Страница 47 из 2571
Я не совсем поняла, к чему было сказано последнее, но догадалась, что меня обозвали кем-то вроде помощника, но обижаться не торопилась. Смысл обижаться на правду? Сама же суечусь…
Зашла я и к Новиковым, но им в городе ничего не надо было, и я вернулась домой. Как раз к моменту, когда из своей спальни вышел профессор и малость опешил, увидев в доме незваных гостей.
— Саша?
На меня посмотрели ну очень выразительно и поманили пальцем в лабораторию, а когда я вошла в комнату, Назар Демидович стремительно захлопнул дверь и возмущенно зашептал:
— Ты зачем домой подружку привел⁈ Ты что с ней делать собираешься⁈
— Пап, без паники, — хрюкнула, когда поняла, к чему он клонит. — Это не то, что ты подумал! Клянусь. Это не моя подружка, а просто знакомая.
В итоге пришлось рассказывать предисловие, как я вообще познакомилась с Алесей, причем постаралась уложиться кратко, а потом объяснила и их нынешнее пребывание в стенах нашего дома.
— Вот такие дела. Матвей ранен, а Алеся просто не знала, что делать. Запаниковала, испугалась. Не бойся, отлежатся у нас дней пять и уедут. Обещаю.
— Опасно это… — продолжал хмуриться профессор. — А если бандиты за ними сюда заявятся?
— Ну, во-первых, никто не знает о нашем знакомстве, — пожала я плечами. — А во-вторых, я их просто убью. Так что всё, прекращай паниковать и иди завтракать. Я в город планирую выбраться за продуктами и одеждой для Карепановых. Тебе что-нибудь надо для лаборатории?
— Ох, знаешь… да!
Маневр удался и Бельков быстро переключился на своего любимого конька, заказав мне какой-то супер навороченный тестер, который можно было купить только в одном магазине Москвы, и стоил он, зараза такая, двести пятьдесят тысяч, но я даже глазом не моргнула. Подумаешь, четверть ляма… Пф. Мелочи. Буквально пять кило жабьей икры.
Убедившись, что старик чудить не будет, я отправила его завтракать, а потом перезнакомила с гостями, представив своим дядей. Назар Демидович вел себя вежливо, капельку отстраненно и сразу предупредил, что в комнату, где стоит оборудование, заходить нельзя. Категорически. В остальные места можно, он против не будет. Особенно если девушке захочется прополоть дорожки.
Девушка, то есть Алеся, растеряно похлопала ресничками, натянуто улыбнулась и отказалась от такой чести, промямлив что-то невразумительное. Мол, вдруг что лишнее вам выдерну…
— А у нас тут всё лишнее, — хохотнула я. — Ничего полезного в этом году не садили, сплошной самосев и сорняки.
— А почему? — удивилась Алеська. — У вас же такой большой участок. Клумбы вон… Вроде бы.
— Алесь, — я посмотрела на неё скептично, — ты цветовод?
— Не-ет…
— И я не цветовод. И дядя не цветовод. Смекаешь?
Она сморщила нос и благоразумно потупилась, ну а я, не забыв напоить Матвея лекарственным сбором от бабы Вари, начала пытать обоих Карепановых, что им надо купить в городе на первое время.
Общими усилиями составили простейший список из спортивных костюмов и запасных трусов, зубных щеток, полотенец и тапок. Алеська старательно краснела, пытаясь обтекаемо намекнуть, что ей нужны не просто трусы, а из определенного магазина, четкого размера и цвета, а еще женские средства гигиены, но не просто первые попавшиеся прокладки, а с нужным количеством капель и прочее, на что я пару раз закатила глаза, а потом прямым текстом заявила:
— Пиши название на листке, кулема, если выговорить не в силах. Я в курсе, что у женщин бывают месячные.
— Я д-девушка! — вспыхнула она и посмотрела на меня, как на исчадие ада.
Лежащий на кровати Матвей сдавленно кашлянул, а когда Алеська, судорожным росчерком написала нужное название и, полыхая праведным негодованием, выскочила из дома прочь, явно решив проветриться, вполголоса заметил:
— Ты бы с ней полегче, парень.
— Зачем? — Я посмотрела на него прямо. — Я ей не мамка и не нянька. Девчонке двадцатка, а мозгов, как у курицы.
— Это моя сестра, — моментально разозлился Карепанов. — Думай, что говоришь!
— Вот именно, Матвей, — хмыкнула. — Вот именно. Хватит уже носиться с ней, как с писаной торбой. Ей не десять лет. Пусть уже сама несет за себя ответственность. Или ты вечно рядом будешь?
На лицо мужчины снова набежала тень, но отвечать он не стал. Наоборот, сильнее поджал губы, но мрачным взглядом прожечь не забыл.
Ага, боюсь. Прям весь проникся.
После чего встала и вроде как небрежно сообщила:
— За лекарство с тебя бабе Варе десятка. За каждый день пребывания тут — полтинник за двоих. Питание и перевязки включены. Возражения есть?
Карепанов поморщился, но мотнул головой.
— Возражений нет, отлично. Ну всё, я пошел. Буду часа через четыре, не раньше.
— Погоди, — окликнул Матвей меня уже в спину. — Оружие где? Ну, на всякий.
Задумавшись, признала его просьбу логичной и отдала пистолет, который он тут же убрал под подушку и отчетливо расслабился. Да уж… Не хотела бы я себе такую жизнь.
Моя, конечно, ничуть не менее увлекательна, но за мной по крайней мере не охотятся отбитые на всю голову отморозки. Нет, это надо же, в спальню палить из гранатомета! Полнейший беспредел!
В город я отправилась на седане, первым делом добравшись до магазина с приборами, где облегчила свои карманы на двести пятьдесят три тысячи за какую-то мелкую, абсолютно не впечатлившую меня фиговину, после чего приобрела одежду и обувь по списку, не забыла про полотенца и прочие средства гигиены, и отправилась за продуктами.
Я уже стояла на кассе, сунув к обязательным покупкам Алеське шоколадку от нервов, когда зазвонил мой коммуникатор и на нем отобразился номер бабы Вари. Это было… странно. Что-то ещё вспомнила, что надо купить?
— Алло?
— Саша, — заговорила старушка пугающе серьезным тоном. — Там, кажись, за твоим знакомым приехали. Дюжина ребят на трех машинах. С автоматами. Ты далеко?
Мысленно ругнувшись, призналась, что да, не близко, и даже если буду гнать, примчусь не раньше, чем минут через сорок.
— Убьют, — констатировала очевидное знахарка. — Ладно, придумаю ченить… Но ты поторопись, да? Надолго меня не хватит.
Совершенно не представляя, что может «придумать» восьмидесятилетняя старушка против дюжины головорезов с автоматами, я расплатилась за покупки, покидала их в багажник и на третьей космической рванула в деревню, чертыхаясь про себя на тему того, что в машине не было даже простейшей биты.
Ну и какой я после этого охотник?