плевать. Я — никто, а он наследник. Он важнее.

Патроун как-то странно прищурился, я заметила в уголках его глаз морщинки улыбки.

— Что-то мне подсказывает, что дело не только в его статусе.

Я смущенно увела взгляд.

— Понравился принц? — ис-тэ опустил руку на мою ладонь, сжал пальцы. — Любава?

Я вспыхнула. Посмотрела на опекуна и нахмурила брови.

— Да какая разница? У меня все равно нет шансов. Я хочу вылечить его и поскорее вернуться домой.

— А если придется здесь, в замке, задержаться надолго?

Я на миг задумалась, прикусила щеку и уверенно кивнула.

— Только бы получилось. Сколько угодно времени. У меня получится.

Патроун сжал мою руку еще раз и, похлопав по ней, встал.