Страница 77 из 122
Пускай думает обо мне все, что хочет. Вряд ли мое поведение может что-то усугубить.
— Почему ты меня не подпускаешь?! Почему всегда держишь эту отвратительную дистанцию между нами?! – я поднимаю на него заплаканные глаза. – Ведь тебе тоже было хорошо со мной! Не лги! Не лги, что не было!
— Я не собираюсь этого отрицать, но..
— Антон, пожалуйста! У меня тоже есть душа! За что ты так со мной? – не даю ему договорить. – Ведь я люблю тебя! Очень люблю..
— Потому что я купил твою любовь, Камила! – он взрывается. Скидывает вечную маску безразличия и наконец обнажает свои истинные эмоции. – За деньги, блядь, понимаешь? За шмотки, за цацки, за сраную шелуху, которая на деле ни хуя не стоит! Вот, что тебе во мне нравится! Вот, что ты любишь на самом деле!
Я пораженно замираю не в силах поверить в услышанное.
Нет. Этого не может быть. Просто не может быть, чтоб Антон всерьез думал, что я с ним только из соображений меркантильности. Это же абсурд! Чистой воды безумие!
— Неправда! – в сердцах восклицаю я. – Возможно, я хотела этого вначале, но теперь-то все изменилось! Я готова отказаться от всех твоих подарков, от всех денег, которые ты мне даешь, чтобы доказать, как сильно ты заблуждаешься! Мне нужен только ты! Неважно какой – бедный или богатый.. Я люблю тебя, и единственное, что мне действительно нужно, – это немного теплоты взамен!
Когда я это говорю, до мня вдруг доходит, какой глупой и ограниченной я все это время была. Если хотела серьезного к себе отношения, то давно нужно было отказаться от содержания Пеплова! Надо было съехать обратно в общагу и жить на заработные за секретарский труд деньги. Пускай это совсем немного, но на питание с проездом мне бы вполне хватило.
А так получается, что я вела себя как содержанка, но при этом ждала от Антона искренних и чистых чувств. Я могу сколько угодно оправдывать такой расклад своей наивностью и непониманием мужской психологии, но факт остается фактом: в глазах Пеплова я лишь симпатичная девушка, жадная до его денег и готовая ради них на все.
Какой ужас! Боже, какой же это ужас!