Страница 25 из 27
– И его тоже придется закрыть, – твердо проговорила Вероника. – Мы стремимся вывести всех наших авторов в высший эшелон, Тео, а высший эшелон привлекает хакеров и вымогателей. Противостоять этому можно лишь одним способом: контролируя все публичные взаимодействия. – Она улыбнулась. – Кроме того, сбросив этот груз, наши авторы обретают свободу творчества.
– Да, понимаю.
– На нас работают лучшие специалисты; они будут вести соцсети от вашего имени и создадут для вас сообщество последователей, которые будут верны вашему личному бренду, что, в свою очередь, отразится на росте читательской аудитории.
Тео отпрянула.
– Кто-то будет писать от моего имени?
– И выражать ваше мнение, – ответила Вероника. – В наше время писатели являются публичными личностями, и люди ждут от них комментария текущих событий. Неправильная позиция может пагубно сказаться на вашей карьере и личном бренде, который мы для вас построим. Агентство Дэя Делоса избавляет вас от стресса публичной репрезентации, привлекая профессионалов, которые будут поддерживать подходящий публичный образ и общаться с аудиторией за вас.
– Но это же… нечестно. Если это буду не я…
Вероника рассмеялась.
– Нечестно? Даже не знаю. Это стандартная практика. – Она внимательно посмотрела на Тео. – Если имя Теодосии Бентон будет связано с определенной темой, успевшей привлечь общественное внимание, вы станете амбассадором этой темы, и миллионы заинтересованных людей будут считать вас одной из своих и купят вашу книгу.
Тео не знала, что сказать. Она никогда толком не вела соцсети – возможно, именно так они были устроены, – но инстинктивно противилась идее, что кто-то будет вещать от ее имени, пусть даже сама она от своего имени писала редко.
Вероника потянулась и похлопала ее по руке.
– Простите. Я, верно, напугала вас, сразу перейдя к делу. Я просто хотела разобраться с техническими вопросами, чтобы мы могли расслабиться и спокойно пообедать. Уверена, когда вы хорошенько все обдумаете, вы поймете, что наш подход оправдан.
Они заказали еду. Вероника знала меню, и Тео прислушалась к ее рекомендациям. Возможно, они с Дэном тут обедали. Тео смущенно полюбопытствовала.
– Да, Дэн любил этот ресторан, – вздохнула Вероника. – Считал хорошей приметой обедать здесь, видимо, из-за названия. Мне будет его не хватать… Уникальный, невероятный талант. И прекрасный человек.
В горле Тео застрял комок. Она моргнула, прогоняя внезапно нахлынувшую грусть.
Вероника смотрела на нее с ласковым сочувствием. Достала из сумки пачку бумажных платков и протянула Тео.
– Даже представить не могу, что вы сейчас чувствуете, Тео. Я сама еле сдерживаю слезы.
Тео на миг стало любопытно, связывало ли Веронику и Дэна Мердока что-то кроме профессиональных отношений. Она ощутила укол ревности или вины. Если их что-то связывало, Тео была «другой женщиной». Эти размышления переплелись с чувством утраты.
– Дэн был первым автором, к которому меня приставили в агентстве. – Вероника словно услышала ее незаданный вопрос. – Мы стали близкими друзьями. Приезжая в Нью-Йорк, он всегда останавливался у нас с Лукасом. Лукас – мой муж.
Тео постаралась незаметно вздохнуть с облегчением.
Принесли еду, и некоторое время они говорили о том, что у них на тарелках. Потом Вероника спросила, как они с Дэном познакомились. Тео вспомнила, что выронила книгу и у них завязался разговор.
Вероника рассмеялась.
– Это очень похоже на Дэна. Он всегда был джентльменом. Не все писатели настолько любезны. – В подтверждение своих слов она рассказала о писателе, который настаивал, чтобы она лично возила его на встречи с издателями и по пути покупала ему кофе. Его имени она не назвала. – Естественно, он пьет обжигающе горячий некрепкий карамельный макиато без кофеина на соевом молоке, – добавила она и закатила глаза. – Франкенштейн в мире кофе, и мне приходится искать это зелье в нью-йоркских пробках!
Тео рассмеялась. Они еще немного повспоминали Дэна.
– Простите за любопытство, – наконец сказала Вероника, – но вы с Дэном были не просто друзьями, верно?
Тео покраснела.
– Да.
Вероника восторженно улыбнулась.
– Рада за него. Вам сейчас тяжело, понимаю, но он хотя бы познал это счастье. – Она вздохнула. – Учитывая случившееся, я даже рада, что он решил нарушить контракт.
– Нарушить контракт?
– Пункт о личной жизни. Он есть во всех договорах с агентством Дэя Делоса. Прежде чем клиент решит завести отношения, он должен представить соответствующую кандидатуру на одобрение агентству.
– Что? – Тео даже не пыталась скрыть потрясение.
– Звучит как драконова мера, но это включено в наши услуги.
– Включено в услуги? Кажется, я не понимаю.
– Агентство Дэя Делоса предоставляет весь спектр услуг. Мы занимаемся не только книгами: мы целиком берем под свое управление карьеры наших клиентов, а карьеру способен разрушить один неверный выбор. Когда клиент хочет вступить в отношения, он отправляет в агентство описание кандидата или кандидатки. Агентство проводит проверки… смотрит судимости, соцсети. Все, что в открытом доступе.
Тео не знала, что и сказать.
– Репутация и карьера авторов – главный актив агентства Дэя Делоса. Само собой, мы стремимся их защитить, и все без исключения авторы нам за это благодарны. Со временем вы поймете, что для агентства высшего эшелона это стандартная практика.
– Неужели, – ответила Тео. – А мне кажется, это как-то слишком. Писатели тоже имеют право на личную жизнь.
Вероника пожала плечами.
– Когда-то имели, а теперь уже нет. В наше время репутация человека искусства должна быть безукоризненной. Этого хочет публика. Любое этическое нарушение уничтожит не только самого писателя, но и всех, кто причастен к его работе. Задумайтесь, Тео, сколько карьер рассыпалось в пыль из-за обвинений в сексуальных домогательствах.
Тео вспомнила «Эпидемию»: роман, ставший поводом для их с Дэном знакомства.
– Например, карьера Джека Чейза?
Вероника заерзала, но ответила прямо.
– Да, именно. Его издателя чуть к стенке не приставили, когда все вскрылось. Других авторов этого издательства подвергли бойкоту. Последствия были катастрофические. Публикуя книги наших авторов, издатели могут быть уверены, что не вскроется никаких неприглядных подробностей, что может отразиться на продажах.
– Но Дэн же не рассказывал вам обо мне?